Меч света - ГоЛеон

Я замолчал, позволив тишине проглотить сказанное. А потом добавил, чуть усмехнувшись:

– Ладно, философия – дело хорошее, но суть, думаю, ты понял.

Гном молчал, но в его взгляде читалось уважение.

К нам спустился Мудрец, хлопая крыльями.

– Тут недалеко есть отличное озеро, на его берегу можно разбить лагерь.

– Озеро? – оживился Гёте. – Вот это дело.

На том и порешили.

Уже через полчаса мы стояли на берегу, и картина перед нами была настолько прекрасной, что перехватывало дыхание. Гладь воды, спокойная, как зеркало, отражала небо и по краям была усыпана яркими, незнакомыми цветами. Они тянулись к воде, создавая живой красочный венец, будто сама природа украсила озеро. А дальше, где мы стояли, начиналась кристально чистая вода, прозрачная до самого дна. Тишина и легкий ветерок завершали картину покоя. Был бы я художником, взял бы кисти и навсегда запечатлел бы эту минуту.

Пока Гёте занимался костром, я замариновал мясо, нарезал немного зелени, занялся сервировкой импровизированного стола. Вокруг царила умиротворяющая тишина, нарушаемая лишь легким плеском воды и потрескиванием сухих веток. Солнце тем временем окончательно скрылось за горизонтом, и тут я заметил странную деталь: цветы, окружающие озеро, начали мягко светиться, излучая теплый желтоватый свет. Он был едва уловим, но его хватало, чтобы все вокруг погрузилось в нежный полумрак, без единой тени.

Поужинав вволю, мы уже собирались завалиться спать, как я решил проверить карту – понять, сколько еще пути до шахты. Открыв интерфейс, уставился в карту… и на секунду перестал дышать. На ней не было озера. Вообще. Ни озера, ни поляны. Будто мы находимся в центре густого леса. Я обновил карту, снова глянул – та же история.

Холодком скользнуло по спине. И только я подумал, что здесь что‐то не так, как свет от цветов начал медленно и плавно отрываться и, словно дым, стекать по стеблям, растекаясь по земле. Через пару мгновений все пространство вокруг окутал густой туман, пропитанный этим светом. Из него стали проступать фигуры. Они походили на людей, но… не совсем. Полупрозрачные, чуть дрожащие, они выскальзывали из тумана одна за другой, окружая нас плотным кольцом.

Я скинул оцепенение, вскочил на ноги, схватил меч. Гёте был рядом, со щитом в одной руке, с секирой в другой. Мы встали спина к спине – молча, без слов, готовые к бою. Сердце билось где‐то в горле, но фигуры не нападали. Они просто стояли, шевелясь в такт друг другу, покачиваясь, будто дышали.

Минуты казались вечностью. И вдруг они расступились. Без единого звука, словно вода, разошлись в стороны, образовав коридор. Из него вышло нечто, закутанное в черный балахон. Капюшон полностью скрывал лицо, а само существо словно скользило по земле, не оставляя следов.

Подойдя ближе, оно остановилось в двух шагах. И вдруг раздался голос – тихий, обволакивающий, как шелест листвы:

– Прошу прощения, мы вынуждены были потревожить ваш покой. Поверьте, мои друзья лишь на первый взгляд опасны. На самом деле они безобидны.

– Кто вы? И что это за место? Почему его нет на карте? – спросил я, стараясь не отпускать оружия.

Существо в балахоне сделало легкий жест рукой, и пространство будто отозвалось на него: туман колыхнулся, фигуры начали, растворяясь, по очереди исчезать в воздухе, словно тени, уставшие стоять. Вокруг нас осталось только пустое кольцо и легкое свечение у поверхности воды.

– Меня зовут Клауренс, я хранитель врат, – мягко произнес незнакомец и медленно обвел рукой озеро, берег, небо, все вокруг: – А это неприкаянные души.

Я невольно сглотнул. По спине снова побежал холодок. И в тот же миг тишину прорезал еле различимый стон – протяжный, почти неслышимый, как шепот ветра, но от него сжались кулаки. Словно само название места вызывало у душ тревогу. И у меня тоже.

– Это место вы не найдете ни на одной карте, – продолжал Клауренс. – Лишь потому, что физически оно не существует. Мы называем его Блуждающий Рай.

Гном плотнее сжал рукоять секиры. Я понял: что‐то не так.

– Я все равно не понимаю… – сказал я. – Зачем мы здесь?

Клауренс склонил голову, будто прислушиваясь к далекому голосу, и после паузы произнес:

– Дайте мне минуту, я все объясню. Видите ли, все эти души не могут отправиться дальше по своему пути. Они заперты в лабиринте страха. Это место было создано много веков назад одним могущественным магом. Не специально, разумеется. Он работал над созданием тюрьмы – совершенной, идеальной, из которой невозможно сбежать. Она должна была находиться вне пространства и времени. Туда планировалось заключать самых опасных созданий всех миров.

Я уже начал догадываться, куда ведет его рассказ.

– Для эксперимента он использовал вора и убийцу из одного города, преступника, которому все равно грозила виселица. Но при заключении в лабиринт что‐то пошло не так. Вместо одного человека маг запечатал всех жителей того городка. Всех. И, чтобы скрыть следы своего преступления, он создал это место, Блуждающий Рай. Вход в лабиринт был запечатан в сферу, которую он спрятал на дне этого озера. Меня же он создал, чтобы я хранил врата. И перемещал их. Постоянно. Чтобы никто не нашел.

Он замолчал. Из глубины озера пробежала рябь.

– Не знаю, сколько прошло времени. Маг умер давным-давно. Его сила угасает. Я больше не обязан удерживать их здесь. Но… не могу освободить. Я сам бестелесен, как и они. Я не могу достать сферу. И именно поэтому я вынужден просить вас. От их имени.

Он снова указал рукой на озеро.

– Прошу, помогите. Освободите нас.

– Но ведь озеро огромное. Где нам ее искать?

– Это не проблема, – сказал хранитель.

От его ладони, будто живой побежал луч света: сперва по земле, потом по зеркальной глади озера, пока не остановился в одной точке, сияя словно звезда.

В тот же миг ожил интерфейс:

– Что скажешь, дружище? – обратился я к гному. Мудреца почему‐то видно не было. Улетел, наверное, с испугу‐то.

– А что тут скажешь? Дело плевое: разбить сферу, освободить кучу народа. Вот только плаваю я не лучше своей секиры.

– С этим проблем не будет, – усмехнулся я. – Плаваю я неплохо. И ты прав: задание выглядит простым. Вот только это и настораживает.

Я мысленно активировал задание. В ту же секунду темнота вокруг нас ожила. Толпа духов затрепетала, как море перед штормом. Их силуэты заметались, искаженные, словно от ветра, но ветра не