Алые поля - Коллектив авторов -- Детская литература

— Какой ты бедняк. Мне так тебя жалко!

Да, именно не бедненький, не бедняжка, а бедняк.

Но к Галкиным штучкам в нашем классе уже все привыкли, кроме Славки. Он пришел к нам недавно и очень злился, когда Галка называла его бедняком.

— Тьфу ты! — это он всегда так начинал злиться. — Ну как ты не можешь понять, что бедняки и богатые были только в старые времена?

— Ага! — отвечала Галка. А через несколько дней, когда Славке подбили глаз в драке, она участливо спросила:

— Тебе было больно, бедняк?

На этот раз Славка лишь пожал плечами. А потом он принес в класс шоколадных конфет и высыпал перед Галкой:

— Теперь ты видишь, что я не бедняк? Видишь?

Галка съела все конфеты и вежливо сказала:

— Спасибо, Слава.

Тут уж мы поразились Галкиному нахальству и жадности: съела все конфеты и даже с нами не поделилась! О ее привычке всех называть «бедняками» мы рассказали Славке, который, конечно, возмутился и сначала хотел отлупить ее, но потом вспомнил, что Галка слабенькая и часто болеет. Поэтому он просто подошел к ней и громко-громко сказал:

— Какой ты бедняк, Галка. Какая ты жадная!

Галка вытаращила на него глаза, потом посмотрела на нас и тихо попросила:

— Простите меня, ребята…

Мы, конечно, ее простили. С условием, что Галка больше не будет жадничать. Галка в первый раз улыбнулась так, что уголки ее губ сразу подпрыгнули вверх, а голубые глаза засветились радостным теплым огоньком.

— Натка, давай твою шапку, — кричала Люся Устинцева, маленькая девочка с большими черными блестящими глазами и белыми короткими косичками.

Натка Руднева подала ей шапку-ушанку, и в нее посыпались белые скрученные бумажки.

— Тяните, девчонки, по две тяните, — весело стреляя глазами на дверь, тараторила Люська.

Кто-то спросил:

— Почему по две?

— Почему, почему? — передразнила гневно Люська. — Мальчишек-то двадцать семь, а нас четырнадцать! Ой, девочки, скорей, скорей: сейчас звонок будет.

К шапке потянулись руки.

— Договорились, девочки, кто кого вытянет, тот тому и дарит, — командовала Люська.

— Ой, а мне один достался, — обиженно промолвила Натка, надув нижнюю губу и глядя на всех голубыми чистыми глазами.

— Один? Ну, на второго, — сунула ей в руку бумажку Люся, — а мне одного хватит. Итак, девочки, завтра на уроке.

Звонок заставил их разойтись. В класс ворвались мальчишки. За ними вошел учитель.

А на следующий день все девчонки пришли в класс, держа в руках свертки. На перемене, когда в классе не было мальчишек, свертки заняли определенные места, а на доске цветными мелками девчонки написали:

А будущие воины носились по коридору школы, поднимая пыль столбом.

Когда же прозвенел звонок, они сели за свои парты, и все разом удивились, прочитав надпись на доске. А потом зашуршали бумагой и… настал черед удивляться девчонкам: не сговариваясь, они купили один и тот же подарок: куклу-неваляшку.

Мальчишки смущенно улыбались. Куклы, медленно покачиваясь, нежно звенели. Девчонки удивленно смотрели.

Будущие воины играли в куклы.

Я шел по дороге, небрежно засунув руки в карманы, и пинал камешек, который то улетал далеко, то, как нарочно, не двигался с места. Шел и думал, почему это, как классный час или пионерское собрание, так обязательно отчитывают меня.

То я им что-то не сделал, то что-нибудь забыл… А сами-то, сами… Я, может, еще больше всех стараюсь. А может, у меня просто не получается, и мне помощь нужна, а они не интересуются даже. Прикрепили меня как отстающего к Светке-отличнице, а я ее терпеть не могу, потому что она ехидина. Да еще вот ни с того, ни с сего взяла и ляпнула на собрании:

— Давайте Петю Колотушкина выберем ответственным за макулатуру. Это ему пионерское поручение будет.

Все сразу загалдели: «Правильно! Правильно!»

А я говорю:

— Я не могу. Я и без того занятый человек. Вот вчера, например, меня мама в магазин послала. Ну и простоял я там два часа.

Но тут меня перебил Валерка Семенов. Он сердито сверкнул в мою сторону глазами:

— Не ври. Я с тобой вместе стоял, человека два от тебя. Там всего-то пять человек было.

В общем меня разоблачили и выбрали. Ну ладно, думаю, я и работать не буду, и учиться плохо стану, тогда они у меня попляшут. Я так и решил. И вот что у меня вышло.

На следующем классном часе Светка и говорит:

— Колотушкин, ты стал хуже учиться.

И Валерка орет:

— Класс назад тянешь!

А мне того и надо. Я и говорю:

— Вы мне общественное поручение дали. Я из-за него учиться хуже стал.

Тогда рыжая Светка глаза на меня скосила:

— Что же ты сделал по общественному поручению?

Вижу, дал я осечку. Не подумал раньше, что меня спросят об этом.

Тут все давай кричать, возмущаться. Вот и обернулось дело не в мою пользу. Да еще к Светке прикрепили. И что я такой невезучий?

С досады я так пнул камешек, что он отлетел далеко, прямо под ноги какой-то