Полное погружение. Книга 2 - Сергей Александрович Васильев
— Здесь триста рублей. Жалованье за три месяца, квартирные, столовые. Обязательно приведите в порядок форму…
— А что не так с моей формой? — удивился Мирский.
— Во-первых, неплохо было бы одежду почистить, — назидательно произнес адъютант, посмотрев поверх пенсне на измазанные при падении брюки и китель Дэна, — а во-вторых — оружие, мичман, является неотъемлемой частью формы и обязательно к ношению.
— Но я рассчитывал… — попытался оправдаться артист.
— Эти и другие вопросы, касающиеся устройства быта вам придётся решать со своим непосредственным начальником, — безапелляционно оборвал его лейтенант. — Извольте поставить подпись — здесь, пожалуйста. Приказ о вашем назначении будет передан его высокопревосходительству адмиралу Новицкому с нарочным.
— Скажите, дружище, — произнес Дэн, дорисовывая последнюю закорючку. Подняв глаза, он понял: что-то не так. Адъютант на глазах превратился в злую козу, оставленную Мирским за калиткой.
— Извольте не панибратствовать, — возмутился он, захлопывая журнал, — мы не за карточным столом…
— Вот ведь зануда! — пробормотал Дэн, отходя от стола и разглядывая незнакомые денежные знаки. По покрасневшей физиономии хозяина приёмной он понял, что тот всё слышал.
— Был не прав! — пряча ассигнации в карман, ретировался Дэн в сторону выхода, выставив перед собой руки в защитной позе, — прошу прощения, ухожу-ухожу…
Адъютант уже открыл рот, и только стремительная эвакуация из приёмной спасла Мирского от тирады, заготовленной его оскорблённым благородием.
— Не хватало ещё и тут на дуэль нарваться, — произнёс Даниил, выскочив на улицу и двигаясь к калитке… — Ах ты ж, зараза!
За декоративными прутьями ограды его ждала старая новая знакомая и, пережёвывая очередной листочек, недобро смотрела, вынудив Дэна затормозить.
Ситуация сложилась скверная: путь через садовую калитку преградила злопамятная животинка, выход через приёмную был нежелателен ввиду непрогнозируемой встречи с обиженным адъютантом, через забор — несолидно.
Оглядев придирчивым взглядом здание штаба, Мирский на втором этаже заметил распахнутые двери, куда вела внешняя лестница, и рабочих, копошащихся с оконными рамами.
«Наверно, это и есть та самая нерадивая артель», — подумал он, прикидывая, можно ли выбраться на улицу через второй этаж. Если дворец построен симметрично, то с другой стороны со второго этажа на улицу должна спускаться точно такая же лестница.
Сделав морду кирпичом и быстро поднявшись, он остановился на секунду, будто бы собираясь инспектировать работу по остеклению, а когда на него обратили внимание, строго произнёс:
— Почему двери нараспашку? Вас что, не предупреждали?
Рабочие бросили раму и вытянулись во фрунт, как солдаты-первогодки.
— Так это, вашбродь, носим ведь! Одни остались, никого больше нет! То туда, то сюда, руки заняты… — начали они вразнобой оправдываться.
— Выход на улицу тоже открыт? — Дэн указал рукой в сторону своего предполагаемого отступления.
Один из артельщиков кивнул, второй помотал головой, третий, самый молодой, хотел рвануться исправлять положение.
— Не надо! Сам проверю! — остановил его Мирский, — а вы лучше спуститесь на первый этаж и прикройте чёрный ход.
Удовлетворённо кивнув и увидев покорность в глазах пролетариата, Дэн шагнул в ремонтируемое помещение, захлопнув за собой дверь.
С первого взгляда было понятно, что весь этаж находился в стадии активного ремонта. Стены, частично освобождённые от старой отделки, обнажали кирпичную кладку. На полу виднелись следы демонтажа ветхой стяжки и подготовки нового покрытия. В воздухе пахло свежей штукатуркой и краской.
Осторожно, чтобы не споткнуться о стройматериалы и не провалиться в технологические отверстия, Дэн почти добрался до выходной двери, как вдруг откуда-то донеслась английская речь.
Если бы говорили по-русски, Мирский даже не обратил бы внимания, но иностранный язык в русском штабе насторожил. Диалог вёлся негромко, разговаривающие находились этажом ниже, но благодаря разобранной дымовой трубе и дыре на второй этаж, слышимость была удивительно хорошей.
— Прошу прощения, сэр, что вынужден принимать вас среди такой разрухи, но всему виной срочность, — извиняющимся тоном говорил мужчина с русским акцентом, — я только вступил в должность и ещё не освоился в городе, а эти ремонтные работы…
— Пустяки, ваше высокопревосходительство, — произнёс титул по-русски по слогам обладатель лондонского прононса и снова перешёл на родной английский. — Все места, где мы можем встречаться официально, отягощены огромным количеством лишних ушей, поэтому меня вполне устраивает такая безлюдная строительная площадка.
— Это из-за забастовки, — ответил второй.
— Да, я в курсе. Поэтому и явился без промедления. Впредь, если будет необходимо встретиться без лишних глаз, вы сможете меня найти в фотографическом ателье Лихтеранда на Большой Морской. Закажите фото в старом английском стиле, и я прибуду к моменту его изготовления. В свою очередь, если мне понадобится что-то сообщить вам конфиденциально, от имени этого ателье пришлю приглашение забрать выполненный заказ.
— Я чувствую себя героем книг Конан-Дойля, — последовал растерянный ответ.
— Главное, чтобы не Чарльза Диккенса.(***)
— А разве есть причины впадать в депрессию? — озадачился русский.
— У вас — уже нет. Подав прошение о приёме в британское подданство, вы присоединились к лагерю победителей в этой ужасной войне.
— Вы хотите сказать, что Российская империя…
— К моему великому сожалению, нет… — снова ответил англичанин.
— Но ведь Британия и Россия — союзники.
— У Лондона нет союзников и врагов, во всяком случае постоянных, но у него есть неизменные интересы, и лавровый венок Николая II им прямо противоречит. Ну, что вы хмуритесь? Разве вы сами не говорили про некомпетентность и безволие русского самодержца?(****)
— Да, но я не думал… Всё же я солдат, а не политик.
— Тогда оставайтесь солдатом. Повторяю, вы сделали правильный и своевременный выбор. Сейчас надо выполнять свой долг и не задавать лишних вопросов, — резюмировал англичанин.
— Хорошо. Что я должен сделать?
— Вы должны ввести этого человека в штат линкора «Императрица Мария».
— Кто он?
— Комендор. Очень грамотный и ответственный. Лейтенант королевского флота.
— Но на линкоре нет свободных офицерских вакансий.
— Подойдет унтер-офицерская… Пусть даже простым матросом. Это ненадолго.
— Англичанин?
— У него сейчас русские имя и фамилия.
— Я вижу, поэтому удивлен… Хорошо. Что ещё?
— Транспорт 55 надо срочно обследовать и поднять, если есть такая возможность.
— На черноморском флоте сегодня нет