Зимние странники - Тоби Клементс

В этот самый момент Томас краем глаза замечает некое движение в деревьях на краю болота, где ничто не может двигаться. Колыхание воздуха, которое обычный человек способен заметить уже после того, как оно улеглось, но лучник сразу сообразит, что это на самом деле. Стрела.

Стрела разрезает воздух и с глухим звуком вонзается в коня Райвена. Лошадь спотыкается, боком уходит влево на четыре-пять шагов и ныряет мордой. Голова ее опускается, передние ноги заплетаются на бегу. Лошадь валится на землю. Раздается треск, будто выстрелило сосновое полено в костре. Эдмунд Райвен вылетает из седла, проносится в воздухе и исчезает. Его конь несколько раз переворачивается в камышах.

Великан натягивает поводья. Остальные всадники, что скачут за ним, тоже останавливаются. Вторая стрела летит с жужжанием через болото и вышибает из седла одного из верховых. Тот грохается на землю. В воздухе свистит третья стрела. Томас сползает с седла, стаскивает Кэтрин с лошади на землю и накрывает ее своим телом, вдавливая в черную грязь.

– Кто это? – вскрикивает она.

– Не знаю. Не знаю.

Люди Райвена растеряны не меньше. Кричат, задавая друг другу тот же вопрос. Раненая лошадь пронзительно визжит. Остальные всадники пытаются поворотить своих коней, пытаются вернуться в лес. Томас высовывает голову из травы. На дальнем краю луга в зарослях осоки светлеют луки. Еще одна стрела скользит сквозь камыши и впивается в кого-то. Раздается вскрик.

Люди Райвена отступают, оглашая луг хаотичным топотом копыт. Добравшись до деревьев, они начинают подниматься на холм, чтобы вернуться к армии Тюдора.

Но где же великан? Где Райвен?

Томас снова приподнимает голову. Над ним свистит стрела, не задевая лошадей. Он припадает к земле.

– Пойдем. – Томас берет Кэтрин за руку и тащит ее за ивы. Под их ветвями пахнет коровами. Он выглядывает из-за ствола, покрытого шершавой корой, и видит выдвигающихся на луг лучников. Три или четыре лошади без седоков щиплют траву, неподалеку от них на земле лежит человек, всхлипывает в агонии. Макушки камышей качаются, и над головами Томаса и Кэтрин во мгле с жужжанием пролетает стрела со сломанным оперением.

Кто эти люди? Откуда они взялись?

На долгое мгновение луг окутывает тишина. Потом вдалеке раздается мужской голос: кто-то отдает приказ своим людям. Всадники, выехавшие с дальнего края болота, теперь начинают осторожно окружать заросли высокой травы. Разведчики? Но чьи? Томас почти различает цвета их курток, но не верит своим глазам. Синий и темно-красный? Разве это не цвета Марча? Или Гастингса?

– Какие у них эмблемы?

Кэтрин выглядывает из-за ив.

Над их головами в ствол дерева с треском врезается стрела. Кэтрин вскрикивает, и Томас снова заставляет ее пригнуться к земле.

Потом вдруг топот копыт, душераздирающий вопль, еще один крик. Треск. Завывание. И снова тишина. Над их головами пролетают три утки, хлопая крыльями. Кто-то зычно орет. Скрежет металла, всплеск, крики. На дороге появляется лучник. Идет, качая головой, держится деревьев. Вздрагивает, когда видит Томаса и Кэтрин, мгновенно поднимает лук, готовясь выпустить стрелу.

Томас отбрасывает в сторону меч и выставляет перед собой ладони. Лучник сбавляет натяжение тетивы.

– Вы кто такие, черт возьми? – рявкает он, прямо как Уолтер.

Томас онемело таращится на него. На табаре лучника эмблема в виде бычьей головы. Бычья голова. Эмблема Гастингса. Это один из людей Гастингса. Значит, это его лучники.

Томас делает шаг ему навстречу, и лучник тотчас же натягивает тетиву, но потом его взгляд падает на Кэтрин, на ее красивый плащ знатной дамы. Однако волосы у нее короткие, голова непокрыта. Она не похожа ни на одну знатную даму из тех, кого ему доводилось видеть.

– Меня зовут Томас Эверингем, – начинает Томас. – Я добрый друг Уильяма Гастингса.

Сзади с болота снова доносится крик. Все трое вздрагивают. Они слышат, как впереди кто-то неуклюже бежит, продираясь к тропе через камыши. Этот человек останавливается, смотрит на них, затем поворачивается и убегает. Его настигает стрела, и он, споткнувшись, падает. Кто-то хохочет.

– Что ж, Томас Эверингем, – говорит лучник, – если хочешь остаться добрым другом Уильяма Гастингса, побереги свою чертову голову, не высовывайся. И вы тоже… э… госпожа.

Он салютует им, тронув рукой шлем, и идет дальше. Держа лук наготове, заходит в камыши. Лучники начинают перекликаться. Они продвигаются по болоту, как охотники, выгоняющие на открытое место дичь.

– Думаешь, их убили? – спрашивает Кэтрин. – Хоть бы убили. Бога молю.

С дальнего края луга к ним приближается всадник. Он молод, но держится с преувеличенно важным видом, изображая бывалого солдата.

– Кто такие, дьявол вас возьми? – рявкает он, замечая Томаса с Кэтрин. В руке у него длинный меч, на груди тоже бычья голова. Длинным носом и широким ртом он кого-то им напоминает.

– Ты человек Уильяма Гастингса? – спрашивает Томас.

– Да. Джон Грайль из Кирби-Макслоу в Лестере. А ты кто будешь?

– Томас Эверингем из Мартон-Холла в Линкольне. Служу в отряде Джона Фейкенгема. Добрый друг Уильяма Гастингса.

– Даже так, – кивает Грайль. – А вы, госпожа?

Томас поворачивается к Кэтрин. Господи помилуй, как ее представить? Они об этом не подумали.

Только он собирается что-то сказать, как Кэтрин его опережает.

– Я леди Маргарет Корнфорд, – отвечает она звонким голосом. – Из Корнфорда. Это тоже в Линкольншире.

Томас открывает и закрывает рот. Зачем она выдала себя за Маргарет?

– Миледи. – Грайль прикладывает руку к шлему. – Но как вы здесь оказались, и?.. – Он окидывает взглядом ее грязное платье. – И кто те люди на дороге? Мы думали, что это разведчики Тюдора, но…

– Они гнались за нами от самого Уэльса, – объясняет ему Кэтрин. – Мы идем оттуда. Из Уэльса. Это люди Джайлза Райвена.

Грайль вздрагивает.

– Джайлза Райвена-перебежчика? Ха. Но как вы добрались сюда из Уэльса? У вас есть вести о Тюдоре и его армии?

– Его передовой отряд движется по дороге к югу отсюда, – показывает Томас. – Направляется к Леминстеру.

– Ха! – хохочет Грайль. – Прежде ему придется договориться с людьми Марча.

– Кто они такие? – спрашивает Томас. – Кто они – люди Марча?

Грайль смотрит на него как на дурачка.

– Так вы в Марче. – Широким жестом он обводит холмы вокруг. – Все это владения графа Марча, и те, кто живет здесь, не встречают с распростертыми объятиями всех и каждого, кому вздумается пройти по этой земле, и уж тем более такое отребье, как ирландцы и французы – сброд под предводительством предателя-валлийца, которого надо бы вздернуть на виселице, как самого презренного преступника, коим он и является на самом деле.

– Но ведь ты