Альфа - Ларри Коррейя

Я – Охотник. Я – Монстр. В 1900 году при рождении крещен Рэймондом Эрлом Шэклфордом – младшим. Сын величайшего из живших на свете охотников.

С тех я носил много имен.

Теперь меня называют Предтечей.

Это был не дневник Акселя Керконена.

Альфа взглянул на женщину. Хитрость была у нее в крови. Она держала в руках совсем другую книжку и читала…

Читала заклинание. Воздух искрил от чистой энергии.

– Стерва!

Он потянулся к настоящему дневнику, но когтистая лапа, высунувшаяся из-за края дыры, зацепила его ногу и потянула за собой.

Эрлу снился сон. Из тех, в которых ты падаешь… и тут же вскакиваешь с постели, просыпаясь.

Только это был не сон. Он действительно свалился, да так, что переломал все кости.

Он лежал, глядя на квадрат света далеко вверху. Так далеко… Наверное, затормозить себя все-таки удалось, иначе не очнулся бы уже никогда.

Эрл попытался дотянутся до стены. Одна рука не слушалась. Ощупав ее, он охнул от боли: из предплечья торчала кость.

«Надо отсюда выбираться. Надо двигаться».

Ног он не чувствовал.

Вот черт…

Говорят, когда умираешь, вся жизнь проносится перед глазами. Эрл в это не верил. Он кучу раз умирал, и никогда слайдов презентации не видел. Но в последние моменты думал о разных вещах… Вещах, которые не сказал. Не сделал. В этот раз, правда, все было иначе. У него теперь есть куча времени подумать о будущем.

Там, наверху, Альфа убьет Хизер. Она славная девушка. Она заслужила шанс. Потом он сбежит и продолжит убивать, но станет опытнее. А все потому, что он обиженный на отца ублюдок с манией величия. Амулет научит его, как стать сильнее. И когда мир поймет, с чем столкнулся, будет уже поздно. Не выйдет даже передать весточку К.О.М., чтобы продолжили дело… Сукин сын наводнит мир зомби-волколаками.

Эрл молился об излечении от проклятия. Пытался заключить с богом сделку. Сделал все, что мог, весь земной шар обыскал, заглянул под каждый камень – и ничего не нашел. Поэтому смирился, попытался выжать из проклятия все, что можно. Стал воином добра. Превратил озвездюливание зла в бизнес, спас тысячи невинных жизней, куда больше, чем забрал… Но все бы отдал за то, чтобы снова стать человеком.

«И вот желание сбылось. Ну и любишь же ты иронию, Господи».

Он бы посмеялся, если б смог издать хоть звук. Вот оно… Снова человек… без пяти минут мертвый. Весь труд, все битвы – все было напрасно.

«Зря я тратил время, загадывал какие-то там желания. Надо было просто использовать твои дары на полную катушку».

– Пред… теча… – раздался хриплый шепот. Такой тихий, что Эрл сперва списал все на воображение или на ангела, пришедшего его забрать. Вот это интересный вышел бы Судный день!

– Предтеча…

«Николай?» Он наконец понял, что не один. Голос был нечеловеческий, явно шел из полусформированной пасти, полной клыков.

– Я умираю…

Точно. Даже у вервольфа регенерация не всемогущая, и три оторванные конечности, пожалуй, ее предел. То, что Николай вообще жив, было удивительно. Упертый русский ублюдок!

– Я тоже… – выдавил Эрл. Все как надо. Они давно должны были умереть – вместе, последние из своей породы.

– Нет… – Николай закашлялся. – Еще нет… От тебя… не пахнет смертью.

Эрл попытался отстраниться от боли. Его так часто ранили, что он научился смотреть на свои увечья со стороны, анализировать их. Он знал, как ощущается сломанный позвонок или раздробленная кость. Николай был прав: он еще не умер. Такое можно пережить.

Его найдут. Хизер к тому времени погибнет, Альфа сбежит, но Эрл Предтеча уцелеет и просуществует остаток жизни как человек.

Никчемный человек.

Николай шевельнулся. Он был совсем рядом, но не получалось ни разглядеть его в темноте, ни пощупать отнявшейся рукой.

– Амулет… Выбрасывает… такую сильную магию… Как никогда раньше.

О чем это он? Первые выбросы заставляли всех вервольфов в округе превращаться, но раны Николая были слишком серьезны, вервольфы не могут отращивать конечности. Умирая, он снова превращался в человека, и трансформация вот-вот должна была завершиться. А обычному человеку амулет уже ничего не сделает…

Но еще не поздно. Хоть это и значит отказаться от всего, о чем он мечтал.

Шэклфорды все доводят до конца.

Эрл поднял наименее переломанную руку и протянул Николаю.

– Укуси меня.

Раздался шорох, умирающий вервольф подполз ближе.

– Закончи… это…

Хрустнула кость. Эрл закричал, чувствуя, как клыки пронзают руку.

Челюсти разжались, он подтянул изувеченную руку к груди. Николай тяжело, часто дышал. Смерть была совсем рядом.

– Кое-что… на память обо мне.

Это были его последние слова.

Хриплое дыхание затихло. Эрл остался наедине со звоном в ушах и отупляющей болью, проходящей по всему переломанному телу.

Сработает? Или это было зря?

Все, что он мог, – смотреть на квадрат света далеко вверху. Альфа зарычал, рык эхом прокатился по шахте. У Эрла потемнело в глазах, желтый солнечный свет поблек, посерел…

Нет, не поблек. Изменился.

Звон в ушах превратился в гул. Но не обычный. Тот Самый Гул.

Проклятье вновь устремилось по его венам. Эрл сосредоточился на сером свете. Обычно для обращения требовались недели, но с амулетом… Хизер обратилась за считаные часы, Бакли и остальные – тоже.

Вот только у него не было часов, такими темпами он умрет до того, как включится регенерация.

Убитый вервольф за секунды превращается в волколака, хоть это и частичная трансформация. И что с этим делать? Пожелать себе смерти, а потом вернуться зомби? Нет уж, спасибо.

Хизер обратилась за часы из-за фальшивой луны. Но она была новым вервольфом. А если проклятье попадет в кровь, знакомую с превращением? В кровь того, кто знает, чего хочет и как запустить процесс?

«Боже, помоги. Дай мне сил. Помоги превратиться. Я все сделаю, я стану твоим воином. Дай мне силу. Прошу тебя».

Эрл очистил разум и открыл душу Гулу.

Температура тела стремительно поднималась. Эрл все еще не чувствовал ног, но готов был поклясться, что они дернулись.

Гул возобладал над всем. Призывал его. Эрл потянулся ко второй половине своей души. Она была не врагом, а старым другом. Ему показалось, будто он слышит какой-то звук.