Альфа - Ларри Коррейя

Под крылом он нес бомбы.

– Что это было? – крикнула Хизер.

– F‑16 пролетели, – ответил Эрл.

Хизер подошла к нему, застегивая рубашку.

– Может, тренировочный полет?

Первый истребитель уже разворачивался над горой.

– Сомневаюсь.

– Но… Ты чист, а я официально мертвая!

Самолеты набрали высоту и пошли на большой круг над хижиной. Эрл проводил взглядом их оранжевый выхлоп. Чертовски большая огневая мощь…

Вдали снова послышался шум, но уже другой. Вертолет.

– У нас гости. Придется встречать.

– Может, сбежим?

– Нет. – Эрл покачал головой. – Охотники – они такие: если попытаешься от них сбежать, это их только раззадорит.

По лицу видно было, что она борется с собой. Инстинкт говорил ей бежать, но она доверяла Эрлу.

– Надеюсь, что ты прав.

– Посмотрим, что они скажут. Если б хотели нас прикончить, просто сбросили бы бомбу.

Эрл быстро умылся, оделся, убедился, что вещи на завтра собраны. Хизер от волнения не могла ни слова сказать. Эрл постарался ее успокоить, но и сам не знал, что происходит. Тот, кто приходит с дружеским визитом, истребители вперед себя не пускает.

– Останься внутри. Может, им ничего о тебе неизвестно, – предупредил Эрл, нежно поцеловав ее. – Я скоро вернусь.

– Уж постарайся. Больше реанимировать тебя не буду, – ответила она.

– Но у тебя так хорошо получается!

Он закрыл за собой дверь. Козырек над крыльцом надежно защищал от снега, так что Эрл закурил сигарету и принялся ждать. Через две минуты «Чинук» без опознавательных знаков приземлился перед охотничьим домиком. Стоило рампе опуститься, как из него выскочили четыре фигуры в броне, встали полукругом, защищая пятого, который не спеша сошел по рампе. Незнакомец не стал даже оглядываться – направился прямо к дому. Четверо солдат шеренгой двинулись за ним.

Он был высокий и выглядел тощим даже в теплом пальто. Через сугробы пробирался энергично, за ним, не менее энергично, – солдаты, хотя по сравнению с их камуфляжной керамической броней тяжелые бронекостюмы К.О.М. выглядели как трико. Когда они подошли ближе, Эрл заметил, что их начальник не носит головного убора, но при этом лысый как коленка. Даже среди ночи он не снял странных очков с оранжевыми стеклами.

Винты «Чинука» все еще крутились, за ними тяжело было расслышать незнакомца.

– Добрый вечер, мистер Предтеча, – сказал он, подходя ближе.

Эрл кивнул.

– Ваш вертолет мне вид портит.

Солдаты вежливо замерли в двадцати футах от домика. Их начальник, наоборот, подошел еще на пару шагов, остановился под козырьком.

– Он здесь ненадолго. – Незнакомцу было сорок с хвостиком, рост – шесть с половиной футов, конечности длинные, а кожа такая бледная, что если б Эрл не унюхал в нем теплую, человеческую кровь, решил бы, что перед ним нежить. Этот мужик казался изможденным, но движения намекали на силу. Вроде бы человек, хоть и странный. – Я – мистер Терзайм.

Эрл сделал вид, что не расслышал из-за винтов.

– Чего? Микрозайм?

– Терзайм, – повторил тот.

– И даже руки не пожмем?

– У вас есть определенная репутация, – отозвался Терзайм. – Мое хобби – игра на пианино, и не хотелось бы, чтобы мне сломали кисть. Могу я войти?

– Нет. Что вам надо?

– Отнять минуту вашего времени. Я могу быть вежлив, а могу и не быть. Решайте, что вам больше нравится. – Терзайм снял оранжевые очки, глаза у него были красные, как у альбиноса. – Еще я хотел бы поговорить с мисс Керконен.

Этого Эрл и боялся.

– Офицер Керконен погибла в шахте «Квинн».

– Мы оба знаем, что это неправда. Я лишним временем не располагаю, мистер Предтеча. Мне здесь торчать совсем не хочется, и холод я переношу плохо. Выведите ее.

Эрл окинул взглядом четырех солдат. Шлемы у них были непрозрачные, закрывали все лицо – не понять, что там у них на уме. Хорошо, этих четверых он бы, пожалуй, вынес… А что делать с F‑16?

– Не знаю, о чем вы.

– Ладно, в твоем досье сказано, что ты заноза в заднице. Над этой местностью неделями летал спутник. Здесь проживает рыжая женщина где-то пяти футов и восьми дюймов ростом, сто тридцать фунтов весом. С шикарной фигурой. В свободное время превращается в вервольфа и терроризирует белок. Помаши, придурок. Тебя снимает скрытая камера.

Эрл подозрительно выглянул из-под козырька и покосился на небо.

– Что ты там высматриваешь, идиот? Ты его не увидишь, он же в космосе.

– Она может себя контролировать. Как и я.

Терзайм неприятно рассмеялся.

– Думаешь, мне не плевать? Думаешь, я из Бюро? Они лузеры. Им никто не даст менять маршрут спутника ради какого-то ликантропа. Если б мне велели ее прикончить, я бы одним звонком застеклил всю эту долину. – Терзайм перестал ухмыляться, его красные глаза вперились в Эрла. – Зови ее.

С этим мужиком шутки были плохи. Эрл приоткрыл дверь.

– Хизер?

– Я слышала, – тихо сказала она и, выйдя, гордо встала рядом с Эрлом. – Что вам от нас надо?

– Вервольф должен заслужить право на существование. Исключение из ФАС – редкая, ценная привилегия. К счастью, вервольфы замечательно полезные существа, и одно такое существо мне как раз пригодится.

Что, опять? Эрл выбросил бычок в снег.

– И надолго в этот раз?

– Два года, начиная с этой секунды. За удовлетворительное выполнение задачи – сертификат, гарантирующий владельцу полный ФАС-иммунитет.

– Пока большие шишки снова не передумают.

– Разумеется. Предложение действительно пять минут. Да или нет? «Да» – немедленная погрузка в вертолет и никаких контактов ни с кем, кроме моей организации. Ни с друзьями, ни с семьей. На следующие семьсот тридцать дней вы – собственность правительства. Семьсот тридцать один, если год високосный. Я с календарем не сверялся.

– Что за работа?

– Определенные задачи. Опасные, но в пределах возможностей. Всем необходимым обеспечат. Потом – свобода, однако вся информация о моей организации остается засекреченной. Нарушение секретности влечет за собой отзыв иммунитета и уничтожение.

– А если ответ «нет»?

Терзайм снова неприятно улыбнулся.

– Устное порицание… – F‑16 с ревом пронесся мимо. – И ковровое бомбометание.

Эрл глянул на молчащих солдат. Никто из них даже не дернулся, и в этом было что-то неестественное. Ни запаха страха, ни возбуждения, никаких узнаваемых гормонов. Они пахли неопределенной смесью оружейной смазки, синтетических тканей, плоти, кости и крови. Они были либо нечеловечески хорошо натренированы, либо просто людьми не являлись. Из-за шлемов не понять.

Он повернулся к Хизер. Она так и держала его за руку, испуганная. Солдаты пугали ее не пушками – она только-только научилась