Никак. Как стать успешным художником - Василий Юрьевич Чистюхин
Исследую и применяю разные техники: фото, видеоперформанс, живопись, объекты, клоунада.
Однажды один человек с приклеенной бородой попросил меня описать то, что я делаю в 19 (девятнадцати) словах. И я ответил ему так:
А другой человек (уже без бороды) однажды спросил меня, зачем я занимаюсь искусством. Я ответил ему, что искусство для меня – это, в первую очередь, инструмент для превращений. Моя задача (обреченная на провал) – с помощью искусства превратиться в солнечный столб. Я выстраиваю мир будущего, в котором царят веселье, радость и свет. Это серьезная работа под прикрытием (сдавленного шутовства). Хорошо, что Так Называемые Хозяева Жизни пока что не видят меня в упор и я могу делать свою маленькую работу на благо всех живых и неживых существ.
В ходе разговора обсудили слабые места: фото и дизайн («ну начни уже заморачиваться с оформлением!», организация портфолио, компоновка работ. Слабым местом оказался вовсе не текст. Фото работ нужны в обтравке – без интерьера, лишних элементов, пространства по бокам (а у меня есть фото, где я держу работу в руках, а на заднем плане на стуле валяются какие-то скомканные одеяла). И другие технические детали (разделить английскую и русскую версию на два файла). В целом главная идея – максимально компактная, легко считываемая подача информации.
Список из слов Ирина предложила сократить, так как он как раз выбивается из концепции компактности (которой руководствуются все отборщики) либо переорганизовать его.
В общем, Ирина сказала мне много хорошего, вдохновляющего и точного: «бесконечный безжалостный к себе (и вместе с тем, нежный) автопортрет», «смелый и честный жест», «маленький человек подключается к космосу», «откровенность», «обнаженность», «сила», «хрупкость», «эмблематичность», «мини-вселенная». Тут еще раз посетую, что не записал все формулировки, а только какие-то урывки.
Ирин повеселилась с работы Time (ее размер – 11,5×5,5 см) («большие темы в очень маленьком формате») и предложила мне скомпоновать все компактные работы вместе.
А еще открыла мне понятие «лейт-блумер»[11] – раньше я его не слышал.
Ирина меня спросила, как давно я занимаюсь искусством. Я сказал, что более-менее активно около четырех лет, на что она отреагировала: «Ого, это много!» Ее реакция навела меня на мысль, что, видимо, обычно за четыре года люди добиваются в арт-среде бóльших результатов.
Читал сегодня какие-то статьи[12] про искусство, и попалась фраза, которая мне очень понравилась:
«Сюжет берется не как тема, а как некое настроение, как ваш вывод из жизни, как ваша боль или тоска», – пояснял свой метод Элий Белютин, и далее: «Искусство – воплощенное переживание, которое нужно передать, которым взрывается художник, чтобы эхом детонации отозвались чувства слушателя и зрителя».
Попытался сегодня что-то рисовать, и вышло ужасно: полное разочарование и фрустрация. Периодически я выпадаю в какое-то болотистое состояние. С пятницы (с дня рождения) провалился в него и провел в нем все выходные. Обычно это выражается в хождении из угла в угол и нерешительности. Хватаюсь то за одно, то за другое, ни одно дело не довожу до конца.
Однако, когда волна фрустрации схлынула, я вдруг вспомнил термин, который встретил у художника Алексея Сухова – «разгоны». Это предваряющее большое количество рисования для разминки. А я про это всегда забываю. Вот и сегодня я хотел сесть и нарисовать сразу что-то классное, но вышло очень плохо, от чего я сразу расстроился и ушел в еще больший минус. Надо не забывать про разминку!
23 ноября
Несколько коллег с работы подписались на меня в инстаграме. И сообщили, что пока не могут себе позволить мои картины. Это меня озадачило. Несколько дней назад я разговаривал с Ириной Литвиновой (куратором, искусствоведом, историком искусства), мы затронули в том числе и вопрос языка денег – стоимости картин. Из разговора с ней я понял, что ценник на мои картины ниже в два раза, чем обычные цены на картины подобных размеров. Получается дилемма. Для людей, далеких от искусства, мои картины кажутся дорогими. А для арт-рынка, наоборот, слишком дешевыми. В целом это как будто отражает мою жизненную позицию – ни там, ни сям, застрявший меж двух миров.
На днях О. полушутя спросила меня: ты менеджер, притворяющийся художником, или художник, притворяющийся менеджером? Или ни то, ни другое?
Вчера в инстаграме у одного зарубежного художника я увидел сторис, в которой говорилось, что умер художник Джин Бири. Раньше я ничего не слышал об этом художнике. Полез гуглить о нем информацию и сразу почувствовал какое-то родство. И чем больше я его изучал, тем лучше видел целое множество различных сходств.
Джин Бири работал охранником в Музее современного искусства в Нью-Йорке (MoMA). И как-то раз охранял свою же картину:
В музее была проведена открытая выставка, где любой желающий мог выставить три своих работы за 10 долларов. Это была выставка фигуративной живописи, и Бири принял в ней участие (на его работе была изображена часть женской фигуры с надписью «грудь»).
Я тоже участвовал в подобной открытой выставке. Она называлась Open Call Exhibition и проходила в галерее New Sincerity («Новая искренность», ныне закрыта). Участие было бесплатным, любой желающий мог принести свою работу. Главное условие: успеть принести картину (одну на участника), пока там есть место. Так как я работал и не мог приехать к открытию сам, на помощь мне пришел знакомый музыкант, инди-рэпер Костя Карп. Я подумал, что это ситуация с желанием занять как можно больше места и как можно скорее абсурдная – и захотелось ее еще сильнее утрировать. Поэтому я отправил не один, а два больших пустых белых холста – один от своего имени, а второй от имени Константина (чтобы обойти правило «один человек – одна картина»).
Оба холста в итоге приняли. Мне хотелось высмеять желание растолкать всех локтями, опередить и занять побольше места (терпеть такое не могу). Но еще до открытия выставки мне стало понятно, что жест как-то теряется и не считывается, потому что монтаж производился на усмотрение организаторов и оба пустых белых холста были помещены в самый угол и загорожены до середины каким-то другим очень близко поставленным арт-объектом, представляющим собой нагромождение чемоданов, на которых проросла трава.
Мне стало скучно, и я подумал, что нужно что-то предпринять. Тогда мне пришла мысль отдать это завоеванное пóтом и кровью пространство
Ознакомительная версия. Доступно 19 из 94 стр.