Бесприданница. Искра Князя - Марина Эльденберт

— А разве это не так? — робко спросила Залла. — Он ведь главный.

— Главный — это тот, кто заботится о своих подчиненных, а не третирует их. И уж тем более женщин.

— Он сделал с вами… что-то нехорошее? — заикаясь поинтересовалась Эльга.

Я остановилась и посмотрела ей в глаза.

— Он выгнал нас на улицу. Этого достаточно?

— Я про вашу честь, — пробормотала девушка, а ее щеки ярко вспыхнули.

— Да ее уже давно нет, — ляпнула я, не подумав. Сейчас голову занимали мысли, где нам жить и что есть. Это сейчас было важнее какой-то эфемерной чести. — Князь давно забрал.

Глаза Эльги наполнились слезами.

— Я знаю про это, йяра. Вы тогда так плакали, но сказали, что он ваш будущий муж, и поэтому не страшно.

А теперь муж объелся груш.

— Эльга имеет в виду, не обидел ли вас комендант, — уточнила Залла.

— Тебя интересует, не пытался ли он залезть ко мне под юбку? Давайте договоримся называть вещи своими именами, хорошо?

Пунцовые от смущения девчонки испуганно закивали, а я призналась:

— В общем, именно благодаря тому, что ему это не удалось, мы оказались на улице.

— Но это ужасно!

— Он не имел права!

Мои вынужденные напарницы принялись наперебой рассказывать, какая это несправедливость.

— Надо написать князю и попросить его повлиять на этого ужасного человека, — наивно предложила Эльга.

— А толку? — хмыкнула я. — Риаран сам отправил меня сюда. Значит, ему прекрасно известно, что здесь происходит. Я его интересовала исключительно как Искра, так что, поверьте, князь давно забыл о моем существовании.

Я уже молчу о том, что вряд ли мои жалобы «выпустят» из крепости, в которой Гемор царь и бог.

— Но что нам тогда делать?

Залла толкнула локтем готовую разрыдаться Эльгу, но та, кажется, совсем упала духом.

— Эй, — я шагнула к девушке и похлопала ее по плечу, — не кисни. Прорвемся.

Возможно, не будь того предательского эпизода в моей жизни, я бы больше общалась с женщинами и вообще умела с ними общаться. Но я предпочитала общество мужчин, в среде которых всегда была «своим парнем», поэтому сейчас не представляла, как мне быть с двумя растерянными девчонками. Оставлять их в замке после того, что я увидела — не вариант. Они же хорошенькие и совершенно беззащитные, с коменданта станется приставать к ним или отправить их в местный бордель.

Эльга посмотрела на меня большими глазами, а затем вдруг шагнула и обняла меня.

— Йяра Антония, простите меня. Вам сейчас гораздо-гораздо хуже, а я…

Мне было не хуже, а неловко, поэтому я поспешно выпуталась из ее объятий.

— Нам всем тут несладко, — кивнула я. — Но именно этого комендант и добивается. Чтобы мы приползли к нему на коленях. Не дождется! — Я строго посмотрела на притихших девушек, чувствуя себя капитаном импровизированного отряда. — Мы сегодня же найдем себе дом на нижнем уровне. Затем устроимся на работу и нормально заживем.

— Вы тоже будете работать, йяра? — охнула Залла.

— Конечно. — Я указала на вывеску заведения, которая гласила, что это жилой двор «У Верна». — Попробуем устроиться здесь.

Что ж, Верн отказал нам практически сразу, отправив вниз по улице в какую-то местную ночлежку для солдат. Но там нас тоже послали, и дальше по списку. Когда люди узнавали, кто я такая, а глядя на мои богатые одежды и драгоценный камень вместо денег, они этим сразу интересовались, то сразу отправляли меня… на Второй уровень. Куда, естественно, путь нам с девочками был закрыт.

Я не ждала, что с мстительностью Гемора будет легко, но искренне надеялась, что на Первом уровне деньги любят больше, чем боятся коменданта. Мой просчет стоил мне потраченного времени и натертых ног. Антония в жизни столько не ходила пешком, поэтому сейчас я каждым сантиметром кожи от стоп до щиколоток чувствовала кровавые мозоли. Я чувствовала себя бедной студенткой, которая приехала на Юг в самый разгар сезона и ходит по гостевым домам в расчете найти что-нибудь подходящее. В нашем случае это было хоть что-нибудь. К тому же, давно перевалило за полдень, и желудок Антонии принялся урчать на всю улицу. Девчонки не ныли, но я видела, что и они тоже устали от этой неопределенности.

Заметив на одной из улиц ломбард, я, прихрамывая, направилась к нему.

— Сколько возьмете за этот изумруд? — поинтересовалась, выкладывай камень на стойку.

— Краденый? — подозрительно спросил седой мужик с крючковатым носом.

— Подарок любовника, — невозмутимо ответила я.

Он покрутил его в руках, изучил с помощью каких-то инструментов и выдал:

— Десять рир.

К счастью, местные расценки в моей голове с памятью Антонии остались, поэтому я не позволила себя нагреть:

— Десять? Этот камень стоит как минимум двести!

— Может, там, откуда вы, он и стоил двести, а я готов дать вам десять.

— Я согласна на сто пятьдесят.

— Я не дам больше пятидесяти.

— Идет! — Я по привычке протянула руку, но оценщик лишь поморщился и выложил на стол мешочек с монетами. Можно было торговаться дальше, но с такого типа станется передумать. Пятьдесят нам троим на первое время более чем хватит, а там посмотрим. — А что-нибудь для самозащиты у вас есть?

Он слегка опешил, а затем выложил на прилавок несколько ножей. Не ту зубочистку, которую я одолжила из замка, а нормальные клинки. Мой взгляд сразу упал на самый простой в центре, он легко лег мне в руку. Поэтому пришлось расстаться с еще десятью рирами.

Я все пересчитала и спрятала нож под одеждой, прежде чем выпорхнуть из местной комиссионки к ждущим на улице девочкам. К счастью, нам удалось устроиться за столиком в одной из таверн, к которой на Земле возникло бы много вопросов от санэпидемстанции, но нам всем было уже без разницы. В похлебке, которую мы купили, толком и мяса не было, только бульон и овощи, но я съела все до последней ложки и не отказалась от хлеба, не белого, как в замке, а «черного бородинского» и давно засохшего. Заодно во время обеда перевязала ноги платками, нашедшимися в бауле, который несла Эльга.

«Хвост» я заметила