Запретная формула, или Как (не)влюбиться в тёмного мага - Дарья Коваль

Имя, разумеется, осталось прежним.

— Что значит «пойдём и заберём», ты вообще представляешь, к кому именно нам предстоит пойти, чтобы так говорить? — уточнила я, хотя интонация Дамиана не оставляла особого простора для толкований.

— То и значит, — оправдал все мои опасения тёмный маг. — Выясним, где Вальмон держит трактат, возьмём его на несколько часов, ты запомнишь нужный фрагмент, после чего вернём на место.

— Говоришь так, будто предлагаешь взять учебник с общей полки читального зала, а не украсть запрещённый трактат у магистра! — едва сдержала всё своё рвущееся негодование я.

Дамиан нахмурился.

— Кроу, нам не нужно оставлять книгу себе, — напомнил, будто я в самом деле в этом нуждалась. — Это не кража.

— Вернее, не постоянная кража, а временная? — съехидничала я встречно. — Уверена, дисциплинарный комитет очень оценит эту принципиальную разницу, — закончила ядовито.

Я задвинула ящик каталога и проверила, чтобы контрольная руна снова замкнулась. После сегодняшнего вечера у меня появилось особенно острое желание безукоризненно соблюдать хотя бы чужие правила.

— Ты сама хотела заняться этим сегодня, — напомнил Дамиан.

— Я хотела найти книгу. И её местонахождение действительно установлено, — поправила я. — Для библиотекаря это считается успехом.

— А для человека, которому нужен текст из этой книги, не особенно.

Я вздохнула и направилась к выходу из служебной части. Дамиан пошёл следом, и я почти физически ощущала его недовольство по шагам. Кровная клятва на запястье едва заметно нагрелась, словно решила напомнить, что полностью устраниться от проблемы мне всё равно не удастся.

— Даже если выясним, где Вальмон хранит трактат, — продолжил Дамиан, — нам придётся сперва ждать момента, когда его не будет рядом. После этого я вскрою защиту, ты прочитаешь нужные страницы, и через четверть часа книга окажется ровно там, где лежала. Конференция через два дня. А нам нужно не только раздобыть формулу, но и успеть с ней совладать.

— Удивительно, как легко преступление перестаёт казаться преступлением, если описать его достаточно деловым тоном, — закатила глаза.

Тёмный маг такую реакцию не оценил. Опять нахмурился.

— Я пытаюсь решить проблему, — заявил угрюмо.

— А я пытаюсь не приобрести новую, — сообщила встречно.

Мы поднялись по лестнице и вышли в почти опустевший читальный зал. За окнами окончательно стемнело, в высоких витражах отражались магические светильники, а над дальними столами ещё сидели несколько студентов. При посторонних спорить о краже запрещённых трактатов мне не хотелось, поэтому до выхода мы молчали. Тем более, что пока к нему шли, навстречу нам пронеслась очередная бумажная стайка, и один самолётик поймали. Заголовок студент прочитал вслух:

— «Если Грей Элмерз всё-таки соизволил принять участие в конференции, не значит ли это, что он заранее уверен в победе? Сплетнику куда интереснее другое: кто-нибудь из преподавателей-арбитров рискнёт не оценить его работу по достоинству и даже немного выше?»

— Возмутительная инсинуация, — тут же фыркнул его приятель.

Студент покосился на него.

— Ты проект Элмерза видел?

— Видел.

— И?

Тот помолчал.

— Это никак не отменяет возмутительности инсинуации.

Я невольно улыбнулась и продолжила идти. И только оказавшись на ступенях библиотеки, Дамиан снова заговорил:

— Хорошо. Если мой вариант тебя не устраивает, предлагай свой.

В его голосе отчётливо слышалось сомнение в том, что этот вариант вообще существует, и это немного задевало. Особенно потому, что существовал он уже несколько минут и казался мне значительно разумнее проникновения в кабинет магистра.

— Не обязательно совершать преступление, когда можно просто попросить, — сократила все свои размышления до основного.

Дамиан посмотрел на меня так, словно всерьёз пытался определить, не повредила ли кровная клятва мой рассудок.

— У Вальмона? — переспросил неверяще.

Я ответила ему примерно таким же взглядом.

— У его ассистента, — хмыкнула.

На этот раз пауза между нами оказалась длиннее.

— Фаррена? — удивил своей осведомлённостью тёмный маг.

— Да, у Леонарда Фаррена, — подтвердила я.

Дамиан медленно и тяжело выдохнул.

— Ты серьёзно? — не поверил мне.

— Абсолютно, — заверила.

— Мы сейчас говорим о Леонарде Фаррене, который на четвёртом курсе добровольно переписал весь журнал артефакторской лаборатории, потому что кто-то перепутал порядок регистрационных номеров?

Я не имела ни малейшего понятия, с какой стати осведомлённость тёмного мага простиралась настолько далеко, зацикливаться на том тоже не стала. В конце концов, Леонард Фаррен был довольно известной личностью в нашей Академии. Прославился он, кстати, в основном своей исключительной педантичностью, так что реакция Вальтера на упоминание имени ассистента магистра Вальмона была вполне ожидаемой. Что я и подтвердила по-своему:

— В журнале действительно был нарушен порядок.

— Разумеется, ты знаешь все подробности, — усмехнулся Дамиан.

Я проигнорировала замечание и спустилась со ступеней. Леонард и правда был педантом, каких ещё поискать. Старшекурсник относился к лабораторным правилам примерно так же, как мой дедушка к каталожной системе, то есть с искренней уверенностью, что любое отступление от установленного порядка рано или поздно приведёт к катастрофе, а чаще всего ещё и к неправильно заполненному формуляру.

И всё же у него имелись достоинства. Например, Леонард прекрасно разбирался в артефактах и прикладном мастерстве, был достаточно любопытен, чтобы часами сидеть над интересной задачей, и, насколько я знала, Вальмон действительно доверял ему настолько, что позволял иметь доступ ко многим материалам.

— Он не даст нам трактат, — заключил Дамиан, догоняя меня. — Особенно если знает, что на нём стоит ограничение второй категории.

— Тебе не даст, — поправила я с улыбкой.

— А тебе? — прищурился тёмный маг.

— Мне, возможно, даст посмотреть.

— На основании чего? — скептически выгнул бровь.

Я вновь улыбнулась.

— Вы просто не знаете к Леонарду правильного подхода.

— «Вы» — это кто? — покосился на меня Дамиан.

— Люди, которые пытаются договориться с ним при помощи угроз, давления и аргумента «мы быстро посмотрим и никто не узнает», — сказала, как есть.

— Я ещё ни разу с ним не разговаривал, — помрачнел Вальтер.

— Но собирался бы именно так, разве нет? — перестала улыбаться я.

Он открыл рот, затем передумал спорить. Видимо, потому что мы оба знали, что именно так он бы и поступил.

— И какой же у тебя правильный подход? — сохранил всю свою мрачность тёмный маг.

— Увидишь, —