Выше снега только горы - Сергей Анатольевич Панченко

Вначале стало немного темнее, дом загородил свет от солнца, затем холоднее, а потом появился битый кирпич, мешающий ходить. Он нападал и в траншею. Юрий начал выбрасывать его наружу, потом плюнул и решил, что нет никакой разницы, спотыкаться по неровному глинистому дну или колотому кирпичу.

Он все ждал, когда обогреет и снова станет тепло, но в тени за домом начал серебриться иней, намерзающий на земле и стенах. Юрий накрыл листом последний метр открытой траншеи и решил, что заслужил немного удовлетворить любопытство. Он зашел внутрь дома, пробравшись через упавшую плиту и груду кирпичей. Прошел на солнечную сторону и понял, что на ней теплее. Видимости тут не прибавилось. Те же десять метров. Несчастное старое дерево, оставшееся у дома по решению природоохранной организации, выглядело обглоданным из-за того, что ему пришлось пережить бомбардировку кирпичами.

До этого события дом выглядел почти законченным. Внизу даже начали ставить оконные рамы. Но теперь он походил на скелет, лишенный всего мяса и кожи. Ударная волна выбила всю кладку не несущих стен. Юрий даже решил, что без них дом забьет снегом, и он не сможет играть возложенную на него роль вентиляционной башни.

Он спустился вниз в шахту для канализации и через неё попал в траншею. По ней и дошел до дома, проверяя, не осыпались ли где края, не светятся ли щели. По ходу поправлял свои огрехи. Юрий дошел до конца, посидел у края траншеи, обдумывая, как и когда лучше прокопать вход в убежище. Пока размышлял, начался шум, как будто на железо сыпали зерно. Поднял крайний железный лист и увидел первый снег, или вернее ледяную крошку, ту самую, которой пугали мир. Это были белесые кристаллики льда, совсем не похожие на обычные снежинки. Пока земля была теплой, они падали и становились прозрачными, исчезая на глазах, как град, выпавший посреди лета.

Юрий выбрался из траншеи и поспешил в убежище. В гараже тоже стало шумно. Железная крыша хорошо усиливала шорох сыплющихся жестких кристаллов. Спустился в погреб. Елена уже поняла по шуму из труб, что снаружи начались осадки.

— Снег? — спросила она, уверенная, что так и есть.

— Да, но больше похоже на град. — Ответил Юрий. — Я все успел накрыть.

Глава 19

Ситуация на радость запершимся в убежище оппозиционерам, становилась все отчаяннее. Небо сотрясали взрывы кометных обломков. Казалось, что они все хотят упасть на территорию завода. Вспышки атмосферных разрывов выхватывали из темноты город и кучку людей, жмущихся к огромным стальным воротам, накрытых мощным железобетонным козырьком.

Все затихло разом. Земля провернулась, а кометные осколки отправились пугать жителей западных регионов.

— Что это было? — Округлив ошарашенные глаза поинтересовалась Комлева, впервые увидевшая воочию падение космических тел. — Это была бомбежка?

— В каком-то смысле. Это обломки кометы, плетущиеся за ней. — Ответил Гарган. — Мы уже в окрестностях Марены, пора привыкать к такому.

— Лучше привыкать внутри, чем снаружи. — Произнес Борзенков. — Выходи на дежурного, пусть объяснит, что происходит.

Данил Андреевич вынул рацию.

— Дежурный, ты меня слышишь, прием. Дежурный, ответь, ты меня слышишь? — Он не дождался ответа. — Похоже, нашего дежурного нейтрализовали.

Комлева прижала рот ладонью.

— Как?

— Я имел ввиду, не убили, а просто не дали ему открыть дверь. Не думаю, что меньшинство сможет захватить убежище полностью. Скорее всего, народ придет в себя через некоторое время и вернет закон и порядок на место. — Предположил Данил Андреевич.

— Я бы не был так уверен. — Хмыкнул Абдрашитов. — Эти люди умеют сказать нужные слова вовремя и заморочить людям головы. Они придумают про нас гадость, о которой никто не знал, и убедят людей, что лучше оставить нас снаружи.

— Мои заводские им не поверят. — Данил не сомневался, что работники машзавода не поддадутся на манипуляции.

— Тогда ждем, когда нам откроют дверь. — Хмыкнул Айдар.

— Хотелось бы иметь запасной вариант. — Борзенков плотнее закутался в плащ. — Есть у кого место в городе, перекантоваться на случай конца света?

Его шутка вызвала нервный смех. До условной даты апокалипсиса оставалось чуть больше двух суток, а если им не откроют дверь, то маячила реальная перспектива встретить его снаружи. Данил не спешил признаваться остальным в существовании ещё одного убежища. Это был козырь, который он хотел сохранить максимально долго. Он представил жену с дочерью, которых могли унизить за то, что они являлись родственниками начальника убежища, руководившего авторитарно. Хотелось наплевать на все, постучаться в дверь к Михаилу, попросить пустить и пробраться к себе. Но тогда возникли бы вопросы у всех остальных жителей убежища и единого центра, которые наверняка уже в курсе ситуации и наблюдают ее через камеры. Пришлось бы признаваться в том, что он потратил часть материалов не по целевому назначению, а это серьезный проступок, и Данил с семьей мог отправиться следом за Вагаповым.

— У нас есть лифт в вентиляционной башне. — Напомнил он.

— А мы сможем на нее забраться? — Засомневалась Светлана.

— Нет, никак, но если у нас остались внутри сообщники, то они могут опустить платформу. — Пояснил Данил Андреевич.

— Что за платформа? — Не понял Борзенков.

— На которой задумано опускать на снежную поверхность аппараты типа аэросаней. Нам прислали парочку таких. Москва не исключает, что в убежища может доставляться груз по воздуху. Аэросани потребуются, чтобы подобрать его и притащить.

— Надо же, я про это ничего не знал. — Удивился Леонид Николаевич. — Значит, Москва надеется, что катаклизм скоро закончится и есть смысл подкармливать людей в убежищах.

— Они будут передавать нам новые технологии и материалы к ним, чтобы продлить автономность и улучшить качество жизни. — Пояснил Гарган.

— Приятно, что в такой ситуации мы не предоставлены только самим себе. — Произнесла Светлана.

— Вот в нашей ситуации мы предоставлены как раз только самим себе. — Усмехнулся Айдар. — Чего стоять у дверей, как бедные родственники, идемте