30+ - Виталий Штольман
– Хорошо бы! Люблю страну нашу огромную, но дома лучше всего. Деревья эти, березоньки, поля и луга. А девки белосветские – самые красивые. Знаешь почему?
– По первой версии Екатерина II отправляла в Белосветск тех, кто краше ее, а по второй – проституток в ссылку. Кто ж не знает?
– Ну ведь хорошо же вышло в итоге. По центру идешь, каждая вторая –красавица! Глаз радуется! А есть ведь города, я много их повидал, где одни страшилища… Прям даже жаль их там. Я, знаешь ли, визуал, люблю шикарный вид.
– Да хорош, шоль!
– Я серьезно… Бывал в одном провинциальном городишке, так там все страшилища. Идешь вот так по улице… Дама спереди от бедра вышагивает… Да так вышагивает, что аж слюни течь начинают! Сзади прям персик, и ножки от ушей, и попка орехом, все как-надо, а обгоняешь… Вах! Визуальный диссонанс. Пиздец во плоти!
– Это еще чего?
– Страшная, чего! Рожа кривая… Некрасиво все это… Не люблю, когда некрасиво! И так почти с каждой… Вот у нас в Белосветске прям-таки другое дело, аж гордость берет за генофонд!
– А что ж ты от девок-то наших все сбегаешь, да сбегаешь? Нашел бы себе ляльку какую с района, да закольцевал бы ее!
– Мир хочу посмотреть! Интересно ж! А тебе не интересно?
– Да куда я поеду? И тут норм! Достопримечательностей куча! Дом с логотипом «Сто семь». Музей. Падик у Камаза или у бабули его. Амфитеатр, – заржал Тосканец. – И все на районе нашем!
– Вот видишь, ты дальше района своего носу не показываешь, так и помрешь среди этих бетонных многоэтажек. А там в мире, знаешь, сколько всего интересного? Мы чего, кстати, сидим просто так? Как гласит древняя белосветская легенда: «Если жарку шашлыка не окропить водицей огненной, то не вкусно выйдет!»
– Ты это сам сейчас придумал?
– Легенды, я же говорю. Из уст в уста, друг мой. Может и приврали где на переправе, но это уже не ко мне. За что купил, за то и продаю!
Тосканец разлил текилу по пластиковым стаканчикам и нарезал лимончик.
– Нож-то, как бритва!
– Любишь ты поговорить. Будем!
Пацанчики выпили, не морщась.
– Ух, хороша! А че ж не поговорить-то? – восхитился Автоном.
– Смотри, как горит! – Тосканец плеснул недопитые остатки пойла в костер, огонь вспыхнул синим пламенем.
– А не потравимся?
– Да не должны! Мозг только пудрит. С первой рюмахи она заводит тебя в веселенькое состояние, ты треплешься, будто истинный мексиканец, готовый надеть свое сомбреро и играть на этой их маленькой гитарке, а потом бац и кастетом в рыло… Вырубает на смерть, но тебе ли бояться?
– Звучит потрясающе. После отваров горных шаманов уже ничего не боюсь, да и на районе дряни напробовался. Однажды, представляешь, у меня у глаз видео отключилось.
– Как это?
– Слайд-шоу! – заржал Автоном. – Идешь, значит, а у глаз нет видео, а картинки лишь мелькают, словно фотограф внутри сидит и нажимает на спуск часто-часто. Хч-хч-хч. А сперва обалдел, думал навсегда так теперь.
– Ты чем это так упоролся?
– Да брал тут у одних товарищей коньячок.
– Не стыдно тебе?
– Чего это?
– У тебя братишка нормальным пойлом банчит, а ты к его конкурентам ходишь.
– Теперь-то уж точно не буду. Хорошо не сдох!
– Хороший тост!
– За тех, кого с нами нет?
– Да! За тех, кого забрал район!
Выпили, не чокаясь.
– Тосканец, выберись ты из города-то хоть. На усадьбу какую-нибудь сгонял бы… Есть же у нас… Поэт там жил… Не помню, как у него фамилия…
– Да был я там в школе еще, ничего интересного. Дом, пара избушек и мельница.
– Эх, брат, н-е-е-е-е-т. Аура там, знаешь, какая?
– Какая?
– Сильная!
– Как подойдешь к памятнику, ух! Сильное место! Как по дорожкам этим кирпичным пройдешь вдоль прудов, ух! Заряжает!
– Вот че заряжает! – разливая по стаканам текилу, резанул именинник и басовито расхохотался, продемонстрировав неполный зубной состав, что являлся его именной наградой в битвах за район.
– Дурак ты, Тосканец! Ничего не понимаешь в искусстве!
– Как это не понимаю! Я восхищаюсь нашим «Сто семь»! Это ж… Ну как его… Подскажи!
– Ага, кубизм, епта! Решили на доме что-то изобразить советские строители! Архитектор был пьян, потому-то так и вышло! – рассмеялся Автоном, – И возле него теперь стабильно кто-то в говно трется, пытаясь разглядеть, что же он заложил туда глубинного. То червяк в стакане привидится, то глаз в третье измерение, то цифра или еще чего…
– Мне нравится.
– А мне нет! Как-то примитивно все это!
– Слушай, а ты на какие барыши по миру мотаешься? Работу, шоль, какую нашел нормальную? Хотя какую работу? Ты ж у нас кочевник, а кочевникам, как на