Ашер - ДиДжей Криммер

— С учётом того, как в последнее время всё идёт, не факт, — ворчу я и, повернув голову, кошусь на Кейна.

— Согласно серверу приёма ОЗД Ру и череде сообщений от Большого Ди на обоих наших Надгробных телефонах, ты работаешь в подразделении. С настоящего момента, — говорит он.

— Я как раз направляюсь туда. Просто позволяю себе краткую передышку.

— Вот именно, позволяешь себе лишнее. Ты тонешь в Лете.

— Не забудь про мои чувства.

— Что? У тебя их нет, Ашер. Самое искупительное твоё качество.

— Я тоже так думал. И всё же вот он я, тону в них.

— Тогда протрезвей. У меня дело, требующее немедленного внимания.

Наконец я смотрю прямо на него. — Я только что вышел из кабинета Ди. Прошло несколько минут.

— Да, а одна душа ждёт бесчисленные годы. Не вижу причин заставлять её ждать ещё дольше лишь потому, что тебе нужно время… освоиться. — Пауза перед последним словом переполнена осуждением. — Или ты не способен приступить к работе немедленно?

— Я в состоянии работать.

— Правда? — Взгляд Кейна опускается к моему стакану. — Потому что попытка напиться до беспамятства не выглядит как «в состоянии».

— Я выпил три.

— И это после того, как ты, по твоим словам, «пару минут назад» вышел из кабинета Ди? — Выражение у него нейтральное, но в голосе слышно неодобрение.

Я беру стоящий передо мной стакан и медленно подношу к губам, допивая остаток. Затем столь же медленно отнимаю его от рта и говорю: — Четыре.

Не успеваю я осознать движение, как Кейн выбивает стакан у меня из руки. Звон разбитого стекла обращает в нашу сторону взгляды всех оставшихся посетителей «Последнего заказа».

Кейн хватает меня за челюсть и шепчет прямо в лицо: — В Отделе заблудших душ нужны ясный ум, Ашер. Эмоциональная открытость. Уязвимость. — Каждый слог он подчёркивает рычанием. — Ты не поможешь душам обрести завершение, если будешь одурманивать себя Летой.

— Я не одурманен.

— Тогда что с тобой?

Вопрос повисает между нами. Что со мной? Я зол. Испытываю вину. Меня преследует лицо, увиденное в горящем здании. Я до ужаса боюсь, что ещё одна неудача — и окажусь в Ничто. Я всё ещё люблю женщину, которая умерла больше века назад.

— Я устал, — наконец отвечаю я.

— Устал. — Кейн обдумывает ответ. Его хватка на моей челюсти слабеет. — От чего?

— От всего. От работы. От Иного Мира. От вечности. — Я умолкаю, желая, чтобы передо мной возник ещё один стакан. Он не возникает. — От того, что мёртв. От необходимости смотреть на тебя.

— Что ж, твоё обаяние это пока не убило, — саркастически отвечает он. Затем серьёзно продолжает: — Ди прислал твой отчёт вместе с назначением. — Кейн отпускает мою челюсть, слегка отстраняется и изучает меня. — Ты не зачистил место. Здание обрушилось. Душа потерялась. Это немало.

— Ты и половины не знаешь, — говорю я, а мысли в моей голове шепчут всё громче.

— Верно, не знаю. Хочешь поговорить?

— А ты как думаешь?

— Думаю, тебе лучше привыкать хотя бы пытаться. Что случилось на сборе? — Он делает паузу. — Что ты увидел в том здании, Ашер?

Мои руки сжимаются в кулаки, когда в памяти вновь проступают черты Алистера. — Оставь это, док.

— Хотел бы, Ашер. Правда. Но теперь ты в Отделе Заблудших дущ. А значит, подчиняешься мне. И судя по тону отчёта Ди, я не хочу знать, куда тебя отправят отсюда, если ты не возьмёшь себя в руки и не переведёшь несколько душ.

Сжатый кулак уходит с края стойки и обхватывает рукоять моего жнеческого клинка. Кейн замечает движение.

— Он тебе не понадобится. Теперь мы работаем несколько иначе.

Я смотрю на сталь, потом на изысканного жнеца передо мной. — Всё равно оставлю при себе. Хотя бы для успокоения, если ты не против.

— Что угодно, лишь бы ты слез с табурета и добрался до Предпросмотра переходов. Нам нужно изучить одно дело.

— Нельзя просто прислать подробности на мой Надгробный телефон, а я открою портал и явлюсь?

— В Отделе заблудших душ так не работает. Эти дела требуют деликатности и более глубокого изучения предыстории. — Он встаёт, поправляя пальто. — Дело души у меня в кабинете. Жду тебя там через двадцать минут. Трезвым.

— Как мне протрезветь за двадцать минут? Так не бывает.

— Процитирую одного здешнего знакомого: «Не моя грёбаная проблема».

Он поворачивается к выходу, затем останавливается.

— Двадцать минут, — повторяет он. — Не опаздывай.

— Ты мне больше нравился холостым! — кричу я ему вслед, когда за ним закрывается дверь.

Сайлас тихо присвистывает. — Что ж, он даже не предложил убрать стекло. В своём репертуаре.

— Как все французы?

— Нет, как Кейн.

— Справедливо.

— Так что же случилось в том здании? Может, полегчает, если выговоришься. — Сайлас наливает мне новый стакан. Я пристально смотрю на него, но не тянусь. Встречаюсь с Сайласом взглядом через стойку. — Может помочь, если поговоришь.

Я гляжу в только что налитый серый туман. — А мне меньше всего хочется именно этого.

Пальцы зудят от желания схватить стакан, но я снова удерживаюсь. Очертания лица Алистера в памяти становятся резче, однако я подавляю порыв смягчить их края. Пока что.

— Мне пора, — говорю я, вставая.

Мир слегка кренится, но я удерживаю равновесие.

Сайлас вращает мой полный стакан за ободок. — Примешь совет от того, кто давно живёт на свете?

— Какой?

— Воспоминания, которые ты пытаешься утопить? Они умеют плавать. — Он делает паузу. — Удержать их под водой можно лишь одним способом: найти себе лодку получше.

— Я работал со сталью, а не с деревом. Умею топить лодки, не строить их.

— Всегда есть время научиться новому.

— Мне? — Я ещё раз смотрю на выпивку, после чего оставляю её и направляюсь к двери. — Ни единого шанса.

Я иду к выходу. Сквозь окно видна космическая луна — холодная и далёкая.

Я выхожу в вечную ночь Иного Мира. Гладкие обсидиановые башни устремляются ввысь, улицы блестят от непрестанного дождя, который на самом деле никогда не идёт.

И как теперь отсюда найти Отдел заблудших душ? Желательно не увидев одну из них в зеркале.

Перевод выполнен каналом http://t.me/mousebookagency

Глава десятая

Смутное чувство

Мэдди

Блаженство

Звучат последние ноты песни, и класс наполняется тихим смехом учеников, которые отправляются на следующее занятие по расписанию.

Над миром прокатывается звучный удар Колокола Блаженства — успокаивающий, но настойчивый сигнал о том, что мне пора идти к реке.

Переступив порог Центра юных душ, я иду по извилистой мощёной дорожке к берегу реки. Минуя