Виндзоры и война. Трагедия королевской семьи - Александр Ларман

Фриц Гессе, пресс-атташе посольства Германии

Эберхард фон Шторер, немецкий дипломат

Эрих Пфайффер, офицер немецкой разведки

Иосиф Сталин, генеральный секретарь ЦК ВКП(б) в 1922–1952 гг.

Бенито Муссолини, итальянский диктатор в 1943–1945 гг.

Эдуар Даладье, премьер-министр Франции в 1938–1940 гг.

Филипп Петен, глава режима вишистской Франции в 1940–1944 гг.

Рамон Серрано Суньер, министр внутренних дел Испании

Антониу де Оливейра Салазар, премьер-министр Португалии

Рене Массильи́, посол Франции в Соединенном Королевстве в 1944–1955 гг.

Высшее общество

Клементина Черчилль, жена Уинстона

Рэндольф Черчилль, ее сын

Леди Мод ‘Эмеральд’ Кунард, светская львица, симпатизирующая Германии

Леди Диана Купер, жена Даффа

Сесил Битон, светский фотограф и мемуарист

Сэр Джон Рейт, генеральный директор Би-би-си[2] в 1927–1938 гг.

Сэр Фредерик Огилви, генеральный директор Би-би-си в 1938–1942 гг.

Фред Бейт, глава европейского отделения Эн-би-си[3]

Томас Аргайл ‘Тар’ Робертсон, глава комитета «XX» MI5

Герман и Кэтрин Роджерс, друзья Уоллис

Сэр Осберт Ситуэлл, писатель и острослов

Ноэл Кауард, драматург и актер

Сибил Коулфакс, светская дама

Космо Лэнг, 1-й барон Лэнг, архиепископ Кентерберийский

Джон Доглиш, епископ Нассау

Шарль Бедо, промышленник, симпатизирующий нацистам

Ферн Ломбар, его жена

Рикарду де Эшпириту Санту э Силва, он же Рикарду Эшпириту Санту, португальский банкир, друг герцога и герцогини Виндзорских

Мигель Примо де Ривера, испанский аристократ и плейбой

Сэр Гарри Оукс, англо-американский миллионер, владелец золотых приисков и жертва убийства

Аксель Веннер-Грен, шведский предприниматель

Маргерит Веннер-Грен, его жена

Леди Джейн Уильямс Тейлор, видный общественный деятель Багамских островов

Князь Павел Югославский, опальный югославский князь

Альбрехт Хаусхофер, немецкий плейбой в Лондоне

Карл Хаусхофер, немецкий ученый и гуру фашизма

Граф Альфред де Мариньи, франко-маврикийский плейбой, житель Багамских островов и подозреваемый в убийстве

Полковник Р. А. Эрскин-Линдоп, комиссар полиции Багамских островов

Прочее общество

Джордж Макмагон, несостоявшийся убийца короля

Мэй Макмагон, его жена

Преподобный Роберт Джардин, «Сражающийся пастор» и «Викарий герцога»

Маргарет Харрис, племянница сержанта Эндрю Джека

Этьен Дюпюш, редактор и издатель багамской газеты The Tribune

Капитан У. Э. Мелчен, начальник отдела по расследованию убийств Майами

Капитан Джеймс Баркер, его помощник

Уильям Х. Харман, инженер из Пенсильвании; не впечатленный герцогом и герцогиней Виндзорскими

Пару лет назад я пошел подстричься. Парикмахер – человек начитанный – обрадовался, узнав, что я пишу книгу о королевской семье во время Второй мировой войны, но особенно его интересовал один вопрос.

«Так был ли герцог Виндзорский на самом деле нацистом?»

Я не смог ответить коротко и по существу. Когда тебя стригут, ты становишься куда более уязвимым, чем обычно, – ведь неосторожный ответ может обернуться неприятностью. Но ответ – не однозначное «да» и не пренебрежительное «нет»; скорее нечто более двусмысленное. Когда я писал свою предыдущую книгу «Кризис короны», обсуждение политических симпатий Эдуарда VIII заняло значительную часть повествования. К огромному сожалению, если он и не был открытым сторонником нацистов, то по меньшей мере времени в их компании он проводил очень много.

