Тайна Ведьминого леса - Татьяна Филатова

- Понял, - кивнул Сафронов. – Уже бывали в заброшках?

- Непросто бывали, а, можно сказать, профессиональные сталкеры, - ответил Вадим. – Вот только усадьба наша им оказалась не по зубам: одну нашли в комнате наверху, вторую – на заднем дворе. По всей видимости, она сумела выбраться из окна второго этажа, упала на землю, сломала себе ноги, но все же пыталась спастись, надеявшись укрыться в лесу. Не доползла… И вишенка на торте – у обеих девиц на себе были камеры. Угадай, что они зафиксировали?

- Ничего? - предположил Михаил.

- Ты прав: ничего, - подтвердил шеф. – На обеих записях все выглядит так, будто у этих барышень было какое-то коллективное помешательство: они одновременно кричали, одновременно кого-то боялись, то убегали, то пятились. Но камеры не зафиксировали ровным счетом ни-че-го! – по слогам проговорил Вадим. – Если они кого-то и видели, то видели они и вправду призраков, которых ни один объектив зафиксировать не может просто потому, что фиксировать нечего! Ибо физической оболочки, если верить легендам и поверьям, привидения не имеют.

- Но призраки не выпивают кровь и не оставляют в груди раны… - задумался Михаил.

- И вот еще вишенка – вторая, - улыбнулся Вадим и включил видео на своем телефоне, которое в него уже было перенесено с камеры одной из девушек. – Смотри: с того момента, как они оказались на втором этаже дома, на записях начались помехи, а там, где проскакивает хоть немного четкая картинка, кажется, что все затянуто белым дымом.

- Женщина из тумана… - задумчиво проговорил Сафронов.

- Вероятно, она самая, - согласился с ним Вадим.

- Что это выходит – погибшие девушки видели там не только Елизавету Вудман?

- Видимо, да.

- Но ведь и я тоже видел, - опустил голову Михаил. – Ваня Светлов… Я не хотел тебе говорить, но я вчера снова встретил его.

- Где? – удивился Вадим.

- Я ездил в лагерь, - признался Миша. – А еще я видел Ильина Костю. И других… Ваня сказал, что я один из них.

- Какой бред… Нет, ты не подумай. Я тебе верю. Я не о тебе – я обо всем, что происходит. Мы с тобой – два взрослых мужика – сидим и рассуждаем о призраках и о ком… о вампирах? – он усмехнулся.

- Думаю, да, - закивал Михаил. – Я предлагаю сжечь усадьбу и сровнять с землей склеп.

Вадим задумался.

- Это будет непросто сделать, - ответил он спустя несколько секунд раздумий.

- Или ты останешься без помощника, - печально улыбнулся Михаил. – Конечно, ты это переживешь, а вот я, боюсь, нет…

- Сегодня вечером? – серьезно посмотрел на него шеф.

- Сегодня вечером, - согласился Миша.

От этой бесполезной суматохи уже все устали: каждый куда-то бежит, делает видимость высокой занятости, постоянно что-то с кем-то обсуждает и принимает какие-то решения. Вот только вся эта бессмысленная суета не приносит никаких результатов: список жертв маньяка пополнился двумя новыми женскими именами, а продвижения в его поимке как не было, так и нет.

Намекать на мистический след начальству Михаил больше не хотел, Вадим в разговорах с майором также эту тему обходил стороной. Сафронов внутри себя уже смирился, что выше лейтенанта, вероятно, он точно не пройдет, да и не о том он думал, а о своем давно погибшем коллеге – лейтенанте Морозове, смертью которого и завершился цикл загадочных убийств в Ведьмином лесу сорок лет назад.

Он ненадолго заехал домой и сказал жене, что будет поздно. Она не удивилась, просто молча приготовила и завернула ему бутерброды, сварила кофе, перелила его в термос, а затем демонстративно ушла в другую комнату, забрав с собой сына. Напряжение между ними усиливалось, но отступать и отказываться от задуманного Михаил уже не собирался. В багажнике лежали две почти полностью заполненные двадцатилитровые канистры бензина, на пассажирском сиденье – бутерброды с ветчиной, бережно завернутые в фольгу, и термос с горячим кофе. «Потом», - подумал он про себя, понимая, что этого самого «потом» может и не быть. Однако аппетита у лейтенанта Сафронова совсем не было…

Который раз за последнюю неделю он оказывается в этом лесу в темное время суток? Удастся ли задуманное? Еще и Вадим, как всегда, задерживается, но ждать его Михаил не хотел: он сам обольет этот проклятый дом со всех сторон, а уже вместе с шефом они попробуют разнести тот жуткий склеп. С поджогом дело должно обстоять проще, а вот выйдет ли разбить каменные стены?..

Ему показалось, что у реки кто-то сидел. В каждой руке у Михаила было по тяжелой канистре, но в одной он еще и держал фонарь. Посветив туда, где совсем недавно был убит Кирилл, приехавший с отцом на рыбалку, Сафронов никого не увидел. С облегчением выдохнув, он уже развернулся, чтобы продолжить идти к усадьбе, когда вдруг громко выругался, чуть не бросив металлические канистры, чтобы схватить оружие: прямо перед ним стоял Максим, погибший здесь же сорок лет назад, а рядом с ним – Кирилл. Выглядели парни почти одинаково плохо, и Михаил тут же вспомнил мертвых мальчишек из лагеря…

Он хотел открыть рот и что-то сказать призракам, что стояли совсем рядом с ним и смотрели на него, но не мог вымолвить ни слова. Какое-то время переводя взгляд то с одного мертвеца, то на другого, Михаил все же сделал шаг в сторону, обошел их и направился на пригорок.

- Зря, - услышал он вслед голос одного из мертвых подростков, но, обернувшись, уже никого не увидел.

Шагая по тропинке, которой не было здесь еще неделю назад, Михаил то и дело вздрагивал и нервно ругался себе под нос, замечая, что его сопровождает очередной мертвец, безучастно провожая неживым взглядом того, кто скоро должен стать одной заблудших душ Ведьминого леса. Иногда Миша останавливался, чтобы немного передохнуть, но, как только понимал, что в паре метрах от него снова стоит чей-то призрак, брал канистры и продолжал подъем на пригорок. Полчаса назад Вадим прислал сообщение, в котором написал, что будет в лесу примерно через час, и попросил своего помощника дождаться его, но Сафронов ждать не хотел.

Уставший Михаил стоял напротив старинного здания, которое, казалось, медленно поглощалось лесом. Однако лейтенант знал, что