Лис и Теа.Роквью - Яна Гаврилова

Теа открывает глаза, ловит мой взгляд, и я понимаю, что хочу попробовать. К чему бы это, черт возьми, не привело я хочу попробовать.

Хочу попробовать сделать ее своей.

Песня заканчивается. В гостиной воцаряется тишина. Я обвожу взглядом гостей и вижу, что все они ошеломлены. Женщины промакивают уголки глаз бумажными салфетками, а мужчины с задумчивым видом вертят в руках бокалы с напитками. Даже дети притихли, позабыв об играх.

Из ступора всех выводит Адам. Он приподнимает голову и целует Тею в щеку. Его брат делает тоже самое, с другой стороны.

– Это было восхитительно, – произносит одна их женщин, кажется мать девочек – близняшек с золотистыми волосами из класса Алека.

– Девочка, тебя ждет потрясающее будущее, – я не знаю кто именно это говорит, потому что слишком занят тем, что продолжаю пялиться на Тею. Я дожидаюсь пока мальчики спрыгнут с ее коленей, подхожу к ней и протягиваю руку.

– Можно тебя на пару слов?

Кивнув, девушка принимает мою руку, и я увожу ее на кухню.

– Ты в порядке? – спрашивает Теа, как только мы оказываемся наедине. Она уходит в противоположный конец кухни и бросает быстрый взгляд на коридор, ведущий к комнате мальчиков. Я знаю, о чем она думает. Воспоминание той ночи, когда я прижал ее к двери в том коридоре и поцеловал, вспыхивает в ее глазах.

– Хотел спросить у тебя тоже самое.

– Думаю, да, – отвечает она, а затем добавляет более увереннее, – Да.

Я делаю два шага вперед и теперь нас разделяет лишь дурацкий кухонный стол.

– Я тоже об этом думал.

– О чем?

– О том поцелуе, – отвечаю я, – Точнее, я постоянно о нем думаю. И хочу повторить.

Черт возьми! По тому, как загораются глаза Теи, я понимаю, что она со мной согласна. А еще она цепляется пальцами за край стола, что тоже можно воспринимать, как побуждение к действию.

Но я стараюсь держать себя в руках и не терять контроль, потому что, черт возьми, мы находимся на кухне Дилана и прямо за ее дверью куча детишек и их родители, которые накачаны пивом и дешевым вином.

– Ты хотел, о чем – то поговорить, – напоминает Теа.

– Может просто перейдем к поцелуям? – отшучиваюсь я, не теряя надежду, что не выгляжу полным кретином.

– Лис, в чем дело?

Я провожу рукой по волосам, просто потому что мне нужно чем – то занять руки.

– Я хочу пригласить тебя на свидание. Давай сходим куда – нибудь? Куда угодно. В кино или в кафе. Можем пойти в караоке, где ты сразишь всех наповал, а я буду бесконечно горд, что ты пришла со мной.

– Ты пьян? – она недоверчиво смотрит на меня.

– Нет. Может немного. Дилан угостил меня виски, – признаюсь я, – Но то, что ты сделала пять минут назад в гостиной опьянило меня намного сильнее.

– Алистер…

– Давай просто попробуем, – прошу я, – Забудем причину, по которой я оказался у тебя на работе в тот первый вечер и притворимся, что познакомились в твой первый день в колледже.

Не дожидаясь ответа, я обхожу этот проклятый стол и становлюсь напротив Теи. Я вижу борьбу в ее глазах, вижу, что она сражается с желанием остаться и убраться отсюда прочь и опасаясь, что она выберет второе, я протягиваю руки и обнимаю ее за талию.

А потом я опускаю голову и целую ее.

Это не поцелуй утешения. Не поцелуй, забирающий часть боли. Не поцелуй, который спасает от темноты.

Это просто поцелуй. Поцелуй, который нам обоим необходим. Я бы мог сказать десятки слов, но ни одно из них не смогло бы сказать больше.

Я буду бороться.

Я буду бороться за тебя, Теа.

Позже, когда я возвращаюсь домой этим вечером меня одолевает странное тянущее чувство. Я бросаю ключи на столик в прихожей и скидываю ботинки. Прислушиваюсь к звукам, но в доме стоит звенящая тишина, которая совсем меня не успокаивает.

Я направляюсь прямиком в ванную, где принимаю душ, а затем заваливаюсь в кровать, но спать мне совсем не хочется.

Удивительно, но рисовать тоже.

Я снова встаю и бесцельно брожу по комнате. Тянущее чувство становится лишь сильнее, и я не понимаю в чем именно источник тревоги. Сегодня был замечательный день, без единого намека на происшествия.

Мне просто нужно заснуть, но я, черт возьми, не могу.

В шесть часов утра раздается телефонный звонок и я, наконец, понимаю причину своих терзаний:

– Мистер Линмор, мне очень жаль, но у вашего дедушки случился сердечный приступ, – сообщает равнодушный женский голос, и я чувствую, как мир, в котором я жил прежде дает огромную трещину.

В который, мать его, раз.

Глава 27

Теа

Мы с Харпи ужинаем на полу в гостиной и смотрим сериал. С того момента, как я стала петь в «Vivify» у нас с ним редко получается проводить время вместе. Харпи практически не бывает дома, а я почти каждую ночь провожу за пределами своей комнаты, поэтому этот вечер мы решили посвятить друг другу.

– Так значит он пригласил тебя на свидание? – спрашивает Харпи, отправляя в рот кусок мясной запеканки с картофелем.

Вчера Алистер был очень убедителен, когда просил меня пойти с ним на свидание, но даже если бы он не настаивал я бы все – равно согласилась. С каждым днем я все сильнее привязываюсь к этому парню, забывая о последствиях, которые могут меня настигнуть. Я знаю, как это бывает, когда тот, кто вам дорог, забывает о вашем существовании.

– Пригласил, – подтверждаю я.

– И ты согласилась?

– Я не сказала «нет».

– Ты говорила с ним о Джоне? – осторожно спрашивает Харпи и запеканка застревает у меня в горле.

– Господи, конечно, нет. Как ты вообще себе это представляешь?

– Я просто хочу сказать, что, если ты планируешь быть с этим парнем тебе не стоит скрывать такие важные подробности.

Я чувствую, что, если Харпи не перестанет нас снова ждет скандал, поэтому затыкаю себе рот куском запеканки, давая тем самым понять своему другу, что разговор закончен.

Но Харпи знает, что он прав. Так же, как и я это знаю. Но я не могу рассказать Алистеру о своем отце. Черт возьми, он не просто сидит в тюрьме. Он похитил и убил тринадцать женщин и эта не та информация, которую хочется рассказывать при знакомстве с парнем.

Внезапно раздается звонок в