Зимние странники - Тоби Клементс
– Раздвиньте ему ноги, – велит Кэтрин.
Джеффри, только что закончивший зажигать свечи в фонарях, смотрит на Ричарда. Тот проглатывает комок в горле.
– Ладно.
Вдвоем они наклоняются и раздвигают увесистые ноги сэра Джона. Мужчины за спиной Кэтрин хором охают. Между ног сэра Джона, сразу же над мошонкой, темнеет рана размером с ноготь большого пальца, из которой истекает розоватая вонючая вязкая жидкость. На ягодице под рыхлой кожей Кэтрин различает сморщенный слегка комковатый рубец.
Должно быть, это и есть фистула.
Сэр Джон стонет.
– Томас, – велит Кэтрин, – держи губку наготове. Как зашевелится, сразу дай ему вдохнуть.
Обрадовавшись, что ему не придется наблюдать за ходом операции, Томас живо забирается на кровать с другой стороны.
– Ардерн рекомендует начинать с клистира, – говорит Кэтрин, главным образом, самой себе. Из миски с вином она берет медную воронку, держит ее на весу. К воронке крепится изогнутая трубка толщиной с большой палец, с маленькими отверстиями на конце. Кэтрин промывает воронку вином, затем поливает кончик трубки тонкой струйкой розового масла и аккуратно, обеими руками, вставляет его в прямую кишку сэра Джона.
Он напрягается.
Томас окунает губку в сосуд с обезболивающим зельем.
– Погоди, – останавливает его Кэтрин. – Не спеши. Пока не надо. Ему это повредит.
Томас кивает.
– Дафидд, лей воду. Ровной струей.
Дафидд подходит к ней и льет в воронку воду из кувшина. Вода булькает в трубке.
– Хорошо, – говорит Кэтрин. – Еще.
Он льет еще. Вода струится на пол, покрытый соломой. Кэтрин наблюдает, как темная головка фистулы вздувается, словно червь, пытающийся вылезти из-под кожи, а потом из раны начинает сочиться бледная жидкость, следом выпадают маленькие комочки гноя, и затем по ногам сэра Джона текут неровные ручейки красноватой от крови воды. Когда струя замедляется, Кэтрин убирает медную трубку, и из ануса старика стремительным потоком выливается вода.
После Кэтрин берет зонд – трубку длиной около восьми дюймов с закругленными утолщениями на концах, изготовленную из чистого ковкого серебра, – стряхивает с него капли вина и, пробормотав молитву, медленно вводит один конец во входное отверстие фистулы.
Сэр Джон вздрагивает, и Кэтрин кивает Томасу. Тот сует старику под нос снотворную губку.
Кэтрин направляет зонд вдоль канала фистулы, проталкивает его сквозь нездоровую плоть, чувствуя, как поддается гниющая ткань, пока зонд не натыкается на ткань иного рода – губчатую, упругую.
Зонд продвинулся по каналу, наверное, дюйма на три, и Кэтрин полагает, что уперся он в стенку прямой кишки. Теперь наступает этап, которого Кэтрин боится больше всего: ей предстоит сунуть пальцы в анус. Она окунает руку в вино и затем просит Ричарда капнуть ей на пальцы несколько капель розового масла. После ведет их вдоль межъягодичной складки к анусу в обрамлении спутанных завитков волос.
Отверстие пугающе горячее, обжигающе горячее. Кэтрин хочется отдернуть руку, но она сдерживает порыв и вводит два пальца на две трети в анус, пока не чувствует давление зонда через складку в стенке прямой кишки. Должно быть, это и есть начало фистулы. Почти черная кровь сочится меж ее пальцев, обвивает запястье. Она кладет кончики пальцев на конец зонда и давит с другой стороны. Зонд проталкивается через что-то и упирается в кончики ее пальцев. Кэтрин выдыхает.
Потом она берет зонд рукой, опускает его, сгибает, ведя по пальцам, так что он проталкивается и выходит через задний проход сэра Джона вместе со сгустком крови и гноем.
Сэр Джон стонет во сне. Томас торопится сунуть ему под нос губку, но Кэтрин качает головой. Она садится и смотрит на плод трудов своих. Содрогается, желая одного: бросить все, уйти куда глаза глядят. Но раз уж начала…
Несколько конских волос она скручивает в петлю, которую надевает на округленное утолщение на конце зонда, торчащего из фистулы. После зажимает конец зонда, выглядывающего из ануса, и осторожно тянет за него, пропуская через канал свища конский волос, словно делает стежок на ягодице.
Слышит, как лучники один за другим выходят из комнаты. В лице Ричарда ни кровинки, Джеффри позеленел.
– Ни один человек не должен видеть родного отца в таком состоянии, – молвит Ричард.
Взору Кэтрин, стоящей на коленях позади сэра Джона, предстает куда более кошмарное зрелище.
– Такое лучше вообще никому не видеть, – отзывается она.
Кэтрин бьет в нос удушающее зловоние гнили, вызывающее у нее рвотные спазмы. Тряпкой она вытирает кровь с ягодиц сэра Джона. Лысая мошонка на вид тяжелая, напоминает грушу; кожа сморщенная.
– Томас, что дальше?
Кэтрин прочитала трактат Ардерна три или четыре раза, но помнит не все.
– Связать два конца нити, потом затянуть с помощью расширителя, чтобы образовалась прямая линия между входным отверстием фистулы и анусом. – На последнем слове Томас закашливается.
Кэтрин крепит конский волос на медный крючок расширителя, цепляет на другой конец, натягивает как струну. Волос врезается в воспаленную, покрытую струпьями кожу вокруг входного отверстия фистулы.
Она просит Джеффри подойти и держать расширитель неподвижно, а сама ищет желобковый зонд длиной с фут. Вводит этот зонд в отверстие, направляя вдоль конского волоса. На ее башмаки льется кровь и что-то еще.
– Ладно, – произносит она. – Это сделано. Томас, приготовься. Ричард, принесите, пожалуйста, ту губку. Джеффри, держите свечу неподвижно.
Все трое кивают. Ричард сжимает красную от вина губку, смоченную также в смеси розового масла и яичного желтка.
– Когда я сделаю разрез, – говорит Кэтрин, – мы должны первым делом промокнуть кровь. Нужно очистить канал, насколько это возможно. Потом мы сэра Джона посадим, чтобы он всей массой тела прижимал рану, затем разбудим его, дадим поесть мяса и выпить вина.
Сэр Джон все так же храпит, пуская слюни на простыню.
Кэтрин находит в миске с вином скальпель – красивое изделие с костяной рукояткой. Более острого режущего инструмента она еще не видела. Она вставляет его тупой стороной в канавку на желобковом зонде, кивает Томасу и приступает.
Он напоминает, чтобы она вставила ложку.
Кэтрин останавливается.
Ложка. Ну конечно. Она нащупывает в миске с вином маленькую ложку из слоновой кости и осторожно вставляет в анус сэра Джона. Поворачивает ее и затем желобковым зондом постукивает по углублению ложки – во всяком случае, она надеется, что это именно оно. Ложка не