Запретная формула, или Как (не)влюбиться в тёмного мага - Дарья Коваль

А вот моя Люми имела совершенно иное призвание.

Маленькая золотистая бабочка с лиловым отливом не умела замечать спрятанные под столами арбалеты и вряд ли смогла бы предупредить меня о ноже за чужим голенищем. Зато она удивительно тонко чувствовала фальшь в людях. Не ложь как таковую, к моему глубокому сожалению, готового ответа «этот человек сейчас врёт» Люми мне не предоставляла. Но когда слова, эмоции и настоящие намерения собеседника слишком сильно расходились, она начинала беспокоиться.

Дедушка когда-то сказал, что мне просто достался фамильяр под стать хозяйке. Если я сама всю жизнь искала несостыковки в рунах, текстах и чужих рассуждениях, неудивительно, что Люми искала их в людях. А сейчас с некоторым неудовольствием я вспомнила ещё и о том, что рядом с Дамианом Люми чаще всего вела себя совершенно спокойно.

Я покосилась на бабочку, устроившуюся в моих волосах. Та даже крыльями не шевельнула.

Впрочем, сейчас меня куда больше занимало другое!

Я ещё раз посмотрела на наши места. Дамиану действительно не требовалось видеть весь зал, ведь Нокс прекрасно контролировал помещение за него. Но тогда Вальтер мог сесть где угодно. Напротив входа, возле стены, ближе к выходу — вариантов хватало. Однако вместо этого он посадил меня в самый закрытый угол и устроился так, что добраться до меня из зала можно было только миновав его.

Я открыла рот, собираясь спросить, намеренно ли тёмный это сделал, но почему-то передумала.

Кажется, ответ я уже знала.

Еду принесли почти сразу, и Дамиан, к моему удивлению, оказался прав. Пахло всё настолько хорошо, что собственное заявление об отсутствии аппетита пришлось молча признать преждевременным. После первых нескольких кусочков я поняла и другое — заставить меня нормально поесть перед дорогой было не худшей из его идей.

— Значит, до топей несколько часов? — спросила я, отломив кусочек горячего хлеба.

— Если дорогу возле северной низины не размыло окончательно, около трёх. Если придётся объезжать — четыре.

— А потом? — полюбопытствовала.

— Оставим лошадей у старой сторожки и пойдём пешком.

— Ты уже бывал здесь? — задумалась.

Вопрос вырвался с уст раньше, чем я успела решить, хочу ли вообще его задавать.

— Многие окраины, так или иначе, одинаковы.

Я прищурилась, но продолжать расспросы не стала. Пока. Вместо этого принялась наблюдать, как Дамиан между делом уточнил у хозяина, насколько поднялась вода после последних дождей, спросил о состоянии старой дороги и выяснил, не проходили ли за последние дни через Тарвицу королевские патрули. Вопросы звучали буднично, однако каждый имел совершенно очевидную цель. Он не просто имел представление о том, куда именно мы направлялись. Тёмный маг заранее собирал сведения, от которых могла зависеть дорога, и делал это настолько привычно, словно подобные ночные поездки в небезопасные районы королевства входили в его обычное расписание между занятиями по тёмной магии и разрушением лабораторных стен. А ведь до недавнего времени этот четверокурсник был для меня прежде всего наглым тёмным магом, который подслушал мой разговор с Люми, втянул меня в поиски запрещённой формулы и обладал совершенно невыносимой уверенностью, что всё в итоге произойдёт именно так, как он решил.

Кажется, этого описания начинало не хватать.

К счастью, ужин вскоре закончился, и я вспомнила о грушевом пироге, который, к слову, оказался у меня исключительно благодаря Дамиану. Тогда я решила, что он просто не любит оставлять после себя вещи.

Теперь начала подозревать, что причины были куда прозаичнее.

— А теперь пирог, — объявила я, доставая сферу.

Дамиан посмотрел на неё с таким выражением, словно именно этого и ждал. Я фыркнула и открыла сферу. Сладкий запах груши и карамелизированных орехов тут же смешался с остатками пряностей от ужина.

— Между прочим, теперь ты обязан признать, что мой метод сработал. Без пирога Леонард мог вообще отказаться показывать трактат, — объявила я с выражением торжественным голосом.

— Да, метод сработал, — неожиданно согласился Дамиан.

— И всё? — посмотрела на него с подозрением. — Никаких едких замечаний не будет?

— Замечание у меня по-прежнему только одно, — кивнул тёмный.

— Какое? — усмехнулась.

— Мне не нравится твоя привычка кормить по ночам мужчин, не имеющих с тобой никаких родственных связей.

Я едва не рассмеялась.

— Неужели завидно, Вальтер? Ревнуешь к пирогу? Я так и знала, что он тебе тоже понравится.

— К пирогу — нет.

Ответ прозвучал настолько спокойно, что я не сразу уловила странность формулировки.

— А к…

— Ты собиралась меня угощать, Кроу? — бесцеремонно оборвал вопрос Вальтер.

Вот теперь мне особенно захотелось договорить, но Дамиан уже смотрел на пирог с таким невозмутимым видом, словно ничего двусмысленного секунду назад не произнёс.

Ну…

Ладно.

Абсолютная память никуда не денется. Я вполне могла вернуться к этому разговору и позже, так что и правда, вместо того, чтобы продолжать дискуссию, я взяла кусочек пирога за край и протянула ему через стол.

— Держи, — прокомментировала. — И, кстати, после этого я жду официального признания, что мой способ переговоров с Леонардом был гениален.

Дамиан посмотрел на пирог, потом на меня, по его губам при упоминании ассистента магистра Вальмона скользнула мрачная ухмылка. А вместо того чтобы взять кусочек, он вдруг обхватил пальцами моё запястье.

Я замерла.

Его ладонь легла почти точно туда же, где несколько часов назад, возле лаборатории Леонарда, большой палец ощущал мой пульс. Моя память тут же воспроизвела прежнее прикосновение во всех ненужных подробностях, хотя на этот раз Дамиан не удерживал меня на месте. Зато медленно потянул мою руку к себе. А я настолько не ожидала ничего подобного, что даже не сопротивлялась.

Он наклонился и откусил пирог.

Прямо с моей руки!

Губы едва коснулись пальцев. Всего на мгновение. Но мне и этого хватило. По руке прошла горячая волна, она же добралась до запястья и почему-то продолжила своё путешествие гораздо выше, заставив меня забыть и о Леонарде, и о трактате, и даже о том, что через несколько часов нам предстояло добровольно войти в Веймарские топи. Сердце споткнулось, а потом зачастило, пока я всё смотрела и смотрела на Дамиана, совершенно не понимая, почему до сих пор позволяю ему держать мою руку.

Что происходит?..

Я не знала. А тёмный прожевал пирог.

— Что ты делаешь? — наконец выговорила я.

Каждый звук дался с трудом. Но не ему.

— Проверяю