Дорога в космос - Дмитрий Николаевич Матвеев

— Она сумеет, — сказал Игорь.

Он всё время молчал, только смотрел и слушал. И только теперь посчитал нужным вмешаться.

— Ну что ж, значит, сумеешь, — улыбнулась Зина. — А если нет, тебя твой парень будет сильно-сильно ругать.

— Девчонки, — вдруг обеспокоилась Мухина, — а как мы тарелку спрячем от правительства?

— А мы им ничего не скажем, — развеселилась Зинаида Михайловна.

— Но как же? Ты-то вот она, причём помолодевшая, да так, что любая богатая старуха за подобную процедуру все капиталы отдаст.

— Тут есть один момент. Я и сама не знала, мне Элик уже в космосе рассказал. Дело в том, что в Канаде один из солдат в меня выстрелил, засранец. Три пули, и все в цель. И если бы не оказалось на тарелке медицинской капсулы, я бы с вами сейчас не сидела.

— Какой ужас! — прошептала Торопова.

— Вот скотина! — возмутилась Мухина.

— Наверняка ему заранее приказали, — высказалась Перепрыгина. — Теперь свалят на нервный срыв.

А Любочка просто зажала обеими руками рот, чтобы из него не вылетела чего-нибудь лишнего.

— К счастью, всё обошлось, — улыбнулась Зина. — Пули достали, меня починили, заодно и тушку подрихтовали. Правда ведь, неплохо вышло?

Она подняла руки кверху и покрутилась, вроде как демонстрируя фигуру.

— Нормально, нормально, — отмахнулась Торопова. — А к чему ты это рассказала?

— К тому, что канадцы наверняка сидят сейчас как нашкодившие детишки: а ну, как обойдётся! Но если их прижать, тут же сдадутся и всё подтвердят.

— Ну ты, Зинка, голова! — воскликнула ушлая Перепрыгина. — Теперь ты можешь потребовать с канадцев бабла, и они заплатят. Даже не пикнут. Сколько запросишь, столько и дадут — в разумных пределах, конечно. А нашим скажешь, что, мол, тебя забрали раненую, подлечили, да скинули обратно. И ты ничего не видела и не знаешь. Хотя можешь даже рассказать то же самое, что и нам. Ничего секретного в этой информации нет.

— Вот именно. Мой комбез, в котором я вернулась, кинем органам как кость собакам, пусть грызут. А мы пока будем готовиться. Элик, ты ведь сможешь предоставить материалы для обучения управления космическим кораблём?

— Разумеется, — подтвердил Помощник. На корабле имеются все необходимые обучающие материалы на тот случай, если придётся заменить выбывшего члена экипажа аборигеном.

— Тогда чего же мы ждём? — влезла нетерпеливая Торопова. — За дело!

— Товарищ майор! — вытянулся в струнку молоденький лейтенант. — Наружное наблюдение за домом старух показывает наличие ещё одного человека. Оцепление утверждает, что мимо них никто пройти не мог.

— Понял, — кивнул майор. — Благодарю за службу!

— Служу России!

Лейтенант строго по уставу развернулся и рубанул строевым до двери кабинета, а майор задумался. Если в доме действительно появился кто-то ещё при том, что по земле пройти к воротам невозможно, значит, остаётся единственный вариант: опустился сверху. А сверху — это тарелка.

Майор достал сигарету, прикурил и затянулся. Которая это по счёту за день? Он уже и не считал. Эти сволочные пришельцы поставили всю службу на уши. Очень многие сейчас капитально недосыпают. Он сам спал в эту ночь какие-то два часа.

Кто может прилететь на тарелке? Вариантов немного: пришельцы или та бабка, которую они так демонстративно утянули к себе. Он поставил бы на бабку. Выходит, надо идти туда, говорить с этой… как её… Пищухиной, и вытягивать из неё все подробности. Ну и, конечно, артефакты. Мало ли что ей пришельцы подогнали! Все предметы должны перейти в собственность государства, и это не обсуждается. А старухе… подкинем что-нибудь на бедность.

Идти придётся самому. Не переложить беседу с бабками на лейтенантов. Не воспринимают пожилые люди всерьёз этих юнцов, будь они хоть три раза в погонах. От этого и разговаривают с ними снисходительно: мол, что вы знаете о жизни, сынки? Те злятся, делают ошибки, портят работу. Вот у майора внешность более-менее внушительная. И морщины имеются, и благородная седина мазнула виски. И взгляд посуровел, жестким стал. Одним словом, солидный человек!

* * *

Чем больше государство, тем больше его служба безопасности. Но чем больше служба — любая, даже такая, которая подразумевает высокую оперативность работы, тем больше в ней бюрократии. Согласования, разрешения, подписи, резолюции… Лишь к концу дня майор получил все необходимые документы. А как иначе? Неделю назад домик в одночасье стал объектом особой государственной важности, так просто теперь не пройдёшь.

Обитателей пока удерживает внутри толпа журналистов и прочих желающих дорваться до эксклюзивной информации. Так-то майор их недолюбливал, и было за что. Но сейчас эта публика оказалась как нельзя к месту. Конечно, это временно: насидятся, им надоест, и разбегутся. Вот тогда и наступит он. Писец.

В общем, выдвинулся майор лишь на следующий день. Пробился через толпу разномастного люда к воротам, надавил кнопку домофона.

На удивление, открыли ему сразу. И даже впустили в дом без препирательств. Но тут же предложили пройти в небольшую столовую, где и состоялась беседа.

Напротив майора сели четыре женщины. Три пожилые, выглядящие лет на шестьдесят, и одна молоденькая, двадцатипятилетняя. Кого-то она ему напоминала. Он, конечно, подозревал, кого именно, но поверить своим глазам оказалось неимоверно трудно.

Наконец, майор принял решение. Постарался, чтобы в голосе не слышалась неуверенность и спросил, обращаясь к молодой:

— Зинаида Михайловна?

— Она самая, — сдержанно улыбнулась женщина.

— Трудно в это поверить, — покачал головой майор.

— Самой с трудом верится.

— А как-то подтвердить свои слова вы можете?

— Разумеется, нет, — усмехнулась женщина. — На паспорте меня теперь не узнать. Разве что подруги мои подтвердят, но ваше ведомство всё равно не поверит. Вам бумажку подавай, причём вами же написанную.

— Наш разговор пошел куда-то не туда, — попытался выкрутиться майор. — Давайте оставим вопросы идентификации. Тем более, что за вас есть, кому поручиться. Давайте поговорим о другом.

— О чём же?

О вас, Зинаида Михайловна. Нам совершенно точно известно, что позавчера вечером вас в доме не было, и что по земле вы не проходили. Однако же к ночи появились, словно чёртик из коробочки. Вот нам и стало интересно, каким образом вы это сумели провернуть.

— Варианты парашюта, дельтаплана или ещё чего-нибудь вы уже рассмотрели?

— Разумеется. Тепловизоры вас бы засекли.

— Вот, значит, как…