Дикий - Нира Страусс

— В таком случае я принимаю твои слова. И благодарность, и извинения.

— Значит… это правда? Ты здесь, чтобы помочь нам выяснить, что происходит и где Аманда?

Мне безумно хотелось хоть как-то обнадёжить его. Саммер в паре шагов от нас ловила каждое наше слово.

— Я сделаю всё, что в моих силах, — пообещала я.

Было видно, что он хочет добавить что-то ещё, но парень лишь коротко кивнул. Затем повернулся и строго зыркнул на кучку ровесников, которые не переставали подавать ему знаки за спиной. Его чуткий кошачий слух наверняка разбирал их приглушённое шушуканье.

— Что там такое? — спросила я.

— Да сплетники пустоголовые. До нас дошли слухи о тебе и твоих силах… Ну и, в общем, — он широко улыбнулся, — о том, что ты сделала со стражем Мендосой.

Я перевела дух:

— Ох…

Голос Джунипер громом прогремел над моим ухом:

— Я же говорила! — Она выразительно махнула рукой в сторону подростков: — А ну брысь по местам! Дакс, тащи сюда этот стакан, я понюхаю! Если хоть кого-то поймаю у стола со спиртным — руки отвалятся драить зацепы на скалодроме!

Молодёжь дружно загалдела:

— Да ладно тебе, Джун…

— Остынь, праздник же!

— Мне родители разрешили!

Дав понять, что жалобными стонами её не пронять, Джунипер решительно двинулась на них, и компания с воплями рассыпалась во все стороны. Джонни покачал головой:

— Идиоты. Если ей придётся за ними бегать, будет только хуже. — Затем он повернулся к Саммер: — Ты в порядке?

Девушка несколько раз моргнула, выныривая из оцепенения:

— Да, конечно.

— У меня… есть для тебя фонарик.

Саммер лишь молча уставилась на него, и Джонни занервничал. Он неловко почесал затылок:

— Ради Аманды. Чтобы духи помогли нам её отыскать.

Она рассеянно коснулась рёбер:

— Не думаю, что духи способны хоть чем-то помочь.

Джонни сжал челюсти так, что вздулись желваки, и я почувствовала: между ними происходит куда больше, чем видно со стороны. Но тут подскочила Нун в сопровождении группы пожилых шифтеров, которые, по её словам, горели желанием со мной познакомиться.

— Это старейшины. Не бойся, у нас это уважительный титул, а не обзывательство. Самые мудрые и опытные среди Чёрных Клыков. Кроме бабушки, — она указала на седовласую женщину в потрясающем гранатовом платье. — Бабуля у нас с лёгким приветом.

За это заявление Нун тут же схлопотала несколько подзатыльников и щипков. В итоге меня принялись внимательно разглядывать создания, чья внутренняя энергия была настолько плотной, богатой и насыщенной, что даже холод, пробиравший до костей, отступил.

Ночь брала своё, и я окончательно растворилась в этой огромной семье: Нун повисла у меня на руке, Джунипер покатывалась со смеху над анекдотом про медведя, волка и выдру, зашедших в бар (рассказанным Лэндоном, так что анекдотом это могло и не быть), а Саммер безостановочно подкладывала еду на глиняную тарелку, неведомо как оказавшуюся в моих руках. Желудёвого хлеба, печёных кореньев, яблочных тарталеток и шашлычков из кабанятины мне хватило бы до конца дней.

К счастью, у меня объявились тайные и молчаливые союзники. Ловкие детские ручонки и когтистые лапки то и дело таскали всё, что сгружала мне Саммер.

В какой-то момент Джунипер шепнула мне на ухо:

— Всё прошло чисто. Фаб вернулся.

Я шумно выдохнула ком воздуха, застрявший в груди на весь день. Теперь я наконец смогла полностью включиться в окружающий разговор. Никто не стеснялся говорить при мне. Я вспомнила байки о патологической замкнутости Чёрных Клыков и шифтеров в целом. О том, как сильно они на самом деле стремились к интеграции с людьми (лучшим доказательством служило то, что их дети учились в обычной смешанной школе), и о том, как яростно при этом оберегали свой закрытый мирок.

Казалось, я перескочила сразу через несколько ступеней доверия лишь благодаря тому, что случилось с Саммер. Этот случай вкупе с непреклонным решением альфы поселить меня в собственном доме запал в душу каждому из них. Да и появление на празднике под руку с Джунипер стало для сородичей ещё одним негласным знаком: мне можно верить.

От этого я почувствовала себя… по-настоящему счастливой.

Болтая с Джунипер и двумя её подругами, Лией и Марибель, я улучила момент, чтобы спросить.

— Кто-нибудь знает, что случилось с ухом Реми?

Все трое уставились на меня с одинаково отсутствующим выражением лиц.

— Пытался перемахнуть через забор и напоролся на колючую проволоку, — выдала Лия.

— Аккурат в тот момент, когда спасал детёныша енота из пасти койота, — подхватила Марибель.

Замечательно. В этой стае водилось бесконечное число сказочников, и по какой-то неведомой причине у каждого была припасена своя версия о порванном ухе Реми Каллахана.

— Спасибо, очень помогли, — вздохнула я.

Джунипер подмигнула мне, а Лия поспешила сменить тему:

— Видели лицо Куинна, когда появилась Мара?

Джунипер покатилась со смеху:

— Он и сам от себя такого не ожидал. Даю им максимум времени до конца подношений, а потом они смоются. — Она повернулась ко мне: — В дни равноденствий ухаживающие друг за другом пары обычно стараются закрепить свой статус. Если самец преподнес подарок — скажем, предмет одежды, — и самка приходит в нём на праздник, он наконец понимает: она благосклонна. Или наоборот. Вот и наши стражи, Мара и Куинн, как раз из таких.

Марибель с жаром закивала:

— Они годами кружат вокруг да около: то да, то нет. Когда оба доминанты, брачный танец превращается в головоломку. Кому-то из двоих нужно уступить, понимаешь?

Я кивнула, хотя уловила лишь самую суть: если оба шифтера обладают одинаково сильным инстинктом доминирования, каждый хочет завоевывать и соблазнять сам, а не подчиняться чужой воле.

Джунипер с дьявольским видом потерла ладони:

— Наконец-то на советах перестанет так разить. От Куинна фонило как от ароматической бомбы каждый раз, когда Мара входила в комнату.

Лия вздохнула:

— И не говори. Слава духам, запах у него приятный, а не то хоть вешайся…

Едва разговор грозил стать куда интереснее — Джунипер как раз обронила слово «спикулы», — как над поляной разнёсся пронзительный, режущий уши скрежет микрофона. Вслед за ним прокатилась волна возмущенного ропота.

— Простите! — донесся со сцены голос Нун. — Пап, от твоей настройки звука плакать хочется! Саммер, вернись на место! Всех с праздником осеннего равноденствия! В этом году я исполню своё любимое произведение Баха. Как обычно: тому, кто первым угадает название, подарю месяц бесплатных услуг няни. А теперь тихо!

Поразительнее всего было то, что пятнадцатилетней девчонке удалось разом заставить замолчать сотни подвыпивших шифтеров, которые секунду назад шумели на всю округу.

Сыграла она на удивление