22 дня в "Барбаре" - Виталий Штольман
– А водку в гаражах с охранниками пить это другое?
– Вы что за мной следите, товарищ…, – я осекся, – извините, но не знаю, как звать-величать.
– Ты сейчас серьезно?
– Ну да.
– Алексей Алексеевич, – разочарованно вздохнул Гробов.
– Это настоящее имя или под прикрытием?
– Штольман!
– Молчу-молчу!
– Все говно, что на этой улице происходит, всегда как-то связано с тобой. Тебе не кажется, это подозрительным?
– Вы хотите сказать, что я несу беды людям? Я проклят? А вы не знаете, может тут бабка какая есть волшебная, я б сходил обязательно. Дьявол живет в каждом из нас. Его надо изгонять периодически.
– Я хочу тебе сказать, что ты будешь мне докладывать все, что здесь происходит, касаемо вашего Виктора Палыча и его дружков.
– Да нечего рассказывать.
– Уверен?
– Вполне.
– Соучастие тебе приписать?
– В чем?
– Уважаемый, можно? – один из двух последних забулдыг обозначил желание пройти к окну.
– Съебали отсюда! – рявкнул на них Гробов.
– Не стоит горячиться! – на спокойняке ответил второй, – Мы уходим! Виталя! Спасибо за прием. Напомни, гедонизм в каком кругу?
– В третьем.
– А ты тут орешь: «Во втором, во втором!» – забулдыга резко переключился на своего товарища.
Затем сцена уважительного прощания. Я пожал руки бедолагам и остался тет-а-тет с опером.
– Еще пивка? За счет заведения, так сказать…, – рука моя протянула оперу его же полторашку «Гиннесса».
– Ну так что?
– Не надо пугать меня! И так пуганный.
– Убийства, рэкет, отмывание денег. На сколько тянет?
– Много, наверно, только я тут при чем?
– На одну скамью с ними сядешь в суде, это я тебе обещаю.
– Готов сотрудничать, уважаемый Алексей Алексеевич, – сию фразу пришлось выдавливать из себя.
– Я еще зайду, подумай, что ты сможешь мне рассказать.
– В понедельник приходите вечером.
– Ты тут только по выходным работаешь, – Гробов зорко стрельнул в меня взглядом.
– Откуда вы вот все знаете?
– Работа такая.
Гробов ушел, оставив меня наедине со своими мыслями. Спасение это или новая жопа? Стоило пока приберечь эту карту в рукаве, пока ничего особо не случилось, а то еще неизвестно, кого стоит на самом деле больше опасаться. Люди – главное зло на планете.
День девятый. Суббота
Проснувшись, я зашел в туалет, там знатная лужа.
«Блять! – вырвалось из моих недр, – Еще вот этого не хватало…»
Пришлось брать мобилу и проводить археологические исследования своей сантехники. Бачок не течет, шланг к нему тоже. Капля приземлилась мне прямо в затылок. Холодная. Ржавая. С душком. Полотенцесушитель. Потрогал. Вспомнил про объявление, что висело на подъезде, на которое я по традиции забил, лишь мельком одарив своим драгоценным взглядом. Надел шорты, тапки и пошел читать.
Внизу нарвался на бабок, полирующих лавочку. Символы мудрости, что переродились из Сократа, Диогена и Пифагора, основываясь на сверхсекретных данных сарафанного радио подвергли меня очередной порции клиширования. Диалога не вышло, лишь перестрелка колкостями. Зато хоть объявление прочитал. Какое-то там газовое хозяйство отрубило котельную, соответственно воды горячей ждать не стоит. Все выходные. Как по-людски прям. Пусть чернь воняет, пока бояре изображают дело. Негодовал. На лестнице встретил соседку из тридцать пятой квартиры. Тамару. Нас связывали социальное взаимодействие на фоне бытовых проблем и редкие перепихоны на безрыбье. Для здоровья, так сказать. Она рассчитывала поднять в статусе наши отношения до законных, но я всячески сопротивлялся. Дьявол на левом плече кричал, что нам не нужна хорошая женщина. Да, с ней спокойно, но страшно скучно. Причем настолько, что хочется бежать от перспективы ЗАГСа так быстро, насколько позволяют разбитые суставы. Зато сейчас, мне была нужна Тамара как никогда, ибо работала в нашей управляющей компании.
– Тома, Томочка, спасай! – взмолился я богине Гестии, – Они…они…суки! – Воздух перестал поступать в мое тело на какое-то время.
– И тебе привет, Виталя! Смотри не задохнись! Чего случилось?
– Трагедия вселенского масштаба, – меня попустило, отчего мой голос перешел на другие октавы.
– У тебя так всегда, – она звонко рассмеялась.
– Воды горячей нет. Полотенцесушитель потек. Вызови своего какого-нибудь бродягу, чтоб покрутил мне там чего-то.
– Где это там тебе покрутить надо?
– Брось вот эти свои шуточки, Тома! Беда! Большая беда пришла в мой дом.
– А ты что не знал, что это не к нам? Уже два дня как…Письма не читаешь на почте?
– Какие письма? Подожди, как это не к вам? Я вам дань золотом каждый месяц на кой плачу?
– Теперь всем заведует коммунальный траст. Мы так, на подхвате.
– Опять новая УК? А я не голосовал. Снова рейдерский захват? Вы задолбали.
– Нет, это сверху указ.
– Опять бояре все решают, когда мыться крепостным, а когда не мыться.
– Чего ты вот начинаешь? Воду дадут горячую, железо расширится и перестанет все течь.
– Я шарю за физику. Меня бабушка в детстве ей дрессировала.
– А чего ж волноваться тогда? Воду перекрой и ведерко поставь какое-нибудь. Потом все стечет.
– А я все же позвоню в твой этот траст. Устрою им Варфоломеевскую ночь.
– Номер дать?
– Давай, конечно же.
На балконе я нашел пятилитровую бутылку, отрезал ей верх и поставил под полотенцесушитель, затем перекрыл общий кран на всю горячую воду. Проблема с потопом временно решилась, однако теперь по моей шатающейся психике били капли, несущиеся с ускорением свободного падения прямо в пластик. Кап-кап-кап. Каждые десять секунд. Надо что-то делать.
Набираю по номеру. Электронная женщина радушно приветствует меня и заставляет ждать, включив невыносимый рояль. Прождав пять минут, трубку сбросили. Дьявольская контора. Вам меня так не победить. Вызов принят. Концерт, естественно, было решено продолжить. После четвертой атаки бастион пал, и на том проводе объявился женский голос, уже живой, что совершенно не велся на мои нервные провокации и спокойно объяснил мне по порядку обращений, проблемам с газом и стихийной течке полотенцесушителей на моем районе. Затем она оформила заявку на посещение моих апартаментов очень занятым единственным сантехником и заставила ждать. 72 часа. Благо заветный звонок раздался значительно раньше. Фильм только успел посмотреть. Нет, ну а что мне оставалось делать? Как скрасить ожидание? Вот. Синема.
– Алло, здравствуйте, вы заявку на