Мятеж - Акибо Тэнсей

Вик поднялся с камня и отряхнул ладони.

— По местам.

К ним подбежал запыхавшийся Клегг. Вик тут же набросился на него:

— Что с турелями?

— Парни сделали, что могли. Три — потолок, — доложил Клегг. — У нас нет ни деталей, ни времени. Спросишь у Десмондов отсрочку — оживлю ещё пару.

Вик угрюмо кивнул. Что трёх турелей против планетолетов Десмоднов и роя интерцепторов мало, вслух никто не сказал. Это все и так знали.

* * *

Медлить было уже нельзя, и они отступили в подготовленный штурмовиками Роты командный пункт — неглубокий, по грудь, с бруствером из мешков. Отсюда открывалось всё: дорога от деревни, полосы полей перед ней, три чаши мазеров чуть ниже по склону. Кэндалл с ящиком устроился под боком. Между ними из утоптанной земли торчал рычаг пуска мазеров, от него толстый кабель тянулся к третьей чаше — запускалась она только вручную.

Вик тронул рычаг — просто проверить, как он работает.

— Не трогай, — не оборачиваясь, сказал Кэндалл. — У нас один выстрел: перезарядка займёт больше времени, чем весь налёт. Промахнёмся — второй выстрел нам уже не понадобится.

— Не промахнёмся. Подпускаем врага как можно ближе!

В воздухе вдруг послышался низкий, все нарастающий гул, и из-за крыш крайних домов выползли две огромные туши транспортных планетолетов. На гигантских боках ясно выделялись эмблемы Десмондов. Интерцепторы стаей оружили вокруг них. Вик попробовал их пересчитать, но бросил на втором десятке.

— Всем постам, — прогудел в общем канале Клегг. — Без команды не стрелять. Кто дёрнется раньше — лично прибью!

С оглушающим низким гулом планетолеты на малой высоте шли над полем. Во рту у Вика пересохло. Не отрываясь он смотрел, как машины перестраиваются, и думал одно: ближе, ещё ближе.

— Три тысячи, — начал счёт Финн. — Две восемьсот. Две пятьсот.

— Мазеры к бою, — приказал Вик. — Маскировку держим до последнего.

— Пошло. Первый и второй мазеры в норме. Третий набирает заряд… медленно, но набирает.

В это время стая интерцепторов снизилась и вытянулась клином на поместье. Клин шёл ровно, как по линейке, — прямиком в мёртвый сектор старой карты Кёнигсби. Дальше ждать было нечего.

— Турели — огонь по интерцепторам!

«Мёртвый сектор» разом ожил. Три турели ударили из-под сетей, трассы вспороли утреннее небо, и клин лопнул. Один аппарат кувыркнулся и упал в поле, не дотянув до ограды, второй потянул дым и ушёл со снижением. Остальные брызнули в стороны —тут же рой развернулся на батарею. Теперь они шли иначе: рвано, то и дело сменяя высоту и накрывая бруствер залпами. Внизу что-то грохнуло, ударила вспышка, следом донёсся железный лязг.

— Турель три-один разбита, — сказал Финн. — Прямое попадание!

Две оставшиеся турели били часто и зло. Под этим огнем рой интерцепторов пока держался на расстоянии, маневрируя и давая короткие ответные залпы. В какой-то момент ещё один аппарат задымил в воздухе и стремительно рухнул вниз. Однако это мало что изменило — на место одного сбитого интерцептора в строй вставали двое новых.

Тем временем планетолеты Десмондов пришли в движение. Дважды коротко сверкнуло, и над поместьем поднялись два дымных столба.

В наушнике сквозь треск прорезался чужой голос, злой и запыхавшийся:

— Пост два — всем! Закодированные вырвались! Все трое! Сорвали дверь и уходят к северному крылу!

— Эль на связи, — отозвалась она с будничным спокойствием — Иду. Держите коридор, без нужды не стрелять. Главное — меня не подстрелите!

Вик стиснул зубы. С поля боя не уйти, не помочь — только слушать.

— Двое во дворе, отсекли нас от прохода! Третий лезет на антенную площадку — он сигналит! Он же им сигналит!

— Вижу его, — сказала Эль. — Не лезьте под руку.

— Эль, осторожно, они…

Канал утонул в треске боя. Вик заставил себя смотреть на поле.

— Командир, — раздался безэмоциональный голос Финна. — Контур третьего плавает. Держу… Держу… Погас.

Кэндалл вскинулся над бруствером — и осел обратно: до чаши было двадцать метров сплошного огня.

— Исправить можешь?

— Нечем и некогда. Считай, из трёх самоделок живы в лучшем случае две.

Бой продолжался, очереди второй турели стали короче и реже. Плазменные жгуты интерцепторов врага полосовали по броне, раскаляя ее добела. Одна турель выбита, вторая — на издыхании. Всё зависело от мазеров, кое-как слепленных ими за ночь. Узнать работают ли они вообще, можно было лишь одним способом — дёрнуть рычаг.

— Планетолеты и интерцепторы входят в зону мазеров, — сказал Финн. — Тысяча шестьсот.

Рука Вика легла на рычаг — ребристый и холодный. Два планетолета с десантом, в окружении целого роя небольших интерцепторов медленно и неумолимо приближались к центру поместья. Еще пара минут, и они начнут высадку десанта прямо у причальной мачты.

— Тысяча четыреста! Тысяча двести!

Вику нестерпимо захотелось отжать рычаг. Пальцы сами пошли на излом, но парень усилием воли сдерживал себя, слушая обратный отсчет Финна.

— Тысяча, — считал Финн безучастно, будто зачитывал накладную. — Девятьсот.

— Ещё, — одними губами сказал Кэндалл. — Ещё ближе.

— Восемьсот.

Вторая турель дала короткую очередь, поперхнулась и смолкла. Вик уже не дышал.

— Шестьсот, — сказал Финн. — Пятьсот.

— Огонь!

Чаши мазеров пришли в движение. Чтобы не выдать себя, Финн до последнего момента не наводил их на цель.

Вик дёрнул рычаг.

Две чаши ожили и уставились на парящие над землей планетолёты. Ничего не произошло: ни луча, ни вспышки — только горячий воздух дрожал над установками. Под подошвами тяжело качнуло землю, и в двух оживших чашах загудели накопители.

— Не срабо… — начал Вик.

И рой посыпался.

Интерцепторы держались вокруг транспортов плотной защитной стаей и оба мазера накрыли половину построения разом. Рой рушился словно по команде — ближние интерцепторы камнями упали вниз, другие закувыркались, разбрасывая куски обшивки. У третьих оружие само давало короткие очереди — в небо, в землю, по своим. Две машины, потеряв управление, столкнулись в воздухе и разлетелись обломками. Уцелевшие с краю беспорядочно рассыпались в стороны, кто куда.

— Это я на них так навёл, — не отрываясь от неба, сказал Кэндалл. — Броню не прожжёт, зато мозги всему рою сварит.

Первый планетолёт попав под удар мазеров, вздрогнул. Двигатели его пошли вразнос: часть встала, другие, пытаясь компенсировать потерю мощности, дала полную тягу. Тут