Запретная формула, или Как (не)влюбиться в тёмного мага - Дарья Коваль

Ромашка внезапно показалась мне исключительно приятным животным.

— Кроу.

Я подняла голову. Дамиан уже сидел верхом и смотрел на меня с исключительной подозрительностью в глазах.

— Что? — вынужденно отозвалась я.

— Ты ведь умеешь ездить верхом? — уточнил тёмный.

— С чего ты взял, что могу не уметь? — выпрямилась, приосанившись.

Его взгляд показательно переместился на мои руки, потом на вейра, потом снова вернулся к моему лицу. Чуть погодя, Дамиан ещё и добавил:

— Ты уже минуту стоишь перед лошадью и ничего не делаешь.

— Это не лошадь, — заметила встречно. — Это вейр.

Несколько мгновений Дамиан продолжал молча смотреть на меня, и мне очень не понравилось, как быстро в его глазах поселилось понимание.

— Понятно, — заключил он и вслух.

— Что тебе понятно? — не поняла я.

— Всё, — подтвердил он с прискорбным видом.

— Между прочим, Вальтер, знание теории является важнейшей основой любого практического… — закономерно возмутилась.

Договорить я не успела. Дамиан вдруг наклонился с седла, обхватил меня за талию и одним быстрым движением подхватил вверх.

Я только ахнула, когда земля исчезла из-под ног!

Мир качнулся, перед глазами мелькнула чёрная грива, я инстинктивно схватилась за чужое плечо, а в следующую секунду обнаружила себя сидящей на вейре перед Дамианом. Прижатой спиной к его груди.

Кажется, я даже дышать на несколько мгновений перестала!

Ещё секунду назад между нами было вполне приличное расстояние, а теперь не осталось практически никакого. Его грудь плотно касалась моей спины, бёдра удерживали меня с двух сторон, а рука, которой он только что поднял меня с земли, всё ещё лежала на талии. Даже сквозь одежду я чувствовала тепло его ладони, и это ощущение оказалось настолько отчётливым, что память немедленно связала его с прикосновением в тесной нише закрытого фонда, когда он точно так же удерживал меня за талию.

Только тогда между нами хотя бы существовала чрезвычайная необходимость не попасться магистру Тирну.

А сейчас что?..

Сейчас необходимость, очевидно, заключалась в том, чтобы я не опозорилась перед плотоядной лошадью.

Иначе с чего бы тёмному магу так со мной поступать?..

Спросила бы. Но не спросила. Как подумала о последнем, так и передумала, едва Дамиан потянулся за поводьями, и его вторая рука прошла совсем рядом с моей. Теперь обе оказались по сторонам от меня, фактически заключая между ним и шеей вейра. А моё предательское сердце почему-то решило, что это достойный повод ускориться.

И ведь понимала прекрасно, что ничего особенного не происходило!

На одном коне нередко ездили вдвоём. Для этого существовали совершенно определённые правила посадки, распределения веса и…

Дамиан чуть подался вперёд, поправляя поводья, а его дыхание коснулось волос возле моего виска.

Все известные мне правила куда-то мигом исчезли!

— Вальтер.

— М-м?

Его голос прозвучал слишком близко, почти возле самого уха, отчего по шее вдруг пробежала неожиданная дрожь.

— Что ты делаешь? — спросила растерянно.

— Решаю проблему, — заявил он.

Стало ли понятнее? Вот уж ни разу!

— Я могла бы ехать и сама, — буркнула я уже недовольно.

— Нет, — опроверг Вальтер.

— Почему это сразу «нет»? — озадачилась.

— Потому что через полчаса мне надоест ловить тебя по всей дороге, — почти оскорбил меня Дамиан.

— Я ещё ни разу не упала с лошади, — отозвалась угрюмо.

— Рад за тебя, — вернул деланно вежливо он.

Но так и не отпустил!

— И вообще, второй вейр тогда зачем? — выдохнула я шумно.

— Пойдёт следом, — только и сказал Вальтер.

А ещё коротко свистнул следом, и конюх передал ему повод второго животного. Тот действительно совершенно спокойно пристроился рядом, словно решение отправиться без всадника его полностью устраивало.

Но то их, не меня!

— Зачем нам вообще две лошади, если мы едем на одной? — продолжила я возмущаться.

— На запас, — невозмутимо отреагировал тёмный маг.

— Для чего? — не сдалась я.

— Для обратной дороги, — пожал плечами мой не в меру предусмотрительный собеседник. — Вейр может получить травму, потерять подкову или оказаться непригодным к переходу после воздействия магии. В такие места не отправляются на одном коне, если есть возможность взять второго, — закончил как ни в чём не бывало.

Я хотела спросить, откуда он вообще знает, как правильно отправляться «в такие места», но вейр двинулся. Первый широкий шаг качнул меня назад. А я тут же самым предательским образом инстинктивно прижалась к Дамиану.

Дальше — хуже!

Его рука мгновенно соскользнула с поводьев ко мне, удерживая, и я судорожно втянула воздух. Ладонь легла на талии чуть сбоку, пальцы уверенно сомкнулись поверх ткани, а сам он даже не изменил позы, словно придерживать меня таким образом было для него самым естественным делом на свете.

Для меня — нет!

Я слишком хорошо ощущала каждую точку соприкосновения. Твёрдую грудь за спиной, движение его тела в одном ритме с шагами вейра, тепло ладони на талии, его колени по обе стороны от моих ног. Даже запах, состоящий из знакомой смеси прохладного ночного воздуха и едва уловимой горьковатой ноты, которую я уже связывала с Дамианом и его Тьмой — теперь окружал со всех сторон.

И хуже всего было то, что мне не было неприятно…

Мне следовало чувствовать неловкость, возмущение, желание немедленно потребовать остановиться и пересадить меня на второго вейра, пусть даже ради этого пришлось бы вспомнить все практические навыки верховой езды разом. Но я думала лишь о том, насколько он тёплый.

А ведь это совершенно бесполезное наблюдение.

— Расслабься, — произнёс Дамиан у меня над ухом.

— Я расслаблена, — процедила сквозь зубы.

— Кроу, ты сидишь так, словно собираешься сдавать экзамен, — беззлобно хмыкнул он.

— Я всегда ответственно относилась ко всем экзаменам, — единственное, с чем я нашлась.

— В этом я не сомневался, — не стал спорить Вальтер.

Вейр перешёл на более быстрый шаг. Я снова напряглась, но теперь Дамиан даже не попытался убрать руки с моей талии. Только придержал крепче, помогая подстроиться под движение коня. И через несколько минут я с неудовольствием обнаружила ещё одну проблему.

Чем дольше мы ехали, тем естественнее начинала казаться эта близость.

Тарвица осталась позади, последние огни растворились в ночи, а я постепенно перестала вздрагивать всякий раз, когда его пальцы чуть смещались на моей талии или грудь сильнее прижималась к спине