Холостяк. Выжить после развода - Виталий Штольман
«Женщина на корабле – к беде!» – подумал я, когда Даша в прозрачном пеньюаре босиком продефилировала по моей кухне.
Я стоял на балконе и не мог оторвать взгляд, ибо эта чертовка взяла чайник и стала пить прямо с горла. Вода, что промахивалась мимо рта, эротично текла по ее шее и затекала в недра малочисленных одеяний. Сигарета обожгла мои пальцы, я блятькнул. Даша повернула голову в мою сторону и поманила пальцем. Хотелось поддаться этой магии, но я держался. Голова моя моталась в отрицательном жесте. Нет-нет-нет! Петька-то в доме. Такие игры опасны. Да и вообще все это было ошибкой. Даша была настойчива. Идти навстречу не хотелось. Виталя, ты кремень, держись! Девчушка медленно развязала свой пояс, что предательски упал на пол. Пред взором моим открывались прелестные виды. Она пошла в атаку. Не я! Она! Запомните, я старался быть стойким и сопротивлялся до последнего. Я вообще жену люблю, это все помутнение разума какое-то!
– Ну ты долго там будешь стоять?
– Даш, оденься! – шепотом сказал я и со взмахом головы в сторону спальни добавил: – Петька тут.
– Я знаю! – игриво сказала девушка.
– Вы же тихие и порядочные, жениться собрались. Мне Данила сказал, да и я тоже так думал.
– В тихом омуте черти водятся! – божественный голос сирены вел мой корабль на скалы.
Вся эта история меня дико возбуждала, но что делать, я не знал. Предаться эмоциям и будь что будет или включить разум? Огонь, что полыхал внутри моего туловища, склонялся к первому варианту.
– Даша, что ты делаешь? – неуверенно сказал я дрожащим голосом. – Он же там.
– Да он в курсе! – улыбнулась девушка.
– Чего-о-о-о?
– Да он не против, пойдем, третьим будешь.
Тут-то у меня все и упало. Честно говоря, я прям-таки охуел. Знатно. Что значит «третьим будешь»? То есть этот рогатый сам разрешает своей даме сердца бегать налево? Вот моя Женька – святая женщина. Если б она… да с таким предложением… да я б… убил, наверно. А этот чего?
– Это что еще за свингер-клуб?
– Это называется свободные отношения.
– Вы же жениться собрались? – у меня вообще ничего в голове не укладывалось.
– Ну и что! Разнообразие, понимаешь ли, не должно мешать серьезным отношениям.
– Даша, ты себя слышишь?
– Виталя, ты же не дед из каменного века, да и вижу, как смотришь на меня. Не хочешь?
– Нет, я против. Уходи!
– А когда трахал меня на кухне на той неделе, тоже был против?
– Это была ошибка.
– Ошибка не ошибка, но трахнул же. Чего ж сейчас ерепенишься?
– Хорошо, что суженый твой не знает, пусть так и остается.
– А ты думаешь, Петя и правда напился? Это ж постанова чистейшей воды. Он иногда любит мне так подыгрывать, а я ему, если хочется.
– Даш, вы максимально ебанулись?
– Виталя, ты же писатель, что за примитивизм и скрепы? Мир полон любви и свободы, почему бы этим не воспользоваться?
– Так, все, юные хиппи, когда у вас там месяц заканчивается! Завтра, послезавтра? Вы съезжаете!
– Дурак ты, Виталя! – закутываясь в пеньюар, обиженно сказала Даша, – Отказываешься от таких приключений.
– Стар я уже для такого. И пояс свой забери, чего он на полу валяется.
– И этот человек рассказывает мне про нонконформизм? – эротично нагибаясь сообщила мне Даша, похоже, еще не оставившая идею продолжения банкета.
– Все, иди собирай вещи!
– Последний раз спрашиваю!
– Нет! Ищите новое место для своих оргий. И без меня!
Даша ушла. В себе я это держать просто не мог, потому через «Пятерочку» отправился жаловаться к Лёвчику. Мне надо было на кого-то вывалить всю хуйню, а то это разорвет ядреным взрывом мое бренное тельце. Голова так раскалывается, нужно срочно расширить сосуды. Какая же у меня все-таки хорошая жена – берегла от всего пиздеца, что происходит в этом сраном мире. Чем дальше, тем хуже! Эй, жизнь, чем еще удивишь?
Глава 11
Этажом выше сдавали квартиру с роялем. Раньше там жила Алла Григорьевна, старая дворянка из советской номенклатуры, которую хитрожопый сыночек Егорка выгнал из квартиры в Лужниках под лозунгом «Мама, тебе нужен свежий воздух!» – свежий воздух помоек, строек и пробок в Люберцах. Он-то ее по ходу и добил. Алла Григорьевна отправилась к создателю, а вот рояль, который приехал вместе с ней, вжился в антураж, ибо его оттуда просто не выкинуть, краном при заезде загружали через окно. Егорка сдавал квартиру самым разным людям, потому сие чудо частенько стояло месяцами и покрывалось пылью, но бывало, что дорвавшиеся до техники пальцы играли на моих нервах. Сколько раз я предлагал этому упырю оказать содействие в распиле рояля, но ему, видать, нравилось причинять людям душевную боль. Эх, Егорка, к мамке-то не попадешь, это она – святая женщина, а тебе дорога одна – в ад, причем в отдельный котел! Вместе с твоим роялем. Который будет играть целую вечность, доставляя звук прямо в твои поганые уши.
Вот уже который месяц шла война с пианистом за тишину в нашем доме. Когда он лабал на своей шарманке, я мстил, врубая дабстеп или тяжелый рок с самой рани. Участковый уже даже не приходит, ему надоело, остальные соседи страдали, но в битву титанов не вмешивались. Мне стоило победить этого Шопена, ведь я тут местный, а он понаехал. Вот и пусть валит отсюда.
На смену свингеров квартиру пришел снимать патлатый скрипач лет так двадцати пяти. Прилично одетый, но не слегка грязноват. Не знаю, может, уличный и так надо, или образ у него такой. Как там говорится: художник должен быть голодным. И почему-то сие распространилось на всех людей творчества. Мол, пока ты страдаешь, то создаешь гениальные вещи. Уважаемые, у хороших идей нет границ, и уж тем