30+ - Виталий Штольман
– Иногда след детектива идет по ложному следу! – расстроила подругу председателька, но тут же обнадежила, – У нас есть имена! Имена преступников! Нужно их найти, рассекретить и предать общественному суду!
– Это точно не Эва Найс, – решила высказаться дама с голубой головой, – Женщина никогда не навредит женщине!
Все захлопали.
– Все правильно! Кто такие Родри Модри и Дэвид Чайковски?
– Чайковски? Хм! – задумалась вслух бодипозитивщица номер два, – Какая знакомая фамилия… А он не выступал ли в прошлом месяце у нас?
– Нужно поднять записи! – закричала бодипозитивщица номер один, – Есть след!
– Девочки! Нам нужно сделать паузу! Я запрошу в библиотеке сведения про этого Чайковски! – председателька уходит.
– Девочки! Если информация подтвердится, что будем делать? – воинственно спросила бодипозитивщица номер два.
– Кастрация! – резанула дама с голубой головой.
– Я, конечно, тоже недолюбливаю мужчин, но самосуд – не выход! – обозначила свою позицию разведенка, – У меня двое детей, в тюрьму категорически нельзя. Нужны законные меры. А если это вообще женщина?
– Такого не может быть!
– Жаль, сейчас не средневековье! Там столько прекрасных способов для увечий, – с похотью в глазах начала рассуждать бодипозитивщица номер один, – Костры. Четвертование. Сжигание всего селения, где живет прокаженный. Лошадьми еще можно было разорвать. Яд, опять же.
– Яд – это как-то лояльно, – отозвалась бодипозитивщица номер два.
– Ну это смотря какой? Есть долгоиграющие конфетки.
– А бы просто кастрировала и все! – снова озвучила свою версию дама с голубой головой.
Вбежала председателька.
– Девочки, вы были правы. Только это был не Чайковски, а Родри Модри… И это женщина!
– В смысле женщина? – ахнула дама с голубой головой, – Этого просто не может быть!
– Зовут ее Светлана Огурцовец-Приторговец. Выступала в прошлом году здесь.
– Выждала, гадина! – завопила бодипозитивщица номер один.
– Думала, мы ее не найдем? – завопила бодипозитивщица номер два, – А мы найдем… А мы найдем кого и где угодно! И нашли… Какие же мы, девочки, все-таки молодцы!
Долгие бурные овации.
– Подаем иск? – вполне хладнокровно выдала свой вердикт разведенка.
– Да, девочки! Подаем коллективный иск! – подвела итог председателька, – Это серьезный урон нашему клубу писателек, повлекший, как психологический, так и репутационный уроны. Будем подавать иск в суды всех инстанций, в прокуратуру, следственный комитет, ФСБ, ФСО, милицию, полицию… В общем, везде подадим! Я уже позвонила знакомой адвокатке… Сейчас она скинет коллективный иск… А вот, уже прислала! Иду печатать! – дама с розовой головой убегает.
– Нет, ну тут двадцатью годами пахнет! Не меньше! – брызнула слюной дама с голубой головой.
– Я просто уверена, что она расфуфыренная селедка! – подхватила бодипозитивщица номер один.
– Вот ее там и нафуфырят на зоне! – поддержала подругу бодипозитивщица номер два и звонко расхохоталась, что аж зазвенели стекла на окнах.
– А я бы пожизненное ей дала! Преступник должен сидеть в тюрьме! – выразила свое мнение разведенка, – И миллионов десять рублей за моральный ущерб.
– Каждой! – председателька влетела на крыльях победы, тряся бумажкой, – Подписываем, девочки! Подписываем!
Все единодушно подписали документ и разошлись восвояси. На этом заседание клуба писателек было закрыто… А впереди их ждала борьба за честь и достоинство… И новые заседания клуба… Не менее жаркие… Не менее животрепещущие…
Пацанчики
Тосканец обрел свое имя, благодаря неземной любви к изысканным итальянским напиткам, однако ж это не мешало ему пить все, что горит адским пламенем. Данность уважения к мафии открыла ему лазейку в мир бутлегеров, которые создавали иллюзорность шика в нашвыриваниях. Виски. Текила. Коньяк. Бренди. Экспортная водка. Любые наклейки лепились на отвратное пойло, выдавая содержимое бутылок за элитные напитки. Сходная цена рождала спрос, коим пользовался сегодняшний юбиляр. Сегодня он перевернул календарь очередного года, и как полагалось в рядах итальянской мафии, мероприятие требовало особого шика, потому-то Тосканец приобрел ящик текилы. Да, не итальянский лоск красного полусладкого… Но четыреста рублей за литр – подарок судьбы. А криво наклеенные этикетки – не беда после третьей рюмашки. Кто на это будет вообще смотреть?
Выбрав для празднества тихий лесок за Белосветским автодромом, именинник отправился готовиться к прибытию званных гостей. А среди них был весь свет района. По такому случаю в родные края заглянул отважный кочевник Автоном, коего Тосканец встретил еще на рассвете на автовокзале. Было в этом пареньке что-то цыганское: «айнане», путешествия и красивые чернявые женщины, что прельщали его взор. «Таков путь!» – говорил тот и мчал знакомиться с горными источниками в какой-то перди на другом конце страны… Но сегодня Автоном прибыл на день рождения своего дорогого друга, с коим они еще в детский сад ходили в одну группу… А это, знаете ли, особый уровень родства, прошедший через годы суровых испытаний.
Тосканец со своим кочевым другом нашли удачную полянку для празднества и развели огонь.
– Хорошо-о-о-о! – сказал Автоном и достал из портупеи нож, – Держи, брат! Острый, как бритва! Шинкуй! А дамы прекрасные будут?
– Должны быть! Но все пристроены! Хотя может кто прицепом заскочит, я рад всем сегодня. Настроение кутить, как знатный