Но история его отречения и предшествовавших событий завершилась в декабре 1936 года, когда Эдуард перестал быть монархом и отправился в изгнание в Европу, уезжая прочь под покровом ночи. В процессе исследований я постоянно натыкался в архивах на захватывающие документы, которые обещали пролить свет на его склонности, но также намекали на куда более значительные открытия впереди. Я никогда прежде не писал продолжений, но когда я завершил работу над «Кризисом короны», я понял, что история, которую я рассказывал, не закончена – да и не могла быть закончена. Читатели постоянно задавали мне один и тот же вопрос, который звучал так: «Что случилось после того, как Эдуард и Уоллис покинули Британию?» Здесь они найдут свой ответ.

Благодаря новой информации, появившейся за последнее десятилетие, теперь можно получить исчерпывающий и окончательный ответ на вопрос о нацистских симпатиях и связях герцога. И не могу сказать, что за время своих исследований я проникся к нему симпатией. Меня обвиняли в резкости по отношению к Эдуарду, которого в «Кризисе короны» я назвал «никудышным, сумасбродным правителем, одержимым и требовательным любовником и, за редкими исключениями проявлений сочувствия и порядочности, эгоистичным и легкомысленным человеком». Единственное, о чем я жалею, это о том, что я был к нему слишком снисходителен. Если и существует публичная фигура подобного уровня, демонстрировавшая столь же полное отсутствие самосознания, пренебрежение к окружающим и презрение к любым разумным нормам поведения, как герцог Виндзорский, то имя ее должно навеки остаться бесславным.

Но недостатки герцога – лишь один аспект книги «Виндзоры и война». Если «Кризис короны» был книгой о моральном, социальном и политическом бремени монаршей власти, то эта – по сути, история о враждующей и неблагополучной семье, прошедшей испытание на пределе возможностей под немыслимым давлением. Захватывающая психодрама непростых отношений между королем Георгом VI и герцогом Виндзорским – человеком, который из последних сил старался быть королем, и человеком, который отказался от всего ради женщины, – в предыдущей книге была затронута лишь вскользь. Теперь, благодаря доступу к редким и никогда прежде не публиковавшимся письмам, дневникам и записям, я могу рассказать эту историю с той откровенностью и подробностями, которых она заслуживает.

Этот период неизбежно охватывает гораздо больше, нежели просто соперничество братьев. О Второй мировой войне писали бесчисленные историки до меня, и основное повествование может показаться почти чересчур знакомым. Однако роль королевской семьи в этом конфликте, как публичная, так и частная, на удивление мало освещена. По мере того как я углублялся в исследование, меня поражало количество новой и никогда прежде не публиковавшейся информации, которую я обнаружил, – от откровенных писем личного секретаря короля, Алека Хардинга, до шокирующих сведений о нацистских симпатиях некоторых приближенных королевской семьи. Считаю за честь иметь возможность впервые представить эти «взрывоопасные» материалы на суд общественности.

Это история, развернувшаяся на широчайшем полотне событий, охватывающая почти десятилетие и представляющая галерею персонажей, воплощающих все разнообразие человеческой качеств – от двуличного вредительства до ясной, даже героической принципиальности. Было приятно познакомиться со многими из них впервые, а также воссоединиться со старыми друзьями из «Кризиса короны». Возвращается великий юрист Уолтер Монктон, все еще старающийся сделать все возможное для все более неблагодарного герцога, и я рад, что Диана Купер и Чипс Ченнон снова могут поделиться своими (неизменно язвительными) наблюдениями за происходящим. А для любителей теорий заговора – возвращается несостоявшийся убийца Эдуарда VIII, Джордж Макмагон, все еще клянущийся в вечной верности человеку, в которого пытался выстрелить.

«Виндзоры и война» – это книга, сотканная из множества переплетающихся повествований. Это рассказ о предательстве и цинизме. Это история о порядочных людях, совершающих бездумные и невнимательные, даже опасные поступки под невыносимым давлением, и об их ошибках, которые происходили так же часто, как и