Марсианская роза: Научно-фантастические повести и рассказы - Сергей Николаевич Синякин
Слишком (слишком!) поспешно изменилась ситуация в литературе. Эра свободного кваканья, что поделаешь... Пошли косяком фэнтези и мистика, хоррор и бродилки. Всё — на нашенской родимой почве. А потом и вовсе на чужой.
Это беда не только российской фантастики — общая. Даже А. Сапковский, сроду не писавший «твёрдой» НФ, и тот разразился статьёй «Вареник, или Нет золота в серых горах», поскольку озаботился состоянием фантастики польской.
Но суть дела-то не в этом. Получив первые премии за «антинаучную» фантастику, написав не одну книгу на темы, вроде бы далёкие от науки, Сергей Синякин на самом деле ярый приверженец именно твёрдой научной фантастики. Такой вот парадокс.
Хотя по первому сборнику этого не скажешь. «Бузулуцкие игры» — некий парафраз набросков И. Ильфа к неосуществлённому роману об оккупации Одессы римским легионом (кстати, не знаю ни одного современною писателя-фантаста, который смог бы так весело и умно, с огромным знанием реалий, описать жизнь российской глубинки), «Отшельник с Патмоса» — об авторе «Апокалипсиса» апостоле Иоанне (в своём роде полемика с "Отягощёнными злом» Стругацких). Что же касается «Метафор...» — к ним трудно подобрать даже жанр. (Не буду всуе упоминать ни Монтеня, ни Олешу.)
И... открою секрет... эти вещи были в творчестве С, Синякина совсем даже не первые.
Еще за десять лет до «Монаха» в Волгограде были изданы два его сборника: «Трансгалай» (юмористическая фантастика) и «Лебеди Кассиды». Второй составили три повести «твёрдой» ИФ. И тираж был у неё... страшно сказать... сто тысяч экземпляров. А потом допечатка (поскольку всё продали) — ещё 70 тысяч. Вот что случалось при страшной и тоталитарной советской власти! Теперь даже большие московские издательства всё больше по три-пять тысяч издают. Двадцать тысяч — уже исключение. А уж если и допечатают, то втихую, чтоб авторские не платить.
Хотя... есть кое-какие уточнения. Во-первых, издали книги на излёте перестройки, в 90-м и 91-м годах. А во-вторых... чего греха таить, это был ещё не Синякин. Не тот Сергей Синякин, чей стиль узнаваем безошибочно, чья фантазия неуёмна, но всегда работает на сюжет и характеры. Недаром эти повести он никогда не переиздавал.
И недаром, наверное, замолчал после этого на десять лет.
Ну и некогда, наверное, было...
Волгоградский мальчишка, отличавшийся от сверстников только одним — любовью к фантастике (его библиотеке, состоящей в основном из советских изданий НФ, позавидует любой библиофил), после армии пошёл служить в милицию и прошёл там путь от рядового патрульного до начальника убойного отдела Волгоградского ГУВД. Работа адова, чего скрывать. Именно поэтому он, кстати говоря, не пишет детективов, зная всю тамошнюю кухню изнутри — за одним исключением: в сборнике «Горькая соль войны» опубликована повесть «Точка в розыске». Но и этот детектив весьма своеобразен: действие происходит за несколько дней перед началом обороны Сталинграда, а герой, хоть и бывший оперуполномоченный уголовного розыска — боевой офицер, после госпиталя прикомандированный к НКВД. И ловит он вовсе не воров, а диверсионную группу. Так что в сборнике, посвященном войне (в основном Сталинградской битве), эта повесть выглядит вполне органично.
Но я забегаю вперёд.
«Монах» получил в 2000 году сразу четыре премии: «Сигма-Ф», «Бронзовую улитку», «Мраморного сфинкса» и уже упомянутую АБС. Легко закружиться голове! Но только не у битого жизнью, много повидавшего и нашедшего наконец свой стиль С. Синякина.
Словно шлюзы открылись!
В 2000 году выходит ещё один сборник: «Владычица морей». Одноименная повесть (в дальнейшем она была переведена в Польше) описывает создание подводного флота еще при... Петре Великом. Там же — страшноватый «Феникс»: о человеке, у которого бандиты убили всю семью, а теперь он вершит собственное правосудие. За ним гоняются бандиты и милиция, его убивают, а он постоянно воскресает и продолжает творить, что называется, беззаконие. Или, напротив, высший библейский закон — «око за око»? Фантастика, между прочим, научная, — герой изобрёл репликатор. «Труп остаётся трупом. Восстанавливается только матрица». Еще в сборник вошёл «Скучный вечер на Марсе», он же «Марсианский Декамерон», и «Время Апокалипсиса». Натурального Апокалипсиса.
2002 год — ещё три сборника: «Злая ласка звёздной руки», «Люди Солнечной системы» и «Вокруг света с киллерами за спиной». В первый вошли, кроме одноименной повести о внеземном вторжении, еще «Партактив в Иудее» и «Поле брани для павших». Причём первая повесть — своеобразное продолжение «Бузулуцких игр»: легион-то остался в нашем времени, а вся партийно-хозяйственная верхушка угодила в I век нашей эры, где и заняла свои ниши согласно характеру, навыкам и знаниям. Первый секретарь райкома, например, стал зваться Иксус Крест... Впрочем, заканчивается всё более или менее благополучно. Тоже мне Иисус...
«Люди Солнечной системы» — это самая что ни на есть научная фантастика.
Отвлекусь от основной темы. Давайте подумаем — почему этот жанр почти не виден сегодня в потоке книг? Поток-то огромный! Либо же то, что за НФ выдают, на самом деле грубая подделка?
Ответ напрашивается сам собой: чтобы что-то описывать, это «что-то» надо знать. Знающих же, эрудированных людей среди нынешних писателей (даже не будем брать это слово в кавычки) — ой, маловато!
Синякин знает.
Если «без дураков», второй сборник написан в лучших традициях советской фантастики. Без космических пиратов, без монополий, разграбляющих пояс астероидов, в общем — без «бабла». За исключением, правда, «Ловушки для нарушителя», в которой ощущается некое присутствие современных реалий. «Перекрёсток» — воплощение мечты фэна: открыл дверь — и оказался в овеществленном будущем, причём за каждой дверью — другом. Это будущее, описанное... ну, кем — читатель должен сам разобраться. Как и с некоторыми героями, за фигурами которых явственно видны прототипы. Что же касается повести «Звери у двери» — это вообще дополнительная глава «Стажёров», с теми же героями, теми же проблемами и в той же стилистике. Можно подумать, что её писали Стругацкие. (Кстати, Борис Натанович одобрил и благословил.) А в заглавной повести появляется полноценный герой — герой без страха и упрёка. Конечно же, космонавт. Как Быков, Юрковский, Жилин...
Этот сборник — прощание писателя с советской фантастикой. Дальше пойдёт иное. Собственно, уже и пошло, ибо «Бронзовая улитка» 2002 года получена Синякиным за «Кавказского пленника», посвященного в