Хозяин серебряного леса - Ната Лакомка

Я ждала, что Килби набросится на меня с упрёками и обвинениями — у него ведь всегда я была виновата, но он не сказал мне ни слова. Только осунулся, и будто постарел лет на десять, если не больше.

В тот же день он сходил в Рагнеруп, а когда вернулся, принёс свежих яиц и сказал, что письмо отправлено.

— Не трясись так, будто мы на похороны едем, — сказал принц Рейв. — Никому ничего не грозит. Сильвия будет держать меня за руку. Только крепче держи, хорошо? — это он сказал уже мне.

— Буду держать крепко-крепко и никогда не отпущу, — заверила я его, стиснула его правую руку обеими руками и прижала к своей груди. — Ты тоже мне поверь.

Он несколько раз кивнул, улыбнулся, но ничего не сказал на это.

Карета прибыла через три дня. Из тёмного дуба, запряжённая шестёркой лошадей, с изображением медведя, несущего секиру, на дверцах. Это был королевский герб. И к нему прилагались кучер, двое слуг на запятках и шесть человек вооружённой охраны.

Честно говоря, я надеялась, что никто не приедет. Что король испугается и не пришлёт за сыном. Килби отправился встречать гостей, а я втайне подосадовала.

Вещей у нас было немного, всё убралось в один сундук.

Его поставили на карету, привязали верёвками, и я вывела принца Рейва из дома под руку.

Мне показалось, что дом затих, провожая нас. Или просто это мне было грустно уезжать отсюда? Это был мой дом. Вернее, я уже привыкла считать его своим.

— Но мы же ненадолго? — спросила я Рейва, когда Килби навесил на дверь дома замок.

— Как получится, — ответил Рейв уклончиво.

— Ой, не к добру это, — вздохнула я, косясь на него.

Но лицо у принца было спокойным, ни тени тревоги или грусти, и я тоже успокоилась. Раз ему не о чем волноваться, то и мне не о чем.

Мы с принцем сели в карету, для Килби привели низкорослого косматого коня, который смотрел злым настороженным глазом.

К моему удивлению, старикан погладил космача по атласной морде, и тот потянулся, как к знакомому. Позволил сесть в седло и послушно ждал, пока старик ударит удилами.

Карета тронулась, я смотрела в окно, как мимо проплывал зеленеющий серебряный лес, потом как мимо проплывали дома Рагнерупа, и как жители выскакивали на улицу, провожая нашу процессию взглядами, а дети бежали следом, с восторгом визжа и размахивая руками.

Я спряталась за занавеску и только посмеивалась.

Знали бы они, кто едет в королевской карете.

Можно было выглянуть и позабавиться, как у многих отвисли бы челюсти, но это было баловством. А Рейв, который держал меня за руку, явно не одобрил бы баловства. Сейчас он был очень серьёзен, очень спокоен, и ни словом не обмолвился, зачем нам понадобилось в столицу.

Туда мы приехали на рассвете, проведя в дороге день и целую ночь.

Я впервые видела столицу, и высунулась в окно, чтобы лучше всё рассмотреть.

Она была большая! Просто огромная!..

И дома тут были — под самые небеса! И улицы мощёные! А какие фонтаны!..

Ахая, я смотрела то в одно окно, то в другое, наваливаясь Рейву на колени. Он смеялся, просил рассказать, что я вижу, и я рассказывала — взахлёб, с восторгом, совсем как те детишки, что повизгивали, увидев нашу карету.

Уже позабылась печаль, когда я покидала дом в серебряном лесу, и теперь я ничуть не жалела, что отправилась с принцем в такое увлекательное путешествие. Когда бы мне привелось ещё посмотреть такую красоту!

Килби ехал рядом с каретой, и в седле держался, как заправский вояка. Я хотела спросить о нём Рейва, но передумала. Говорить о старикане сейчас совсем не хотелось.

— Скажи, чтобы проехали через площадь, — сказал вдруг мне принц.

— Там ещё красивее? — сразу догадалась я и крикнула, высунувшись в окно: — Поезжайте через площадь!

Карета свернула на широкую улицу, где дома, казалось, подпирают небеса, я завопила от восторга, когда на нашем пути появилась башня-шпиль, на которой — подумать только! — висели самые настоящие часы. Которые показывали время. Такое я видела только в книгах, а сейчас эти часы были передо мной. Настоящие! Огромные! И они как раз начали бить, возвещая, что пора просыпаться и идти к утренней службе.

Рука Рейва сжала мою руку, требуя внимания, и я нехотя оторвалась от ратуши с часами.

— Сейчас поедем через площадь, — сказал принц негромко, — там будет серебряная статуя. Рассмотри её, пожалуйста.

Я сразу присмирела и уточнила:

— Статуя принца? То есть твоего оруженосца?

— Да, это Виглаф, — ещё тише произнес Рейв, хотя никто нас не мог слышать, даже Килби.

Карета повернула влево от башни, и мы выехали на центральную площадь. Камни мостовой были положены не плашмя, а на ребро — чтобы пролежать так веками, и колёса кареты сразу дробно застучали, покатившись по каменным граням.

Площадь была зелёной, по краю засаженной деревьями, а посредине стоял серебряный памятник. За ним явно ухаживали, потому что серебро не потемнело, а ослепительно сияло, отражая солнце.

Приложив руку козырьком к глазам, я посмотрела на статую, щурясь против света.

На фоне голубого неба к нам навстречу бежал красивый юноша. Ещё безбородый, с длинными волосами, в кольчуге и в развевающемся плаще. Юноша радостно смеялся, раскинув руки, словно хотел обнять весь мир, словно радовался этой солнечной весне. Серебряная смерть застала его в счастливое мгновение. Он так и застыл в своём счастье. Навсегда.

— Ты видишь? — Рейв ещё крепче сжал мою ладонь.

— Вижу статую, — ответила я, не в силах оторвать взгляд от этой вечной серебряной молодости.

— Какой он?

— Молодой, красивый, — сказала я. — совсем юный. Улыбается.

Рейв откинулся на сиденье и опустил ресницы, словно отгородившись от меня. Но руки наши всё равно были соединены, и я погладила его пальцы, его запястье, чтобы он знал, что не один. Что я с ним.

Карета выехала с площади, и показался королевский замок — на скалистой горе, поросшей деревьями, неприступный, с острыми шпилями башен, которые словно протыкали облака.

Это было ещё прекраснее и величественнее, чем город.

Я восхищённо замерла, разглядывая невероятное творение рук человеческих. Даже не верится, что это — правда. Признаться, глядя на рисунки в книгах, я думала, что автор привирает. Такого простоне может быть. Но это было. И я видела это. И ехала туда, чтобы жить там какое-то время. Ехала в королевский замок! В королевской карете! Вместе с принцем!..

Могла ли мечтать о таком Выдра из трактира Толстого Торстена, что в Рагнерупе? Рагнеруп…