Альфа - Ларри Коррейя

– Дальше.

Забытая сигарета повисла на губе Предтечи.

– Не слабо. Не хочу скрывать. Может, ты и злодей, Николай, но как человек впечатляешь. Последний вопрос.

Четыре из шести. Шестьдесят семь процентов на серебряную пулю после ответа. Или один из трех. Тридцать три процента.

– О чем ты сожалеешь?

Странный вопрос, но не для Предтечи. Он мыслил моральными крайностями. Николай задумался над вопросом. За десятилетия он уничтожил столько невинных жизней, что сбился со счета. Совершал преступления, шел за безумцами, убивал, сжигал, пытал, разрушал, полмира стало его охотничьими угодьями. Он притаскивал людей в лагеря, «забивал торчащие гвозди». Убивал диссидентов, оставляя полусъеденные трупы на улице как предупреждение. Он, винтик в огромной машине смерти, прожил жизнь без сострадания и милосердия и не понес за это никакого наказания. И совершал все это с попустительства своего человеческого ума. Даже проклятьем оправдаться не мог.

Ты назвал меня диким Зверем, но кто из нас настоящий зверь?

Был лишь один правдивый ответ.

– Я сожалею только об одном… Что встретил Лайлу. Она показала мне мир, которому я никогда не принадлежал. Я старался ради нее, я так старался… Меня, павшего, любила невинная душа. Сколько таких же, как она, я убил за эти годы? Я даже посчитать не могу, и вот один хороший человек простил меня. Только… – Его голос упал до шепота. – Только, став частью ее жизни, я приговорил ее к смерти. Лучше б она никогда меня не знала. Лучше б меня никогда не было.

Он не стал дожидаться приговора Предтечи. И сам спустил курок.

* * *

– Не понимаю, про что там Аксель пишет. Первую часть прочитал, там про войну. А дальше… – Айно показал на картинку с амулетом. – Ерунда какая-то, выдуманные слова. Может, армейский шифр какой-то?

Грянул выстрел. Хизер подняла голову от дедовых записок. Стреляли в доме.

– Что-то услышала? – спросил Айно.

– Четко и ясно. – Ей трудно было поверить, что до его слуха ничего не донеслось, пришлось напомнить себе, что она больше не нормальный человек. – Сейчас вернусь.

Она взяла дробовик, выбралась из пикапа и захлопнула за собой дверь. Ветер кусался, но после искусственного тепла надсадно греющей печки мороз освежал. Хизер взбежала на крыльцо, легко перепрыгивая через три ступеньки, и даже не заметила этого. Остальные брели за ней, высоко поднимая ноги, чтобы пробраться через сугробы. Хизер заставила себя замедлиться, чтобы не выглядеть подозрительно.

Она нашла Предтечу в гостиной. Скелет все так же возвышался над ним, Николай Петров все так же сидел на кушетке, опустив голову, и сперва ей показалось, что ничего не изменилось, но запах вылетевших мозгов и крови рассказывал другую историю.

«Откуда я вообще знаю, как пахнут мозги?»

Попробуй угадай.

– Что ты делаешь?

Предтеча подошел к телу, забрал с дивана один из своих здоровенных револьверов.

– Ищу что-нибудь, чем можно писать. Я же сказал ждать снаружи.

Кровь стекала по раздробленному виску Николая на лицо, капала в лужицу на ковре. Хизер подумала, что должна испытывать что-то… может, отвращение? Но не испытывала. Скорее привычка, чем реальное чувство, заставила ее выдать:

– Ты чудовище.

– Поправка: охотник на чудовищ. – Предтеча перезарядил револьвер и спрятал под куртку. – А сам становлюсь одним из них, когда надо. Ручка есть?

* * *

Альфа открыл глаза. Он стоял в центре нижнего этажа Шестерки. Стены были забрызганы кровью. Ничего не понимая, он взглянул на свои руки, все в красном до самых локтей. Подняв голову, он увидел на лестнице Люсинду, наблюдавшую за ним с открытым ртом. Наверное, она увидела нечто ужасное – что еще могло шокировать некромантку?

– Что ты наделал?

Он снова опустил взгляд. Двое из стаи лежали у его ног, едва узнаваемые, – больше переломанных костей, чем плоти. Амулет почти обжигал кожу. Он напитался силой. Они напитались силой.

– Пора освободить волколаков, – сказал он.

Ведьма прикрыла рот искусственной рукой и кивнула, не сводя с Альфы округлившихся от ужаса глаз.

Я перестал играть в игры Николая. Мы четко выполняли свои задачи и уходили. Он все так же оставлял мне записки, но я их игнорировал. Шэрон помогла мне поставить зверя на место. Я решил, что больше не позволю вытащить его наружу. Мы продолжали сражаться, многого достигли и не потеряли ни единого бойца.

Николай несколько недель не пытался выйти на контакт. Коновер сказал, что русского, по версии разведки, отозвали домой. Нам велено было сидеть и ждать дальнейших указаний.

Через неделю мы получили подтверждение. Николай вернулся в Москву. Президент Никсон согласился отозвать наши сверхъестественные подразделения: оказывается, мы во Вьетнаме были не одни, хотя никого из нелюдей больше не встречали.

Первый отряд должны были расформировать, бойцов отправить обратно по их подразделениям. Второй – увезти домой с благодарностями, о которых нельзя говорить, и свежим добавлением в списки исключений ФАС. Мы праздновали.

Николай нанес удар следующим вечером. Волки любят нападать исподтишка. Вцепляются тебе в глотку, когда ты меньше всего этого ожидаешь.

* * *

Старк нервно расхаживал туда-сюда вдоль сложенных на полу тел. С тех пор как они ушли за помощью, убитых стало только больше. Проходя мимо голов, агент что-то бормотал себе под нос.

– Началось с нас, но другие выжившие тоже свозят тела сюда, – объяснил агент Мошер. – Охрана внизу сказала, что городские собрались, укрепили школу, сформировали патрули, чтобы бороться с монстрами и искать людей. Как я и предлагал несколько часов назад.

Мошер все обижался. Слишком глуп был, чтобы понять, в какой заднице они окажутся, когда начальство узнает масштабы бардака. Все эти трупы, число людей, поведавших о случившемся… Если Старк