Ашер - ДиДжей Криммер

Несмотря на вопросы без ответа, я не тревожусь. Пусть строят козни и заговоры. Пусть пытаются вернуть Иной Мир в свою безупречную, упорядоченную систему.

Я достаточно долго служу Смертью, чтобы знать, чем всё закончится.

И знаю то, о чём они, похоже, забыли: энтропия всегда побеждает. Хаос — естественное состояние, порядок — иллюзия.

Как бы крепко они ни держали нити под контролем, однажды всё распускается.

Я снова обращаюсь к доске для «Скрэббла», готовый обдумать следующий ход.

Но меня что-то останавливает. Появились новые фишки.

Пока я разбирался с Сестрами, соперник сделал ход.

Я наклоняюсь и читаю слово, выложенное от буквы E в ECLIPSE.

COLLIDE.

C на двойном бонусе за букву, а слово задевает тройной бонус. Тридцать девять очков.

Я долго смотрю на него, а затем тихо смеюсь.

Столкнуться.

Схождение двух сил. Тем более жестокое, когда эти силы противостоят друг другу. Как порядок и хаос. Или контроль и свобода. Сколько возможностей таится между привычным положением вещей и тем, каким оно может стать.

А Смерть?

Смерти всегда достаётся место в первом ряду, откуда она смотрит, как горит мир.

Я беру фишки и начинаю планировать ответ.

Игра становится интересной.

Глава семнадцатая

Теперь назад пути нет

Ашер

Центр города

Мы добираемся до Пьяццы Смерти — очаровательное название. Большой Ди известен многим, но скрытность в число его достоинств не входит.

Перед нами раскинулась огромная открытая площадь, где сходятся несколько главных магистралей Иного Мира. Существа перемещаются по ней привычными маршрутами: жнецы идут на задания, административные работники снуют между офисами, изредка какая-нибудь душа бредёт к центру.

Никто не обращает на нас внимания. Три фигуры в капюшонах — едва ли необычное зрелище в Ином Мире, особенно возле мемориалов, куда души приходят почтить память или поразмышлять о вечном существовании.

По обе стороны от меня идёт главная парочка Отдела заблудших душ. Каждый укутан в большой чёрный плащ, скрывающий черты лица и создающий хотя бы иллюзию анонимности.

В центре площади возвышается статуя.

Большое прямоугольное мраморное основание служит пьедесталом, на котором навеки застыл отец Большого Ди — сама Смерть.

Мы смотрим на внушительную фигуру — другого слова и не подобрать. Статуя громадна. Тело Смерти запечатлено посреди речи: одна рука картинно поднята, рот открыт.

Одеяния струятся вокруг волнами резного мрамора, каким-то образом передающего движение, несмотря на неподвижность. Лицо исполнено яростной убеждённости, глаза пылают силой и целеустремлённостью. Детали поразительны: каждая складка ткани, каждая прядь волос передана с кропотливой точностью.

Тысячи надрезов и ударов резца по камню запечатлели мгновение пламенного красноречия и страстной речи.

По-своему сурово и прекрасно.

Пока мы рассматриваем то статую, то снующие по дорожкам и улицам площади души, Ру нарушает молчание.

— С этого ракурса он кажется довольно большим, — шепчет она.

— Думаю, он с любого ракурса был большим, — отвечает Кейн, запрокидывая голову, чтобы охватить взглядом весь памятник.

— Зачем Большому Ди воздвигать святилище отцу? — вслух размышляет Ру.

— После того, как он его убил? — спрашиваю я.

— И правда странная память, — замечает она, — о том, кого сам же прикончил.

— Семьи вообще странные. — Я отрываю взгляд от статуи и осматриваюсь, проверяя, нет ли наблюдателей. — У нас сейчас нет времени разбирать психологию Смерти и её родословной. Нужно выяснить, служит ли статуя порталом в Катакомбы, пока кто-нибудь нас здесь не заметил.

