Проклятый медальон - Нина Георге

Их прервала взволнованная Бунтесса Книггс, которая вбежала в читальный зал.

– Горностай! – воскликнула Бунтесса. – Он принес послание!

Джеральдина все еще сидела в траве у реки, обхватив колени руками. Она была не в силах пошевелиться. Не в силах сделать ни шагу в украденных ботинках. Да и куда идти? Она попала в кошмарный сон. Но сны бессмысленны, предупреждал внутренний голос. Сны – удел чудаков. Или тех, кто навязывает другим свои глупые идеи о чудесах, как эта ужасная Мира. И все же Джеральдина попала в кошмарный сон. И не знала, как отсюда выбраться.

Продолжая безучастно наблюдать за мальчиками, Джеральдина гадала, когда же начался этот кошмар. Действительно ли она была в том ужасном доме? Или это тоже был сон? Неужели она все еще лежит в своей постели, не в силах проснуться? В тех редких случаях, когда подобные фантазии нарушали ее утреннее пробуждение, она быстро выбрасывала их из головы. Может быть, и сейчас надо так поступить. Нужно сосредоточиться на том, что все это нереально. Тогда она снова окажется дома!

Джеральдина закрыла глаза и приказала себе проснуться.

Внезапно ее нос учуял запах дыма.

Джеральдина раздраженно нахмурилась.

Один из мальчиков, светловолосый, держал в руках странную маленькую чашечку с длинной рукояткой. Внутри что-то потрескивало, из чашечки поднимались клубы дыма, а когда мальчик посасывал рукоятку, дым вырывался и у него изо рта. Он выдул его прямо в сторону Джеральдины.

Она отмахнулась.

– Пахнет отвратительно! – возмущенно воскликнула она. – Что там у тебя – старый матрас?

Когда Джеральдину снова окутало облачко дыма, ее терпению пришел конец. Она более не намерена выносить этих гнусавых, непослушных мальчишек! Не раздумывая, Джеральдина встала, подошла к светловолосому мальчику и выбила дымящуюся штуку из его руки.

Та, описав высокую дугу, отлетела и упала в воду.

– А-а! – воскликнул мальчик, вскакивая на ноги и глядя вслед тонущему вонючему устройству.

– Что с тобой, Фрэнки? – спросил его друг. – Зачем ты выбросил трубку?

– Я этого не делал, – воскликнул блондин. – Кто-то выбил ее у меня из руки.

Фрэнки беспомощно смотрел на ухмыляющихся друзей, которые не поверили ни единому его слову.

Джеральдина тоже с недоумением наблюдала, как трубка подпрыгивает на волнах. Девочка взглянула на свою руку, затем на мальчика.

Джеральдине не верилось, но трюк действительно сработал. Она снова стукнула снизу по руке мальчика, и получилось, что тот ударил себя в нос.

– Ой! – закричал Фрэнки.

Мальчики разразились хохотом.

– А теперь он дубасит себя по физиономии, – крикнул один, держась за живот от смеха.

На лице Фрэнки отразились ужас и отчаяние.

Джеральдина же, напротив, вдруг увидела этот мир снов другими глазами. Впервые с момента пробуждения на лугу она больше не чувствовала себя беспомощной. Она задумчиво оглядела толпу неотесанных хулиганов. Посмотрела на свою руку, затем снова на Фрэнки.

– Этот сон, – пробормотала она, – действительно очень странный.

Маленький горностай выглядел растрепанным и измученным, но его темные глаза сверкали, словно он осознавал важность своей миссии. Зверек расположился в углу кухни и позволил накормить себя лягушками, которых Гурманц и Шеф ван Кухель вдвоем выудили из французской кулинарной книги девятнадцатого века.

– Какие каракули, – сказал Помощникус, заглядывая через левое плечо Королевы Книггс, – что значит «немощь пашни»?

– Ну что вы, тут же ясно написано «помаду налили», – заметил Шерлокко, склонившись прямо над правым плечом Королевы.

– А мне кажется, «по лицам палили», – предположила Теология Книггс.

– У них там что, снаружи тоже есть тайный оракул? – удивилась Алиса.

– Уроков письма у них точно нет.

– Это же игра слов! – выкрикнул Игротекус.

– Или предупреждение. По лицам палить – это довольно опасно, – прорычал Аттила.

– Ого! Такой угрюмый стих не хуже, чем удар под дых! – Рифмовий тут же почувствовал на себе сердитый взгляд Шерлокко Книггса.

Королева глубоко вздохнула. Из каких только книг ее Книггсы понабрались всего этого?

– «Помощь нашли», – объявила она. – А теперь, будьте добры, перестаньте толпиться у меня за спиной! – рявкнула она на Шерлокко и Помощникуса.

– Но что они имели в виду? Какую помощь и от кого?

– Полагаю, они нашли гильдию, – предположила Королева, – но Двуликий умен, он написал не так однозначно. На случай, если посланник не вернется, а по пути будет пойман злыми силами. Так что это сообщение сможет понять только тот, кому оно предназначалось.

Тут Книггсы принялись охать и ахать от невероятной гордости за своего Томми.

В каком-то смысле, думала Бунтесса, так оно и было: дети стали их детьми. И все они здесь, в секретной библиотеке, безмерно страдали, не зная, что происходит с ними четырьмя. С чем приходится бороться Ноле и Финну? Как Мира и Томми справляются там, во внешнем мире, вынужденные хранить такую большую тайну?

«О, как бы я хотела оказаться рядом с ними!» – подумала Бунтесса, и в груди у нее защемило. Чувство было ей уже знакомо. Это была жажда приключений. Ни одна книга в мире не могла утолить ее. Как бы Бунтесса хотела однажды попасть во внешний мир, чтобы… ну… чтобы… но сначала, возможно, стоило материализовать из книги коня, резвого скакуна, а потом…

Тут с галереи спустилась Шрифтея, книжная целительница. Ее острые ушки горели от возбуждения, и она, размахивая книгой, поспешила к Королеве в центр читального зала.

– Утраченные книги исцеляются! – воскликнула она. – Кажется, болезнь выцветания отступает! – Она взволнованно протянула Королеве очень старую книгу в потрепанном кожаном переплете. – Смотрите, – хрипло прошептала Шрифтея, – на пустых страницах снова появляются буквы. Предложения! Что-то происходит, но я не знаю что!

Бунтесса всмотрелась в титульный лист, пытаясь разобрать название книги.

Только когда Королева поднесла книгу к самому носу, чтобы разглядеть ее получше, Бунтесса заметила слова, напечатанные замысловатыми, выцветшими красно-оранжевыми буквами, которые когда-то, должно быть, горели, как огонь: «Забытое королевство фей огня».