Бесприданница. Искра Князя - Марина Эльденберт
— Куда они делись? — раздался грубый каркающий голос возле входа в переулок.
— Может, присели по нужде, — ответил ему подельник.
— Все трое?!
— Да кто их, этих баб, разберет!
Они еще о чем-то говорили, но голоса начали отдаляться, и уже было не разобрать.
Я перевела дыхание, чтобы тут же ощутить чужую ладонь на своем плече. Приняла стойку на автомате, и нож вскинула тоже по привычке из прошлой жизни.
Оказалось, мы спрятались не в нише, это был вход в чей-то подвал.
— Тише, йяра, — вскинул руки рыжий парень. Такой тощий и чумазый, что сложно было разобрать, сколько ему лет. — Я вас не обижу. Меня за вами отправила Сина.
Я непонимающе моргнула, и он добавил:
— Из замка. — Парень внезапно улыбнулся, показывая кривые выступающие вперед зубы. — Когда она сказала, что невеста князя боевая, я не поверил. А оказывается, это правда. Меня зовут Малл, я отведу вас в безопасное место.
Часть 2. Девица из богатой столицы
16
— Получи искру!
— А-а-а-а-а! П-ш-ш-ш! Н-на!
— Ай! Больно!
— Ты совсем дурак?! Чего в меня тыкаешь горелым?!
— Аня-а-а-а-а-а!
— Аня, она меня бьет!
— Он первый начал!
— А ну застыли все! — Подчиняясь моему командному голосу, дети и правда застыли и засверкали на меня глазами-бусинками из полумрака подземных катакомб.
Вот уже месяц мы с Эльгой и Заллой жили в местных трущобах. Я тренировалась каждый день, благодаря чему могла уже приседать и отжиматься без одышки, вернула себе навыки владения боевыми приемами, неспешно изучала обстановку, собирала информацию и готовилась к контрнаступлению.
Хотя бы потому, что у Гемора здесь было собственное криминальное государство в государстве. Во-первых, бордель и правда принадлежал ему. Ну то есть официально он принадлежал не ему, а одной «мадам», но пятьдесят процентов дохода отжимал он, не говоря уже о том, что любую из девочек мог пользовать лично, бесплатно и в любое время. Все, кто держал здесь хотя бы какой-то бизнес — пекарни-булочные, мастерские по пошиву одежды или обуви, кузницу и так далее — все платили ему. И это, увы, были не налоги в казну. Налоги в казну все платили плюсом.
Вся почта проходила через него лично, поэтому вариант «написать князю» и спросить, а собственно, это с вашего разрешения тут происходит, или как, отпал сразу. Князю же, весьма очевидно, не было никакого дела до дальнего гарнизона, а те военные, кто здесь бывал проездом, ничего не докладывали, потому что Гемор «умел договариваться».
У него была целая сеть осведомителей, которые сообщали ему чуть ли не цвет трусов нового приезжего, а заодно и весь компромат на него. Немалую роль играл тот самый бордель, в котором собирался компромат на случай, если инспектор или приезжий не захочет договариваться «полюбовно», то бишь за деньги. В общем, коррупция цвела и пахла, я бы сказала, воняла на всех уровнях. Но вот уже пять лет, с момента становления комендантом, Гемор вполне успешно держал свой местный Макао в своих цепких клешнях, и ничего ему за это не было.
— Так, ну и что у вас тут происходит?
— Мы в Искру играли, — чумазая семилетняя Ида сунула палец в нос.
— А она меня ударила!
— А он в нее горелой тряпкой ткнул! — вступилась за сестру-близняшку Ия.
На нижнем уровне оказывались неугодные. Или те, о ком некому было заботиться. Проштрафившиеся перед Гемором, не так что-то сказавшие или сделавшие, те, кто не мог платить со своих доходов физически и вынужден был доживать свои дни в грязи и разрухе или работать, работать, работать до последнего вздоха на верхние уровни, пока не падал где-нибудь в оружейной мастерской замертво.
Да, Гемор помимо прочего был еще и торговцем оружием, которое поставлял в Дикие земли — место, где после кровопролитных войн за престол все окончательно погрязло на уровне Темного средневековья. На границе с ними стоял другой гарнизон, но у него были каким-то образом налажены поставки, и люди работали день и ночь, чтобы обеспечивать местного зажравшегося царька.
Но даже вся грязь и нищета местного уровня меркла перед местными «отверженными». Передо мной были дети, от которых отказались те самые девочки из борделя, у кого-то от болезней умерли родители, у кого-то тупо не было средств их содержать, и они скинули их на Талу.
Так звали женщину, которая согласилась нас приютить за то, что мы помогли ее дочери. Да, ту самую служанку, которую я спасла, звали Сина, и только благодаря Сине мы не оказались на улице без еды, питья и хотя каких-то мало-мальских условий. Хотя условиями то, где мы жили, назвать было сложно.
— Миритесь, — сказала я.
— Ну Ан-я-я-я…
— Я сказала, миритесь.
Я сократила имя бывшей искры до знакомого Аня — от первого слога «Ан» и до последней буквы «я», чтобы не заморачиваться с чужим именем.
— Ладно. Давай мириться, — первым протянул грязную ладошку Дул.
Ида сжала его пальцы так, что парень поморщился.
Всего здесь было двадцать детей, всех возрастов — от совсем малюток двух-трех лет до подростков, как Малл. И все они очень вдохновились моей историей, настолько, что в свободное от готовки или уборки время играли в Искру. Чтоб этой искре ни дна, ни покрышки.
Я же, помимо того, что занималась детьми и помогала с готовкой, ночами патрулировала улицы. Преступность здесь процветала, поэтому моя помощь была очень кстати. Солдаты внизу Гемора не любили, поэтому меня в итоге взяли «на службу». За такие копейки, которые даже озвучивать было смешно, но мне была важна сама служба как тренировка и восстановление боевых навыков, но главное — возможность взаимодействовать с военными. Которые поначалу вообще не воспринимали меня всерьез.
— В патрули? Дурная, шоль? Вон иди булки пеки! — заявил мне местный