Принцесса Египта - Константин Владимирович Денисов

Похоже, это у меня понемногу получалось.

На самом деле я не блефовал. Вернее, не совсем блефовал. Кое-какие заготовочки я уже сделал, правда вот в том, что они сработают, к сожалению, никакой уверенности пока не было. Слишком много факторов неопределённости.

Определённо было понятно только одно, что миром всё это не закончится. Противоречия не исчезнут сами собой, и в результате беседы должен произойти взрыв, за которым, скорее всего, последует хаос и кровавая бойня. Приближать этот момент не хотелось, но и оттягивать до бесконечности тоже смысла не имело. Так что, я постоянно искал этот самый критический момент, когда нужно будет смахнуть фигуры с шахматной доски и перевернуть стол.

После моей последней фразы повисла небольшая пауза, видимо, Паук искал новые подходы, думал, как ещё меня можно замотивировать перейти на их сторону. И, похоже, хороших идей у него не было.

— Давай убьём Тумана! — вдруг ляпнул я.

— Ха! — не сдержал удивлённого возгласа Паук, — ты спятил?

— А что? — удивился я.

— Во-первых, это невозможно… по крайней мере, нам. Мы не справимся, даже если захотим это сделать, — сказал Паук, — а во-вторых, зачем? Дальше-то что?

— Ты же сам сказал, что Демиурги будут драться за Москву. Нужно просто истребить их по одному, — пожал я плечами.

— Ты меня как будто не слушал, — покачал головой Паук, — они существа другого порядка, они уже не люди в традиционном понимании этого слова. У них и тел-то, возможно, нет… по крайней мере, у некоторых. А если есть, то они могут ими так управлять, как тебе и не снилось. Возможно, что умеют разбирать их на атомы и собирать обратно.

— Возможно? — удивлённо поднял я брови.

— Возможно! Потому что, естественно, в подробности меня не посвящал! Я ведь уже это говорил, мне кажется, наш разговор начинает ходить по кругу, — немного преувеличенно устало вздохнул Паук.

— А мне кажется, что у твоего страха слишком велики глаза. Однако, несмотря на это, ты по мере сил информацию собираешь, — прищурился я, — выходит, тоже не готов класть все яйца в одну корзину?

— Я просто очень любознательный, — неопределённо сказал Паук, — а информация, это оружие. Но, думаю, что ты это и так знаешь.

— Знаю, — кивнул я, — и вижу, что в принципе мы могли бы работать вместе, но ты слишком боишься своего господина.

— Дело не в страхе, а в выборе, — сказал Паук, — одиночки всегда проигрывают, в любой игре. Успех сопутствует тому, кто сумел пристегнуться к хорошему локомотиву. Тогда, со временем, ты и сам сможешь занять его место… ну или очень близкое к нему. Говорю же, быть Демиургом, это не достижение, а данность! Кому-то повезло, кому-то нет!

— Как думаешь, а были те, кто «получил искрой в темя», но Демиургом не стал? — спросил я. Этот вопрос появился у меня неожиданно и вдруг показался чрезвычайно важным.

— Не знаю… — озадаченно посмотрел на меня Паук, ему такое, похоже, в голову никогда не приходило.

— Наверняка были, — задумчиво сказал я, — вряд ли обошлось без брака. Уверен, что в некоторых случаях что-то пошло не так.

— Как не так? — с интересом спросил Паук.

— Не знаю, — пожал я плечами, — может быть те, кто не сумел взять под контроль свалившееся на него с неба «счастье», стали троглодитами, к примеру.

— Да ну нет… — сморщился Паук.

Но эта тема его увлекла, и он даже на некоторое время забыл о наших разногласиях, с энтузиазмом включившись в разговор.

— Да ну да! — сказал я, — необязательно в троглодитов, а может быть в каких-нибудь существ… хотя идея именно с троглодитами мне очень нравится. Ты вот знаешь, откуда они появились? И существа ведь они очень непростые: невероятно живучие, хитрые, со способностью к трансформации… в общем, набор способностей нерядовой, и весьма мощный… с мозгами вот только не повезло, деградация налицо. Но, может быть, это такая побочка, а?

— Гипотеза очень интересная… вот только не имеющая под собой никаких оснований. Это же чистой воды домыслы. Фактов ноль, даже косвенных, — с лёгким разочарованием сказал Паук.

— Я и не говорил, что это обязательно должны быть троглодиты. Но наверняка не во всех случаях появились Демиурги. Кстати, а что было с животными, которым в темя попала «искра»? Может быть, они стали троглодитами? — спросил я,– а у людей побочка выразилась как-то иначе.

— Да чего ты прицепился к этим троглодитам? — вдруг удивился Паук, — дались они тебе?

— Интересно просто, — сказал я, — они меня всегда занимали. Возможно, если бы не эта их фобия, связанная с утюгами, меня бы они так не зацепили. Но утюги…

— Да, хрень интересная, но вряд ли мы когда-нибудь узнаем в чём дело, — сказал Паук, — магические девиации, лучшее объяснение. Не ищи смысла там, где его нет. Просто прими это как данность. Это как два магнита отталкиваются друг от друга. Просто троглодиты и утюги заряжены по-разному.

— Разные полюса, наоборот, притягиваются, это одинаковые отталкиваются, — возразил я.

— Да не цепляйся ты к словам, — отмахнулся Паук, — это не важно. Просто есть некий магический заряд, который друг от друга отталкивается. Утюг, как предмет неодушевлённый, этого не чувствует. А вот троглодит чувствует и потому испытывает панический ужас. Нормальная схема, прими её на вооружение и успокойся.

— Но что же тогда с несостоявшимися Демиургами? — спросил я и отхлебнул кофе, которое, кстати, уже начинало заканчиваться.

— Да не было таких, — сказал Паук, — это ведь всё тоже твои домыслы. Считай, что все Демиурги состоялись. А если и нет, то мы никогда не узнаем о тех неудачниках, кто не сумел воспользоваться своим шансом.

— Погоди, ещё один нюанс. Вот ты сам употребил выражение «искра в темя», получается, это попадание частицы было вполне себе физическим, верно? Что-то прилетело сверху и попало в человека, так? — спросил я.

— Ну, допустим, — нахмурился Паук, — к чему ты клонишь?

— А что, если попало не в темя… ну, вообще не в голову, а в плечо? — спросил я, — или человек лежал и получил «искру» в живот?