Жду тебя на безлюдной станции - Инудзюн

Рэйко тоже захлёбывалась от слёз. Кажется, только сейчас я впервые ощутила её тепло.

Почему она пришла к кому-то вроде меня? Зачем я ей, если я всем приношу только несчастья?..

– Давай я схожу с тобой, – мягко сказала Рэйко глухим голосом. – Давай вместе сходим к твоему дедушке.

– Рэйко…

Подруга наконец отпустила меня. Выглядела она, конечно, кошмарно…

– С твоим дедушкой всё будет хорошо. Я тоже об этом помолилась.

– Это ещё что…

Я абсолютно не понимала, что она несёт. Рэйко медленно поднялась и потянула меня за руку.

– Давай попробуем поверить в чудо.

Я тоже поднялась, прокручивая в голове слова подруги.

То же самое мне говорил и хозяин кафе. Тогда мне показалось, что он так шутит. А что, если чудо не случается именно потому, что я в него не верю?..

Шагая рядом с Рэйко, я изо всех сил молилась, чтобы с дедушкой всё-таки случилось чудо.

Вдруг раздался громкий звук. Звонил телефон в кармане. Бабушка. Сердце бешено застучало, я не могла даже пошевелиться от волнения.

Что-то с дедушкой… Моё сердце ещё никогда не билось так быстро. Страшно…

– Дай-ка сюда. – Рэйко забрала у меня смартфон, приняла звонок и прижала телефон к своему уху. – Алло. Да, это номер Май. Скажите, пожалуйста, как себя чувствует дедушка?

В груди болело. Я поверю во что угодно, только, прошу, не забирайте у меня дедулю!..

– Да. Да, хорошо.

Рэйко кивала. Дыхание сбилось, хотя я даже не бегала. Выражение лица подруги внезапно смягчилось.

– Вот как. Да, хорошо. С ним всё в порядке, да? – Свободной правой рукой одноклассница изобразила знак «окей». Я закрыла лицо руками.

Дедуля… Я плакала от радости. До ушей доносился голос Рэйко.

– А, да. Рэйко. Прошу прощения за частые звонки. Всё-таки Май – моя лучшая подруга.

Лучшая подруга… От этих слов, от того, с какой нежностью Рэйко произнесла эти слова, слёзы полились ещё сильнее.

Завершив звонок, подруга передала мне телефон.

– Спасибо. Всё-таки чудеса иногда случаются, – сказала я. Рэйко приложила руку к груди.

– Я жутко перепугалась. Но здорово, что твой дедушка в порядке…

– Спасибо, спасибо, – кивала я, шмыгая носом.

– Слушай, Май, – обратилась ко мне Рэйко, вытирая заплаканные глаза носовым платком. – У меня к тебе просьба. Давай теперь говорить честно, хорошо? Прямо говори обо всём – и о хорошем, и о плохом, ладно?

– Но…

Я не знала, смогу ли это сделать. Я не помню, когда начала притворяться – такое ощущение, что я всегда так жила. Нет. Я вспомнила. Это началось, когда папа решил уехать за границу…

– Хорошо. Но вряд ли у меня получится измениться так быстро.

– Ничего страшного. Однажды обязательно получится!

«Какая же ты сильная, Рэйко», – рассеянно подумала я. Она спасла меня от настоящей паники.

Наверное, это я сама выстроила вокруг себя стену. Может быть, если бы я с самого начала прямо выражала свои чувства, всё было бы иначе…

– Спасибо. Мне уже намного легче.

– Мне тоже. Не зря пришла.

Я посмотрела на Рэйко. Она улыбалась сквозь слёзы. А я только сейчас осознала, что на часах где-то около девяти утра.

– Ой, кстати, ты чего не в школе-то?

– Хе-хе. Заметила наконец. Я ушла с уроков – Кодзуэ помогла.

– А?..

Рэйко хвастливо задрала подбородок, а я чуть снова не расплакалась.

– Давай провожу, – сказала подруга и потянула меня за руку.

Долгая буря чувств улеглась, и на душе было так же ясно, как на улице.

В последние несколько дней ветер стал совсем зимним. Холодный воздух щипал щёки, и, если стоять на ветру, было даже больно.

На станцию Сундза я пришла перед самым отправлением поезда. Краем глаза глядя на медленно удаляющийся вагон, я направилась к почтовому ящику.

Я достала из сумки конверт и какое-то время пристально на него смотрела. За эти дни я написала ещё два письма и теперь держала в руках целых три послания.

Я уже собралась было отправить конверт в ящик, но остановила руку в паре миллиметров от щели. Нет, пожалуй, не буду отправлять.

С конвертом в руке я вышла на гравийную дорожку. Добравшись до платформы, я уселась на скамью для собраний.

Стояла ясная погода. Яркое голубое небо постепенно заливалось закатным багрянцем. Озеро искрилось, как звёздное небо.

До меня донёсся звук шагов, и я, обернувшись, увидела приближающегося мужчину. Насколько я помню, его фамилия Миура, и он вроде как говорил, что работает только в это время.

– Здравствуйте, – первой поздоровалась я.

Миура немного удивился, а потом улыбнулся, прищурив глаза:

– Здравствуйте.

Парень подошёл ближе, посмотрел на меня и озадаченно склонил голову набок:

– Сегодня же суббота. Разве в школе есть уроки?..

– Мы всем классом готовились к школьному фестивалю. Вот, только закончили. Теперь осталось дождаться праздника!

– Что планируете делать на фестивале? – заинтересованно спросил Миура, и только сейчас я как следует на него посмотрела. Он оказался даже моложе, чем я подумала при нашей прошлой встрече.

– У нашего класса будет кафе. «Чудо-кафе» называется. «Чудо» – потому что все будут в костюмах всяких чудовищ, – хихикнув, поделилась я. Миура широко раскрыл глаза:

– Интересная идея! Знаете, я вас прямо не узнаю – настолько вы изменились с нашей прошлой встречи.

– Думаете?

Я настолько серьёзных изменений в себе не заметила, но, видимо, Миура думал иначе.

Я перевела взгляд с парня на озеро и небо над ним. Синее небо постепенно окрашивалось в красный. Люди, видимо, тоже могут постепенно меняться…

– Хотелось бы мне не бояться перемен. Мне пока тяжело меняться, но хотелось бы однажды научиться этому.

С того дня я снова стала ходить в школу. Общаться с Рэйко и Кодзуэ тоже стало немного легче. Кажется, благодаря этому что-то понемногу меняется.

Миура удовлетворённо кивнул и посмотрел на мои руки.

– Сегодня не будете оправлять письмо папе?

– Что?.. – не поняла я.

Парень озадаченно почесал голову.

– Да я недавно на почту ходил. А тут увидел такой же небесно-голубой конверт, ну и…

«Так и думала», – подумала я, опустив глаза и глядя на конверт в моих руках.

– Я решила больше не отправлять письма папе.

– Да нет же, я не говорил, что это плохо, просто… – Миура замолк на полуслове и опустил голову. – Простите. И на почте надо будет извиниться. А то письма без адресата – штука, сами понимаете, неудобная.

На моём конверте с небесным принтом в строке «адресат» адреса не было – я просто написала: «Папе». Так было и со всеми предыдущими письмами. В этот раз пустым осталось и поле