— Особенно Сестры-Ткачихи и сам Большой Ди, — добавляет Кейн, бросая взгляд влево, где возвышается внушительная башня главного офиса ООО «Дверь Смерти», в буквальном смысле отбрасывая тень на статую.

— Совершенно верно, — соглашаюсь я. — Поэтому сосредоточьтесь.

— Ладно, жнецы, остыньте. — Ру поднимает руки. — Я просто любуюсь искусством и психологической сложностью его создателя. Итак, что сказал Случай?

Я повторяю загадку по памяти — от постоянного прокручивания слова выжжены в мозгу. — Найди камень, который хочет заговорить, но вечно молчит.

— Эта статуя выглядит так, будто вот-вот заговорит, — бормочет Кейн, изучая открытый рот Смерти.

— Отец Дэрила славился напыщенными тирадами, — указываю я и начинаю медленно обходить основание, изучая очертания и детали в поисках входа. — По-видимому, мог говорить часами без остановки. Согласно летописям, речи длились по нескольку дней.

— Теперь понятно, в кого Большой Ди, — приглушённо отвечает Ру.

— Если это нужное место… — Я замолкаю, проводя ладонью по гладкой каменной поверхности. — Где-то здесь должен быть ключ. «Под ним лежит ключ», — сказал Случай. Но я ничего не вижу.

Я осматриваю всё, что способен охватить взгляд, но ничто не бросается в глаза. Ни тайных отсеков. Ни заметных кнопок или рычагов. Только гладкий, мастерски высеченный мрамор, отражающий вечный лунный свет Иного Мира.

— Давайте разделимся и осмотрим все стороны, — предлагаю я. — Но оставайтесь неприметными. Мы просто три души, любующиеся памятником. Ничего подозрительного.

— Разумеется, — сухо отвечает Кейн. — Совершенно ничего подозрительного в трёх фигурах в плащах, которые ощупывают каждый сантиметр статуи, пока её создатель, возможно, наблюдает из окна кабинета.

— Тогда лучше поторопиться. — Моя искренность заглушает его сарказм — во всяком случае, пока.

Мы расходимся, каждому достаётся свой участок основания. Я перехожу на сторону, обращённую от башни Ди: если он смотрит, здесь у нас хотя бы какое-то укрытие.

Пальцы скользят по резным буквам и декоративным завиткам. Здесь должно что-то быть. Случай не отправил бы нас в бессмысленную погоню. Это не в его стиле. Он хаос, а не жестокость.

По крайней мере, надеюсь, что не в его стиле.

— Ребята, посмотрите сюда, — тихо зовёт Ру со своей стороны.

— Что там, Мэйдэй? — воркует Кейн и немедленно бросает свой участок, направляясь к ней.

— «Что там, Мэйдэй?» — передразниваю я. — Ты себя слышишь? Говоришь как больной щенок.

— Так и есть, Ашер, — без тени стыда отвечает Кейн. — Болен любовью. И лечиться не желаю.

— Гав, — ворчу я с лёгким отвращением.

— Это моя реплика, — игриво замечает он и снова обращает внимание на находку Ру.

— По-твоему, это похоже на ключ? — с надеждой спрашивает она Кейна, но находка оказывается всего лишь декоративным орнаментом.

Мы продолжаем поиски.

Время идёт, а внутренние часы тикают всё громче. Каждая душа, проходящая по площади, заставляет плечи напрягаться. В каждой дрогнувшей тени мне мерещится одна из Сестёр, явившаяся нас остановить.

— Что там у тебя, Ашер? — спрашивает Ру, перешедшая осматривать другую мраморную поверхность за углом.

— Только самовлюблённая надпись, — бормочу я, щурясь на резной текст.

— Прочитай, — настаивает Ру. — Подсказка может быть где угодно.

Я наклоняюсь и читаю вслух: — «Добро пожаловать в Иной Мир. Да обретёте вы своё предназначение