Никак. Как стать успешным художником - Василий Юрьевич Чистюхин

На моем рисунке (сделанном то ли углем, толи еще чем-то похожим, точно не помню), который я назвал «Шарж на шаржиста с корпоратива», изображен человек в дурацкой кепочке, который сидит в мягком кресле, перед ним мольберт-тренога с подставкой, на которой стоит небольшая бутылка. По иронии судьбы, этот шаржист был почти карликом (низкорослым человеком?), поэтому я изобразил ножки, которые свисают с кресла и не достают до пола (собственно, так и было). Одной рукой (левой) он крепко вцепился в кресло, а правой ловко орудовал на мольберте. Лицо у него такое же, как у Сизифа, который катит камень в гору.

Публикация с этим рисунком набрала 43 лайка и один комментарий: «Очень здорово!»

Сегодня в двух картинах, над которыми я работаю последнее время, получилось, как мне кажется, сделать прорыв. Последние несколько недель я застрял на одном месте, которое мне не нравилось (переделывал надпись внизу). А другая картина вообще в целом вызывала большой скепсис. Сегодня я включил музыку и попытался довериться себе как художнику – и это, на удивление, сразу принесло результаты. Когда я работаю из скованного ощущения, не раздолбайского, а ответственного («осторожно! осторожно! сейчас возможна ошибка!», «нужно собраться!»), то очень часто все выходит более чем плохо. Когда же я, наоборот, действую налегке, с доверием к себе, то часто, как ни странно, получаются интересные вещи, которые мне самому потом нравятся, – а для меня это главный критерий оценки.

Вчера попробовал проанализировать, в чем же у меня затык относительно фотографа. Почему я не пишу ей? «Почему я не пишу Наталье? Потому что у меня нет понимания, что снимать и где. Завтра нужно составить предварительный список картин и размеров. И оценить его. Снимать: предварительно у меня дома, но заострив внимание, что у меня плохой свет. Поинтересоваться, какие еще есть варианты. Какая стоимость».

И удалось, кажется, вычленить, что меня блокирует перфекционизм и страх совершить ошибку. Как только я расслабился, как только я дал себе послабление сделать все не идеально, я тут же с утра подскочил и первым же делом пошел составлять список картин, которые я хотел бы сфотографировать. А составив, сразу написал фотографу:

Наталия, добрый день! Это Василий. Я писал вам в инстаграме по поводу съемки картин. Прошу прощения за исчезновение, я приболел и только выздоровел. Я составил список того, что я хотел бы снять.

К сожалению, как это часто бывает, когда долго копаешься – нужный момент уходит.

Наталия ответила мне:

Договорились, что я напишу ей в начале декабря. Мне писали и другие фотографы по моему объявлению, но они мне не понравились.

Когда я расставил картины в одном месте и окинул их как бы одним широким взглядом, я испытал крайне приятное чувство. Обычно роешь какую-то нору, не поднимая головы, как крот, ползешь, не понимая куда, и что вообще происходит. А тут, расставив перед собой картины, можно с удивлением почувствовать, наверное, почти то же самое (извините за нескромность), что испытал Господь Бог: «И увидел Бог, что это хорошо».

На днях у меня был день рождения и было, по обыкновению, очень грустно. Обычно в день рождения я замыкаюсь и сижу один дома, думая: «Ну вот, меня никто не поздравил, так грустно» («никто» – это, конечно, преувеличение). Тут я решил нарушить эту традицию и написал в инстаграме: «У меня сегодня день рождения, можете меня поздравить». Было приятно получить поздравления (пусть и некоторым нахрапом).

Эта ситуация (с поздравлениями) меня навела на более глубокие размышления о жизненной стратегии. А именно: можно сидеть и ждать чего-то, грустить, но мир не в курсе того, чего я хочу, и поэтому мне этого не дает. А можно четко артикулировать свои желания и получить необходимое. Я скорее склонен к ложной стратегии, в которой я ожидаю, что мои желания угадают. Думаю, что это во многом причина того, что я буксую в своем развитии. Итого: мне нужно четко осознать свои желания и четко артикулировать их в пространстве.

Вчера я все-таки написал Ире Литвиновой (она упоминалась выше):

Она ответила:

Я ответил:

Мы созвонились сегодня, разговор был очень насыщенный. Я был немного ошарашен той точностью и ловкостью, с которой Ирина говорила о моем искусстве. По ходу разговора я записывал что-то урывками на листочке, но очень сильно пожалел, что не записал разговор целиком (это был аудиозвонок в телеграме). Формулировки были восхитительно точными: возникло ощущение, что по мне прошлись неким волшебным рентгеном.

Я сильно сомневался относительно текста, который стоит у меня в портфолио. Ирина сказала, что текст ей очень понравился – обаятельный, чистосердечный, хороший текст. А относительно того, что меня не взяли – это совершенно нормально, так как воронка очень узкая.

Вон он, кстати, текст из портфолио: