Иоганн Кабал: Общество Страха - Джонатан Л. Ховард

Говоря это, он быстро шел по проходу между двумя колоннами скамей, высоко держа фонарь и глядя то в одну, то в другую сторону. Внезапно он остановился и наклонился. Когда он встал, в руке у него была костлявая конечность.

- Правая рука. Принадлежала белому мужчине лет пятидесяти.

- Как ты можешь... - Корд сделал паузу. - О, Боже мой.

- Джентльмены, - сказал Кабал, подняв руку вверх. - Позвольте мне представить вам цель нашей экспедиции в это место. Я представляю тебя, Отшельник Безымянного города. Он опустил руку, кости застучали по мраморному полу в ужасающей тишине. И тут произошла ужасная вещь.

Иоганн Кабал хихикнул.

Он чувствовал головокружение, кипение, странное возбуждение. Что-то было не так. Что-то было ужасно не так на грани его понимания, и он боялся этого. Это ждало его, и он знал, что не сможет избежать этого. Скоро, - подумал он, - я буду мертв.

Его пребывание в этой странной фуге было коротким, но, несмотря на это, он увидел семерых своих товарищей по несчастью с одинаковыми выражениями ужаса на лицах, которые могли бы быть у них, если бы его вырвало многоножками, в то время как игрушечные паровозики вылетали из обоих ушей.

- Посмотрите на себя всех, - сказал он с презрением в каждом слоге. - Таращитесь, как простаки.

- Ты ... - На мгновение Шадрах был не в состоянии передать всю чудовищность того, чему они только что стали свидетелями. - Кабал ... ты ... хихикнул.

- И по какой причине вы стоите вокруг, как ошалевшие от луны зебры?

Все они прокомментировали бессмысленные выражения лиц зебр при виде полной луны во время путешествия. Кабал позволил себе снисходительно усмехнуться. 

- Ты меня не знаешь. Даже не думай, что знаешь.

Это был великолепный поступок, потому что за фасадом он был так же поражен, как и любой из них, и, более того, он был взволнован. Он сомневался, что хихикал с подростковых лет; его внезапное появление, да еще в такое трудное время, отдавало истерикой. Он никогда не впадал в истерику – да, несколько раз был невероятно зол, – но он никогда настолько не терял контроль над собой, чтобы издавать этот ужасный хихикающий звук.

Он смотрел на них сверху вниз до тех пор, пока они не отвели глаза, чтобы не встречаться с ним взглядом, и его стоический вид рассеивал любые опасения относительно его душевного состояния. Совершенно очевидно, что он был человеком, умеющим контролировать себя, и поэтому они могли позволить ему распоряжаться их судьбами, по крайней мере, в краткосрочной перспективе.

Теперь, когда все было по-деловому, Кабал огляделся по сторонам, бочком прохаживаясь взад и вперед по проходу и время от времени останавливаясь, чтобы заглянуть под скамьи.

- Мистер Кэбэл? - нерешительно позвал Боуз. - Что вы ищете?

- Его череп, - ответил Кабал без паузы. - Он может оказаться полезным.

- За что? - спросил Корде

Но Кабал был не в настроении просвещать его, и, судя по взглядам, которыми одарили его остальные, Корде решил, что сейчас не время настаивать на этом. Они разбежались и начали поиски в той же слегка манерной манере, которую можно было бы перенять, помогая незнакомцу искать потерянные ключи. После пяти минут спокойного усердия Тирш – один из наемников – поднял руку и позвал:

- Сюда, мастер Кабал!

Кабал был рядом с ним через несколько мгновений, и вдвоем они вытащили наполовину мумифицированные туловище и голову давно умершего человека.

- Сюда, - приказал Кабал Тиршу, - на открытое место.

Они оттащили неполный труп по проходу на свободное место под кафедрой, Кабал засунул руку в пустую правую подмышечную впадину, Тирш проявил гораздо большую щепетильность, схватившись за левую ключицу. Тем не менее, он был рад отпустить его, когда Кабал сказал ему об этом, и довольно долго после этого стоял в стороне, отряхивая руку о край своей романской юбки центуриона.

Кабал тем временем изучал тело.

- Очевидно, он умер тем же способом, что и вампиры, - сказал он, небрежно указывая на пустые места, где большинство людей предпочитали видеть конечности. - Череп тоже частично раздавлен. Достаточно, чтобы предотвратить самопроизвольное зарождение нового вампира внутри, но не так сильно, как мы видели ранее. Неаккуратно. Очень неаккуратно.

- Разве это имеет значение, мистер Кэбэл? - сказал Шадрах раздраженно. - Нам следует убираться отсюда как можно быстрее! Пойдемте! Если мы поторопимся, то сможем добраться до окраин к ночи.

- Да, мы можем это сделать, - признал Кабал, открывая свою сумку и просматривая содержимое. - Но не лучше ли вам узнать местонахождение Фобического Анимуса?

Шадрах издал короткий невеселый смешок. 

- От кого, мистер Кабал? От кого? От ужасного монстра, который, очевидно, стремится уничтожить все в этом городе? Может, спросим его, хм? Разъясните мне правила этикета в этом разговоре, мистер Кабал. Спрашиваем ли мы об этом до, после или пока оно отрывает от нас руки и ноги?"

Кабал вздохнул.

- Все такие критики. Нет, я не предлагаю допрашивать монстра, не в последнюю очередь потому, что это не монстр в том смысле, который вы себе представляете, и не потому, что он мало что сможет сообщить нам, даже если мы найдем способ общения, и, наконец, – что наиболее показательно – потому, что у нас есть гораздо более непосредственный и полезный источник прямо перед нами. 

И тут он рассеянно указал на труп, продолжая рыться в своей сумке.

Наступило молчание, во время которого наемники нахмурились, даже когда пенни упал для членов общество Страха. 

- Оооо, - сказал Боуз, который медлил дольше всех. - Конечно. Я все время забываю. Ты некромант.

Это было новостью для наемников, которые все осторожно отступили от Кабала.

Кабал скрыл свое раздражение из-за того, что даже здесь, в этой стране чудес, его профессия вызывала почти такое же порицание, как и в реальном мире. Однако он не очень хорошо это скрывал.

- Да, - сказал он, позволив растянуться в шипящее выражение опасного негодования. - Некромант. Вытряхивание фактов из мертвых голов более традиционалистично, чем большинство моих опытов, но всегда приятно делать что-то, что отсылает к старой школе.

Он достал из своей сумки "Гладстон" маленькую мягкую коробочку и, открыв ее, достал несколько маленьких пробирок, каждая из которых была закупорена воском. 

- Один из них мог бы сработать, - сказал он непринужденно, откладывая футляр в сторону.

Затем он крепко обхватил голову отшельника руками и, резко повернув, со звуком рвущейся сухой кожи, мышц и сухожилий и