22 дня в "Барбаре" - Виталий Штольман

– Какой-то ты негативный.

– Ты что глухой? Пошел на хуй!

Язвительный наблюдатель действительности не стал пытать судьбу и покинул меня. Я же остался с поломанной дверью и судьбой. Как же ты так вляпался, Виталий Александрович?

Дверь самому чинить не вариант. Нет ни инструмента, ни таланта, а уж желания и подавно. Набрал Левчику. Он не раз уже ставил дверь на свое штатное место после прихода архаровцев Гробова, что зачищал нечисть в моей квартире. Коновалов долго не брал. Пришла очередь Тамары, что могла прислать какого-нибудь делягу из управляющей компании, однако ж ретроградный Меркурий в ее голове вылил на меня ушат дерьма, я даже не понял, в чем провинился, но по версии раздосадованной женщины уровень моего преступления приравнивался к серийному убийству. Пришлось заниматься розыском мужа на час. Где-то в подъезде висело объявление. Нашел. Но звонить пока не стал. Дал шанс своему рукастому другу. На этот раз на той стороне отозвались.

– Здорова, беглец! – заржал басовитый голос.

– Лева, выручай! Жить без тебя не могу! – галантерейно начал я.

– Не уж то вспомнил, что у тебя есть друзья?

– Вопрос жизни и смерти.

– Ну чего?

– Дверь надо на место поставить.

– Опять твой друг-чекист заходил?

– Ага! Друг, блять! С такими друзьями и врагов не надо.

– Враждовать с ним лучше не стоит.

– Да не он это. Случайное стечение обстоятельств, что загнало меня в жопу.

– Когда пред тобой рисуются разного рода проблемки, не жди помощи от людей, ибо у каждого из них найдутся тысячи причин, чтобы слиться. Даже у тех, кого ты считаешь друзьями. У каждого своя жизнь, ради которой стоит рвать свою пятую точку. Не думай, что ты лучше их. Ты сделаешь тоже самое. Как говорится, своя рубаха ближе к телу. Дружба – это иллюзия, основанная на взаимных интересах людей, однако ж жизнь иногда подкидывает приятные сюрпризы. Я их что-то пока не наблюдаю…

– Лева, не нагнетай! Куплю я тебе пузырь.

– Пф-ф-ф, удивил козла капустой. У меня этого бухла дома, хоть жопой пей.

– Ах, вот ты как заговорил, рожа буржуйская. Старый Левка бежал бы так, что аж пятки сверкали.

– А новому надо что-то весомее.

– И что ты хочешь?

– Будешь моим ридером?

– Чего?

– Ну почитаешь мой роман, найдешь дыры в сюжете и все такое.

– Читал уже когда-то. Норм. Все, бери инструменты и тащись сюда…

– Ну нет, там многое поменяется.

– Лева, это унизительно. По дружбе и с гордостью за своего друга – да, а делать из этого работу? Извольте, барин…

– Люди с опаской относятся к чужой радости. Если тебе хорошо, то кому-то плохо. Вселенная должна быть в равновесии. Они может этого даже и не понимают, но чуют будто что-то не так. Какой-то подвох. Возможно даже обман. А не пытаешься ли ты часом наебать своей харизматично лыбящейся рожей? И все. В этот миг ты становишься им противен. Даже бесишь. Отчего все силы будут брошены на то, чтобы подлить говнеца в твой медок. Хоть не радуйся совсем. Вот если бы ты ныл, то конечно же им всем станет легче. Ведь у них получше дела, чем у тебя. Равновесие вселенной. Равновесие.

– Коновалов, ты меня сейчас вот и правда бесишь. Использовать мое же оружие против меня…ты серьезно вообще?

– Уроком тебе будет.

– Нашелся, блять, учитель.

– А почему нет?

– Так будем говорить теперь, да? Как в книжках? Ок. Ну держись! Лева, однажды твоя цветная фотография станет черно-белой и все. Цитата на мраморе. Две даты. Память. Твоя женушка найдет другого. А друзья? Нет у тебя теперь друзей, понял?

– Ты мне просто завидуешь…

– Я завидую? Ты думаешь, что встретил ту самую? Хер там плавал. Время исправит сию оплошность, отправив ее в ряды серых масс, неугодных для твоей пестрой натуры. И потом ты прибежишь ко мне. Виталя-Виталя, помоги, она сожгла мой роман. Что делать? Что делать?

– Да, что ты говоришь. Умник. Философа из себя строит. Ты посмотри на себя. Где ты? На самом дне. Все, к чему ты прикасаешься, превращается в дерьмо. Понюхай вокруг. Чувствуешь? Ты даже не знаешь для чего ты живешь? Мир изменить? Ага-ага. До хера вас таких было. И где они все. Пока ты не поймешь, для чего ты дышишь, то так и останешься животным, занимающим бесполезную клетку в эволюции, готовым жрать нижних и отдаться на пропитание верхним. Что делает тебя человеком? Не разум. А смысл существования.

– Пошел на хуй, буржуй! – я повесил трубку, но бомбить продолжил, – Есть такие супружеские пары, где от любви остался лишь набор звуков, издаваемых во время обязательного ежемесячного соития для самоутверждения своего якобы влечения и неугасающей любви. По сути же они лишь топчут бетон на одной жилплощади во имя великих целей типа ипотеки или взращивания потомства. Он бегает по шлюхам, ибо запустил себя так, что бесплатно уже не дают. Она флиртует с молодыми красавчиками, пользуясь служебным положением, мечтая раздвинуть пред ними свои волосатые ноги. Их мир держится на иллюзии счастливой жизни, которую они пытаются строить пред обществом. Вытащи один кубик из этой пирамиды, и все рассыплется, – глаза мои направились вверх, – слыхал, Лева, это твой путь, не отрицай. Все ищут барышню, что не трахает мозги, но увы сие из научной фантастики для блаженных дрочил, верящих в реальность утопии. Сначала они лихо прячут свою черноту, а со временем приоткрывают дверку, в итоге нараспашку открывается дверь в ад, откуда валом лезут черти, чья сущность – тьма. Живое воплощение кошмара. Попался ты на райском наслаждении в коварную игру теней и проиграл. Думаешь, деньги спасут твою душу? Не-е-е-ет. Купить все невозможно. Ты поймешь это, но потом. Сейчас же шуршащие бумажки портят тебя. Да-да, беднякам срывает башку. Гильотиной. Бамс. Покатилась по сырой земле. Найти ее теперь составит большого труда. Бедность отрезвляет. Бедность заставляет видеть естество вещей. Бедность. Бедность. Хорошая мысль. Надо записать.

Если возвращаться к нашим сломанным стульям, вернее двери, то разговор с мастером из объявления был значительно короче, чем с моим бывшим другом. Он пришел, посмотрел, заявил: «Хуйня делов!» – засучил рукава и приступил к делу. Справился быстро. Правда пришлось