Между любовью и предательством - Элейна Р. Галлеа
Но всё же Бринли хотела убедиться. Она не собиралась убивать невиновных.
Сложила руки на груди и, хотя ей совершенно не хотелось прикасаться к чему-либо в этой квартире, прислонилась к грязной столешнице. Пальцы удерживали рукоять свисающего кинжала, а взгляд не сходил с мужчины на кровати.
— Ты Гералт Уорш, верно?
Он молча взирал на неё.
Прекрасно. Она умеет играть в эту игру. Лёгким движением запястья Бринли безмолвно приказала теням сжать его сильнее.
— Наполовину эльф смерти, родом из Северного округа Республики?
Мужчина сглотнул, его взгляд метался из стороны в сторону. Аромат его страха становился навязчивее, отдавая горечью, и в какой-то момент Бринли перестала ощущать какие-либо другие запахи. В такие моменты она жалела, что у вампиров обострённые чувства.
— Н-н-нет, это ошибка, — замотал он головой.
Ох, Исвана, дай ей сил. Его реакция просто смешна.
— Чёрт, не лги мне. Это некрасиво.
Бринли распрямила руки и в мгновение ока оказалась перед ним. Приставила кинжал к волосам полукровки с такой скоростью, что не разглядел бы никто, кроме вампиров.
На матрас, коричневатый оттенок которого вызывал сомнения в его гигиеничности, упала пара медных прядей, открыв обзор на длинное, заострённое, проколотое ухо. Красная татушка в виде многочисленных завитков тянулась вниз вдоль шеи Гералта. Это его метка зрелости, подтверждающая личность. Три серьги служили ещё одним доказательством того, что он именно тот, кто ей нужен.
— Я знаю, кто ты, — сказала Бринли, сытая по горло его увиливаниями. Ей хотелось свалить от всех этих пошлых взглядов и хныканья. Ей придётся раз десять принять душ, чтобы смыть с себя всю вонь этого места. — Я знаю, что ты такое.
Гералт Уорш, наполовину эльф смерти, наполовину человек, не был добропорядочным гражданином. Напротив, закоренелый преступник, засранец, каких поискать. Когда Занри показал Бринли досье на Гералта, её клыки зазудели от злости. Полукровка был осуждён за многочисленные преступления против низших, в результате чего три десятилетия провёл в Чёрной Тюрьме в Западном округе Республики. Этой весной его выпустили. Но, по всей видимости, тюремное заключение ничему его не научило. Он снова взялся за старое.
От фоток, которые видела Бринли, у любого бы свело живот, в том числе и её саму. Хоть она и вампир, но у неё тоже есть чувства.
И что бы вы думали? Гералт оказался настолько чертовски самонадеян, что даже не пытался замести следы. Найти его сегодня не составило никакого труда. Перебрав бумаги, Бринли засекла полукровку в «Падающей Звезде» — местной пивнушке. Он поглощал алкоголь литрами, радостно разбалтывая всем подряд, как его недавно выпустили из тюрьмы.
Словно это повод для гордости.
Если ты был в тюрьме, значит, тебя поймали, и тут по определению хвастаться нечем. Бринли вот, напротив, ни разу ещё не ловили. Даже близко не подбирались. Это одна из многих причин, почему она так уверена, что выйдет из этой квартиры, успешно завершив дело.
Как только Бринли нашла его в «Падающей Звезде», всё, что ей оставалось сделать, так это сесть рядом с полукровкой и немного пофлиртовать. И вот уже приглашение в его квартиру было у неё в кармане. Серьёзно, проще, чем отнять конфету у ребёнка.
Преступник уже начал стягивать с себя джинсы, когда вампирша выпустила тени и приковала его к кровати. Нет, спасибо, она не занимается сексом с педофилами.
И вот так они оказались здесь.
Гералт рассматривал Бринли. Поначалу его мутные карие глаза не сильно отличались от пятен на матрасе. Он всё ныл и скулил, даже дошёл до того, что попытался выдумать жалобную историю о жене и детях, ждущих его дома.
Наглая ложь, конечно же.
Бринли помнила его досье и знала, что у него никого нет. Он был жалким бандитом, охотившимся на тех, кто слабее него.
Вскоре Гералт понял, что мольбы ему не помогут. И преобразился по щелчку. Только что он пускал слёзы и сопли, а через секунду успокоился, будто не он только что рыдал. Его спина выпрямилась, подбородок вздёрнулся, а глаза зловеще сверкнули. Маска слабого испуганного полуэльфа исчезла, как вор под покровом ночи.
Улыбка растянула уголок губ Бринли. «Наконец-то», — почти радостно подумала она.
Сейчас она увидит, какой он на самом деле.
Гералт сощурил глаза, его рот изогнулся в оскале.
— Чёртова вампирская шлюха. Думаешь, я тебе по зубам? — Он снова дёрнулся, как будто это могло помочь ему освободиться от теней. — Ты хоть знаешь, кто я?
Бринли приподняла бровь и понизила голос.
— Я прекрасно знаю, кто ты.
Её спокойный ответ, казалось, только сильнее взбесил его. Он вовсю задёргался на кровати.
Это было бесполезно. Бринли дважды благословлена. Ночью её сотворения Исвана, богиня луны, одарила новую вампиршу и крыльями, и тенями. У большинства вампиров есть либо одно, либо другое. У некоторых ничего. А у кого-то, как и Бринли, сразу всё. Даже сейчас тьма пульсировала успокаивающим ритмом по её венам, словно заверяя, что никогда не оставит Бринли.
— Кто твой творец? — рыкнул Гералт, его лицо раскраснелось. — Я вобью кол в твоё чёрное иссохшее сердце, а затем…
Закончить угрозу он так и не смог.
Уставшая от его игр Бринли перерезала ему горло от уха до уха серебряным кинжалом. Артериальная кровь брызнула на неё и стены. Этого было бы достаточно, чтобы убить обычного человека, но Гералт Уорш — уже зрелый полукровка.
Эльфы, фейри, морской народ, оборотни, перевёртыши и ведьмы — все они достигали зрелости в двадцать пять лет. Зрелость продлевала им жизнь и открывала доступ к сверхспособностям. И зрелых уже намного сложнее убить.
Бринли вздохнула. Она ненавидела эту часть своей работы даже больше, чем нытьё жертв.
Может, стоило предпочесть клыки. Не было бы столько грязи, хотя и перегрызать Гералту глотку Бринли не горела желанием. У него наверняка мерзкая кровь с привкусом канализации.
Впрочем, уже поздно что-либо менять. Она сделала выбор.
Развернув кинжал, Бринли вонзила окровавленное лезвие в грудь Гералта. Тут нужна определённая физическая сила, чтобы вбить кинжал прямо в сердце. Но слава Исване, Бринли была сильна.
Убедившись, что полукровка мёртв и к жизни больше не вернётся, будь он хоть трижды зрелым, Бринли направилась к раковине и локтем включила воду. Тщательно умыла руки и вытерла их о джинсы, перед тем как достать телефон из заднего кармана. Разблокировала его и навела камеру на жертву, делая фото.
Несколько