Мои путешествия - Александр Евгеньевич Ферсман
Какие проблемы поставит перед нами минералогия и геохимия не только этих кристаллических пород, но и тех древнейших осадков, которые покрывают их поверхность?
Разве это не грандиозная проблема, стоящая перед исследователями — минералогами и геохимиками?
Я рассказал лишь о небольшой части тех минералогических образований, которые привлекают наше внимание в Подмосковном крае, но я не коснулся их практических проблем, не говорил о замечательных глинах со свойствами отбеливания (гжель), огнеупорных и кислотоупорных. Я не говорил об интереснейшей минералогии торфяников, о железных красках, образующихся в разных местах Калининской области, о красивых известняковых туфах, о сапропелевых остатках пресных озер, расположенных на юг от Валдайской возвышенности. Минералогия и геохимия большой Подмосковной котловины не могут оставаться не изученными и не описанными. За работу, друзья минералоги и геохимики!
ГЛАВА ТРЕТЬЯ
КАРАКУМСКИЕ ПЕСКИ
(1925–1929)
«Туземцы недаром называют Туркестан алмазом в песчаной оправе».
Вамбери, 1868Далеко не всякий знает, где находится пустыня Кара-Кумы. Одни путают ее с горным плато Каракорум в Центральной Азии, другие относят ее к Северному Ирану. Еще меньше знают о том, что она собой представляет, живут ли в ней люди и какова ее природа. Три экспедиции Академии наук пересекли эту пустыню в наименее известных ее частях. Мне лично пришлось принять участие в первой и третьей Каракумских экспедициях.
Кара-Кумы, «черные» или «грозные пески», тянутся почти от берегов Каспийского моря до течения Аму-Дарьи. По широте они вытянуты более чем на 750 километров, по меридиану — на 500, покрывая собой, таким образом, громадную площадь в 330–350 тысяч квадратных километров[5].
Мы можем разделить Кара-Кумы на три части: восточную, центральную и западную.
Восточные Кара-Кумы ограничиваются с севера Среднеазиатской железной дорогой, пересекающей Кара-Кумы на перегоне почти в 200 километров, между станциями Чарджуй на Аму-Дарье и Байрам-Али в чудном оазисе низовий реки Мургаба. Они окаймляются течениями Аму и Мургаба и, повышаясь к югу, переходят в степи предгорий афганских хребтов. Восточные Кара-Кумы изучены лучше других. Многочисленные экспедиции Коншина, Обручева, Димо, Дубянского, Палецкого и других пересекали эти пески, частью сыпучие и труднопроходимые на севере и востоке и переходящие в хорошие пастбища и степи на юге. Эта часть Кара-Кумов почти лишена оседлого и даже кочевого населения. Она используется для выпаса скота лишь временно туркменами и афганцами в районе культурных полос протекающих рек.
Западные Кара-Кумы известны гораздо меньше, хотя и представляют исключительный интерес. Мы можем искусственно считать их восточной границей меридиан Сарыкамышской впадины на севере, пересекающий на юге, как отмечено на карте, железную дорогу между Кызыл-Арватом и Бахарденом. Эта часть Кара-Кумов на северо-западе ограничивается стеной — чинком[6] Усть-Урта, высокого третичного плато, у подножья которого извивается сухое русло, очевидно Аму-Дарьи — Узбой. Многочисленные арыки и остатки древней культуры говорят о цветущем прошлом этого края, когда, вероятно, один из рукавов Аму-Дарьи изливался в Каспийское море. На юге, за линией железной дороги, тянутся хребты Кюрен-Дага и Копет-Дага[7], с вершин которых сбегают воды в северные предгорья. Хотя именно этот район был изучен очень хорошо, а старые пути от Каспийского моря и из Ирана к Хиве и к древнему Хорезму лежали именно в этом направлении, мы очень мало знаем о природе этого края. После превосходных работ конца 80-х и 90-х годов Обручева и Коншина ни одна научная экспедиция не осветила нам природы и населения этого края. Мы имеем основание думать, что это один из интереснейших участков Кара-Кумов, вероятно, богатый серой и другими полезными ископаемыми.
Барханы в восточных Кара-Кумах.
Очень много культурно-исторических и хозяйственных проблем таит в себе эта часть Каракумской пустыни, и наравне с соляными озерами, богатыми целебными грязями (Молла-Кара), мы имеем здесь и озера пресной воды. Сейчас мы знаем, что здесь и на прилегающем к Кара-Кумам Красноводском плато прекрасные весенние пастбища сменяют густые заросли пустынного дерева — саксаула.
Центральные Кара-Кумы — громадная площадь между Хивой и Ираном, почти никем не посещалась до наших экспедиций и мало известна по своему населению и по своей природе.
После смелых работ поручика Калитина (1881), Лессара (1884), Коншина (1883–1888) в прошлом веке и Нацкого (1916) в начале нынешнего столетия нам стало известно, что Центральные Кара-Кумы делятся почти пополам линией как бы «старого русла» или чинка Унгуза[8]. К югу от этого Унгуза на 250 километров простираются сплошные пески; на север поднимается так называемое Заунгузское плато, сложенное из коренных пород и постепенно падающее к северу, к Аму-Дарье. Мы знаем также, что, не доходя 20–30 километров до Унгуза, среди песков возвышаются знаменитые серные бугры Кырк-Джульба («Сорок бугров»), в которых туркмены и хивинцы издавна кустарным способом добывали серу (кугурт). Именно эта часть Каракумской пустыни и была полем деятельности трех наших экспедиций. В результате их обследования они выяснили много нового[9].
Общее строение Кара-Кумов в целом до сих пор не может быть дано. Их можно себе представить в виде песчаной равнины, возвышающейся не более 100–150 метров над поверхностью Каспийского моря, повышающейся к югу и юго-востоку и постепенно падающей к Аралу и Каспию. Эту простую схему, однако, нарушает упомянутый увал Заунгузского плато, где коренные породы на 100 метров поднимаются над песками; более круто обрываясь к югу, они уходят под пески на севере.
Мы склонны думать, что и в других местах вне Унгуза и Кырк-Джульбы коренные породы очень неглубоко залегают под песками и что основные черты природы определяются все же этими коренными породами, образовавшимися как осадки третичных морей, озер и речных систем.
Основной элемент Кара-Кумов — мелкие пески, довольно сильно отвеянные ветром. Они сравнительно темные на