Наследник Тумана - Сергей Витальевич Карелин

Следующим запросом стало имя Михаила Рощина. Нашелся спортсмен из Новгорода, ниже шла страница киевского журналиста. Ни тот ни другой к Койоту отношения не имели. Я добавил Рязань и профессию, но получил лишь старый список участников регионального перехода.

Значит, о прежнем Михаиле почти не писали. Тогда я занялся почтой. С помощью телефона удалось восстановить доступ, только читать оказалось нечего: ящик был пуст. В отправленных письмах и корзине тоже ничего не нашлось. Возможно, Койот привык все удалять, но для человека, который столько времени проводил в Сети, это выглядело странно.

Я оглянулся. Соседи продолжали играть, на меня никто не смотрел. Достав перстень, я положил его возле клавиатуры. Грифон с расправленными крыльями вряд ли был случайным рисунком, да и сама вещь казалась слишком дорогой для проводника, у которого не хватало заказов.

По запросу «летящий грифон герб» почти сразу нашелся «Гербовник Российской империи». Я открыл страницу и подвинул перстень к монитору. Изображения совпадали, даже знак возле лапы оказался на месте.

Под рисунком стояла подпись: «Герб княжеского рода Волконских».

Я убрал руку с мышки, перечитал название и прокрутил страницу. Волконские относились к Великим родам, владели крупными предприятиями и выполняли оборонные заказы. Во главе семьи стоял князь Александр Сергеевич Волконский, член Государственного совета.

Откуда у Койота их перстень? Мог взять на хранение или получить в награду. Но тогда почему прятал? Я попытался вспомнить, где впервые увидел украшение, и вдруг почувствовал тревогу. В клубе ничего не изменилось, однако пальцы сами накрыли перстень.

Не надо туда лезть.

Это было скорее ощущение, чем мысль. Я еще смотрел на экран, а тело уже отреагировало, будто заметило опасность. Похоже, прежний Михаил знал о Волконских что-то неприятное. Или не хотел, чтобы они узнали о нем.

Я убрал перстень и закрыл страницу. Продолжать поиски прямо сейчас расхотелось. Сначала нужно подготовиться к ближайшему выходу и разобраться со своими способностями. С князьями успею познакомиться, если вообще выяснится, что мне это нужно.

Когда я подошел к стойке, Серега поднял голову от журнала.

— Уже уходишь? У тебя еще час остался. Могу другой компьютер дать, если за третьим что-то не работает.

— Все работает, это у меня голова уже не соображает. На сегодня хватит, потом дочитаю.

— Ладно, час за тобой запишу. И с телефоном заходи, если опять не разберешься.

Я поблагодарил его и поднялся на улицу. После подвала воздух показался прохладным, и домой я решил идти не спеша. Хотелось отвлечься от прочитанного, но теперь повсюду замечались вещи, на которые утром я почти не смотрел.

На перекрестке висел указатель с прогнозом Тумана. Мужчина возле него сверял данные с листком, что-то зачеркнул и поспешил через дорогу. Возле оружейной лавки двое мужчин рассматривали арбалет. Продавец показывал что-то в механизме, пока покупатель недоверчиво качал головой. Похоже, торговались. В моем мире с таким же видом выбирали бы дрель. Я немного замедлил шаг, прислушиваясь, но останавливаться не стал.

До дома добрался под вечер. За крышами белело небо, и я поймал себя на попытке определить, облака это или далекий Туман. Выругавшись про себя, отвернулся. Еще немного, и после прочитанных статей я начну шарахаться от пара над чайником.

В квартире было тихо. Я запер дверь, заглянул в комнаты и убедился, что все на месте. Сняв куртку, устроился за столом с ежедневником. До воскресенья оставалось четыре дня. Арбалет стоило осмотреть сегодня, а завтра купить нож взамен того, что остался у баргеста в глазнице. Содержимое аптечки тоже требовалось проверить, только сначала надо было понять, что я уже потратил.

Я записал первую строчку, когда зазвонил телефон. За весь день мне никто не звонил, и от неожиданности я дернул рукой, оставив на бумаге черту. На экране вместо номера высветилось: «Абонент не определен».

Немного помедлив, я принял вызов.

— Слушаю. Кто это?

В ответ донеслось дыхание. Я прижал телефон плотнее к уху, но больше ничего не услышал, даже обычного уличного шума.

— Алло, вы меня слышите? Если ошиблись номером, так и скажите.

Звонивший продолжал молчать. Я уже собирался сбросить вызов, когда в трубке что-то прошипело и связь оборвалась. На экране осталось время разговора — двенадцать секунд.

Я положил телефон на стол. Может, действительно ошиблись. А может, кому-то понадобилось услышать голос Койота и проверить, жив ли он. После находки в гербовнике второе объяснение лезло в голову слишком настойчиво, хотя подтверждений у меня не было.

Подойдя к окну, я отодвинул край шторы. У подъезда стояла темная машина. Возле мусорных баков курили подростки, даже не поглядывая в ее сторону. Через дорогу женщина тянула за поводок собаку, которая упиралась у дерева и не желала идти дальше.

Ничего необычного. Только я никак не мог вспомнить, была ли эта машина здесь, когда возвращался домой.

В шкафу Койота нашлось немного вещей, и после осмотра я понял, почему он не спешил готовиться к следующему рейсу. Готовиться было почти не с чем. Я складывал снаряжение на диван, а память понемногу подсказывала, откуда оно взялось. Рюкзак он купил в лавке возле рынка, польстившись на скидку, и пожалел об этом уже после первого похода. Зато оружейника на Московской вспоминал с уважением. Даже собирался к нему зайти, когда появятся деньги.

Я потянул за лямку возле заплаты, и нитки затрещали. Осталось только покачать головой и убрать рюкзак с дивана.

— Хорошо хоть дома порвался, — пробормотал я. — В лесу пришлось бы всё добро в руках тащить.

Куртка после встречи с баргестами тоже никуда не годилась. Рукав ещё можно было зашить, но ткань возле плеча разошлась так, что проще купить новую. Я провёл пальцем по разрезу, рядом с которым засохла кровь, и поморщился. Ещё немного — и когти достали бы до шеи. Ботинки хотя бы остались целыми, только подошвы стёрлись. По городу походят, а вот в Туман лучше взять другие.

Оружия не было совсем. Нож остался в глазу вожака баргестов, и забирать его я не собирался. Надеюсь, твари он пригодился больше, чем мне.

На столе лежали двести пятьдесят рублей. Пока я их пересчитывал, сумма казалась приличной, но стоило открыть блокнот и записать первые покупки, как уверенности поубавилось. Меч обойдётся недёшево, хорошая обувь тоже. А ведь ещё нужно во что-то одеться и оставить денег на еду до рейса.

Если Замяцкий заплатит обещанное, станет полегче. Главное