Меч света - ГоЛеон

Торжественная музыка заиграла со всех сторон, будто оркестр решил устроить нам праздник. Перед нами – красная дорожка, расстилающаяся до самого центра зала, а по обеим сторонам – толпы. Красиво одетые, в масках, платьях, фраках, и все аплодировали нам с такой яростью, будто встречали героев, вернувшихся с войны. А в самом конце зала на возвышении стояла трибуна. За ней, раскинув руки в радушном, почти театральном приветствии, – высокий худой старик. Цилиндр, яркий костюм, улыбка до ушей. И глаза…

– Поприветствуем же наших отважных героев! – раздался голос из-за трибуны. – Поприветствуем тех, кто решился на это умопомрачительное приключение, один из самых опасных аттракционов мира, лабиринт страха!

– Заканчивай этот маскарад и иди сюда, – злобно прорычал гном, сжимая в руке секиру и перекинув щит на плечо. – Отведаешь на вкус радость нашей встречи.

«Цилиндр» хлопнул в ладоши, и все, что мы видели мгновением ранее, исчезло. Яркий зал, музыка, овации – все рухнуло, словно мираж. Пространство вокруг исказилось, будто само место сдернуло с себя маску, и мы оказались в жутком зале пыток. Пыточные столы, изуродованные тела, развешанные вдоль стен и истекающие кровью, – все было окутано полумраком, в котором плясали зловещие тени. Лишь факелы продолжали гореть, бросая на стены отблески боли и безысходности.

Трибуна не исчезла. Она словно ожила и с жутким скрежетом стала стремительно приближаться, пока не замерла всего в десятке метров от нас. И вот он, Клауренс, тот самый «хранитель врат», с мерзкой ухмылкой на губах.

Я не стал медлить ни секунды – метнул нож прямо в его голову и тут же активировал заклинание, намереваясь обездвижить эту тварь. Но нож пронесся сквозь его голову, не причинив ни малейшего вреда, словно перед нами не человек, а тень, иллюзия, насмешка.

Я сжал кулаки, отложив заклинание. А вот Гёте сдерживать себя не стал. С яростным ревом он рванулся вперед. Сделав несколько широких шагов, он поднял секиру над головой и с такой силой обрушил ее на врага, что, будь тот из плоти и крови, его разрубило бы пополам.

– Не тратьте силы, господа, они вам еще пригодятся, – все с той же злобной ухмылкой проговорил Клауренс. – За той дверью вас ждут невероятные приключения.

– Зачем тебе все это? – решил я вытянуть побольше информации, пока есть шанс.

– А зачем сытому коту гоняться за мышкой? Для забавы, конечно. Ко мне так редко заглядывают гости… А уж Странник со свитой – и вовсе впервые.

– Слушай, мы бы, может, и рады были поучаствовать в твоем шоу, да времени у нас в обрез. Давай просто разойдемся: ты по своим делам, мы – по своим.

– Время? О, этого добра у вас теперь хоть отбавляй. Вы можете провести здесь тысячу лет, а в вашем мире не пройдет и мгновения. И да, отвечу сразу: выход есть. Правда, его не нашел еще ни один смертный. Хотя, надо признать, и искали‐то немногие…

Он на секунду замолк, прищурился и добавил как бы между делом:

– Подсказку вам дам, раз уж вы особенные: у лабиринта нет начала, у лабиринта нет конца, и тот лишь сможет найти выход, кто поразит его сердца.

С этими словами он растворился в воздухе. Остались только мы… и неизвестность, что ждала за дверью.

Гёте опустился на пол, обхватив голову руками, а я начал расхаживать взад-вперед, стараясь заставить все свои извилины работать. Подсказка о пораженных сердцах. Это явно ключ, но – к чему? Не думаю, что речь о прямом уничтожении: слишком просто для такой ловушки. Ладно, на месте разберемся. Сейчас главное – двигаться. Сидя тут, мы ничего не поймем и уж точно не найдем выход.

Я снова вызвал карту и отметил эту комнату как центр лабиринта. Так, от нее ведут четыре двери в разные стороны. И что‐то мне подсказывает, что за той, в которую мы вошли, уже нет пути назад. Я распахнул ее, и, как и ожидал, за ней оказался узкий коридор еще с одной, точно такой же дверью в конце. Все стало ясно. Повернувшись к Гёте, я лишь кивнул. Он поднялся, уже без слов готовый к продолжению, и мы направились вперед.

Как только мы шагнули за порог, дверь за спиной захлопнулась с глухим звуком, словно гробовая плита. Коридор окутал красный свет, заполнив все вокруг тревожным мерцанием. И вдруг прямо над второй дверью, будто выгорая из стены кровавыми буквами, появилась надпись:

Добро пожаловать в смертельную обитель!

Познав ее – запустишь череду событий.

Гном застыл на месте, уставившись на надпись, затем медленно обернулся ко мне и с абсолютно серьезным видом заявил:

– Это что же получается? Нам придется умереть? Ну, если один разочек, то, в принципе, можно… Только вот больно это. А как умереть – выбрать можно? Не хотелось бы на медленном огне жариться или, не дай боги, быть съеденным муравьями. Фу-у-у…

– Так, тормози фантазировать, – перебил я. – Если надпись воспринимать буквально, то и тут есть варианты. Может, речь вообще не о нас.

Я замолчал, глядя на алую надпись, которая словно пульсировала в такт нашему сердцебиению, нагнетая тревогу.

– Ладно, пошли. Пора с этим покончить.

Пройдя через дверь, мы очутились на кладбище. Только не на таком, где каждый из нас бывал хотя бы раз в жизни. Это было… другим.

Густой туман стелился по земле, холодной пеленой окутывая все вокруг. Видимость – метров двадцать, не больше. Но и этого хватало, чтобы прочувствовать атмосферу: смерть была здесь, и ей здесь нравилось. Повсюду – перекошенные, местами разбитые надгробия, иссохшие деревья, словно вырванные из чужого кошмара, и покосившиеся кресты. Мы стояли спина к спине, оценивая обстановку, но тишина давила на уши и мысли.

Вдруг отовсюду раздались звуки. Странные, жуткие, поначалу неясные. Скрип, хруст, будто кто‐то ломал кости. Потом шаги, много шагов. Я не удивился, когда прямо на границе видимости из тумана начали появляться восставшие воины. Некоторые выглядели почти свежими, с остатками плоти на костях, другие были просто скелетами, обтянутыми сухими лохмотьями. Все с оружием: щитами, копьями, мечами. И в каждом движении опасность.

Они подошли ближе и замерли, словно по команде.

– Чего они ждут? – пробурчал Гётезар, крепче сжимая секиру.

– Возможно, сигнала, – предположил я. И не успел договорить, как издалека раздался дикий, пронзительный клич, такой, что по спине пробежали мурашки.

Этот звук разорвал тишину, и толпа мертвецов ринулась на нас.

Я успел активировать каменную кожу, мгновенно покрывшись каменными чешуйками, и тут же бросил в