Зарубежный детектив-2026-8 - Кит Даффилд
Ваша честь, совсем недавно мы получили заключение баллистической экспертизы, полностью подтверждающее, что обнаруженный в машине подсудимого пистолет и является орудием убийства. Мистер Пиблз, наш эксперт-баллистик, подтвердит, что характерные следы на пулях, изъятых на месте преступления, полностью соответствуют индивидуальным особенностям ствола пистолета, имевшегося во владении подсудимого всего через несколько минут после того, как это преступление было совершено. Оставляем за собой право передать суду данный отчет в письменном виде, не вызывая мистера Пиблза в качестве свидетеля.
Окружной прокурор хорошо усвоил урок, полученный в результате фиаско Портера. Свидетельство окажется на руках у судьи, а у меня не будет и шанса задать Пиблзу хоть какие-нибудь вопросы. И Роллинз это свидетельство безоговорочно примет от и до – да, обнаруженный в машине Дэвида пистолет действительно является оружием убийства, а я и слова не смогу в нем оспорить. В заключении Пиблза мне по-прежнему не давал покоя один важный момент: серийный номер на орудии убийства он так и не нашел – даже при использовании специальных технологий, позволяющих прочитать уничтоженные маркировки. Вообще-то на любом огнестрельном оружии в Америке всегда имеется серийный номер, и если даже он спилен, то эксперты все равно могут восстановить его методом кислотного травления и последующего микроскопического исследования, поскольку в ходе нанесения номера штампы с цифрами и буквами изменяют структуру металла под собой – остается, в некотором роде, глубинный отпечаток. Но Пиблз констатировал, что даже при использования этого метода серийный номер обнаружить не удалось.
– И наконец, – продолжал Зейдер, – детектив Морган продемонстрирует вам записи с установленных в доме подсудимого камер наблюдения, которые, вне всяких сомнений, свидетельствуют о том, что именно подсудимый и является убийцей. Если не будет каких-либо вопросов и возражений, государственное обвинение вызывает своего первого…
Роллинз повернулся ко мне с недоуменным выражением на лице.
– Мистер Флинн, в свете данного вступительного слова прошу вас еще раз хорошенько подумать, не желает ли ваш клиент обойтись без предварительного слушания. Суду время дорого. Мне мое время – тоже.
Нога Дэвида так и подскакивала под столом – беспокойство взвинчивало его почище кофеина. Я бросил взгляд на Куча. Тот спокойно читал утреннюю газету – речи окружного прокурора он, похоже, пропустил мимо ушей. Зейдер выглядел победителем. Я начал сознавать, что на мне все тот же костюм, та же рубашка и тот же галстук, что и вчера, что я опять не успел побриться, что моей жене вот-вот предъявят преступление федерального уровня и что, в конце концов, в этом самом костюме я сегодня спал.
Не успели все эти мысли промелькнуть у меня в голове, как я объявил:
– Ваша честь, мы готовы продолжать слушание.
Судья вздохнул и покачал головой. По рядам публики пронесся приглушенный ропот, но Роллинз не стал делать по этому поводу замечаний. Видно, я его настолько довел, что он даже не обратил на это внимания.
– Вы меня разочаровываете, мистер Флинн. Неужели непонятно, что это дело нужно без долгих проволочек сразу передавать в суд?
У меня было два варианта на выбор: либо просто плюнуть на этого урода и, как попка, еще раз подтвердить, что мы по-прежнему настаиваем на продолжении слушания, либо отправить Роллинзу недвусмысленное послание с риском еще более усугубить положение Дэвида. Самым безопасным было просто не обращать внимания на подобные подковырки и ждать появления на трибуне первого свидетеля.
Но я все-таки решил рискнуть. Если все срастется, то Роллинз мне уже будет не страшен.
– Ваша честь, разрешите переговорить с вами тет-а-тет?
– Нет, категорически не разрешаю. Не вижу нужды решать что-либо в кулуарах. Это открытое слушание. Если у вас есть что сказать, то говорите при всех.
Я и без того знал, что от кулуарного совещания он обязательно откажется. Никакие мои предложения его напрочь не интересовали. «Ну что ж, сам напросился», – подумал я.
– Очень хорошо, ваша честь. Защита вносит ходатайство о вашем отводе.
На сей раз уже Зейдер изумленно хихикнул.
Роллинз положил ручку на трибуну, сложил руки на груди и вроде даже слегка привстал со своего кресла.
– И на каком же основании вы требуете моего отвода, советник?
– На основании вашей личной предвзятости, ваша честь. Мой клиент никогда не получит беспристрастного рассмотрения дела под вашим председательством. Вы слушаете только мистера Зейдера, и по вашим замечаниям совершенно ясно, что для себя вы давно уже приняли решение по данному делу. Вы предвзяты в пользу стороны обвинения.
– Ко мне в кабинет, оба, – быстро распорядился Роллинз.
Поднявшись со стула, я почувствовал в кармане вибрацию телефона. Дождавшись, пока судья отвернется, я быстро глянул на экран. Это была эсэмэска от Кеннеди.
«Нарыл кое-что интересное. Скоро буду».
Глава 76
– Меня в жизни так не оскорбляли! – взорвался Роллинз, расхаживая взад и вперед перед своим письменным столом. – Мне следовало бы привлечь вас за неуважение к суду!
Зейдер покачал головой.
– Понимаю, насколько вы расстроены, ваша честь, но не слишком ли это крайняя мера? Тем более что она лишь добавит масла в огонь, который только что развел мистер Флинн.
Я вытащил руки из карманов и внимательно изучил взглядом Зейдера. Мою затею он явно быстро просек. Надо быть с ним поосторожней. Это действительно опасный противник.
Постукивая пальцем по столу, Роллинз с трудом сдерживал свою ярость – на багровой шее даже выступили толстые вены, придавленные тесным воротничком.
– Как вы смеете бросаться такими обвинениями у меня в зале? О каком уважении к суду тут может идти речь, Флинн? – Формальное обращение «мистер» Роллинз уже отбросил. – Вы немедленно отведете эту гнусную инсинуацию – публично, в зале суда, и лично принесете мне свои извинения. В таком случае я еще подумаю, отсылать ли мне соответствующую жалобу в коллегию адвокатов. Вы хорошо меня поняли?
– Лучше некуда. Так кого из судей вы предлагаете себе на замену?
– Не понял?
– Для начала, если вы пожалуетесь на меня в коллегию, то не сможете продолжить слушание дела моего клиента до тех пор, пока ваша жалоба не будет рассмотрена. Вам самому придется взять отвод. Так кто вас заменит?
На сей раз он вовремя прикусил язык. Явно просек, что сильно меня недооценил. Впрочем, не он первый.
– Не понимаю, как у вас вообще хватает наглости стоять здесь и…
– Ваша честь, при