Ave Eva - Инна Александровна Кабыш
Пенфей
Чтоб наблюдать менад оттуда!
(Смеётся.)
Не бойся: я ведь их не съем,
Хочу я истины…
Дионис
…и блуда.
(Пенфей краснеет.)
Всё будет. Их поймаешь ты,
(про себя)
коль скоро сам не будешь пойман.
(Вслух.)
Хоть предстоит кровавый бой нам –
пусть наши сбудутся мечты!
(Пенфею.)
Тебя к победе я веду,
а вот назад тебя доставит…
(Пауза.)
…Мать.
Пенфей
Мать? Агава?
Дионис (про себя)
На беду.
(Вслух.)
На Фивы все тебя прославит
и будет на руках нести…
Пенфей
Как? На руках?
Дионис
Ну да, как в детстве!
Пенфей
А может, лучше…
Дионис (перебивает)
Не надейся!
Кто как не ты достоин славы –
красуйся же в руках Агавы!
Пенфей уходит.
Ты называл меня бастардом,
ты бога посадил в тюрьму,
один – перед вакханок стадом –
теперь предстанешь потому.
И будет месть моя такою,
какой ещё не видел свет:
не оставляет бог в покое
сказавшего, что бога нет.
Четвёртый музыкальный антракт
Первое полухорие
Строфа
Какой прекрасный юноша Пенфей!
Он, может быть, один из самых лучших.
Но правильностью страшен он своей!
Вот и теперь: он стал шпион, лазутчик,
переоделся женщиной и мнит,
что тайны женщин выведает. Бедный!
Его страшит Дио́нис и манит:
чьей поединок кончится победой?
Второе полухорие
Антистрофа
Бог великий Дионис
человека тянет вниз,
но ведь низ у человека
будет, есть и был от века.
Дионис ему даёт
шанс на час хотя б стать зверем.
Обречён на гибель тот,
кто не с ним. Мы в это верим!
Хор
Эпод
Наш любимый Дионис,
львом свирепым обернись,
многоглавым стань драконом,
стань быком. Твоим законам
подчиняться мы хотим.
Смерть Пенфею: бог не с ним!
Акт пятый
Со стороны Киферона появляется вестник.
Вестник
Сам себе я нынче не рад:
я принёс ужасную весть.
Но дороги мне нет назад –
расскажу всё и всем как есть.
Хор
Что такое?
Вестник
Нет больше Пенфея-царя…
Хор
Но ведь это прекрасно!
Вестник
Ликуете зря,
ведь погиб молодой человек…
Хор
Это да.
Но зато мы свободны теперь навсегда.
И свободен наш бог. Лишь Агава, лишь мать,
будет плакать о нём. А… нельзя ли узнать,
что случилось?
Вестник
Мы вышли втроём…
Хор
А давай мы станцуем-споём
твой рассказ?
Вестник
Да. Так будет мне легче…
Хор (поёт)
С кем – втроём?
Вестник
Мы с Пенфеем-царём
и ещё его гость – свои плечи
он украсил небридой…
Хор (поёт)
Ваш гость был наш бог!
Вестник
Как потом оказалось!
(Резко.)
Замолчите! Иль кончу рассказ:
так к Пенфею сильна моя жалость!
Хор
О, не надо в неведенье нас
оставлять! Мы молчим.
Дальше – всё, что рассказывает вестник, хор «танцует».
Вестник
…Мы в долину пришли
и вакханок увидели – правда, вдали.
Тут Пенфей говорит: «Мне б на дерево влезть,
чтоб с верхушки его разглядеть всё как есть.
Всё своими глазами узреть – моя цель!..
А в долине росла той высокая ель.
Не высокая, лучше сказать – до небес.
Гость промолвил: «С неё ты увидишь весь лес:
птиц, и змей, и зверей, и менад…
Только будешь ли этому рад?» –
«Ну конечно!» – мой бедный вскричал господин.
Гость – не знаем, как он это сделал один! –
ель пригнул. На вершину забрался Пенфей
и с неё закричал: «Отпускай поскорей!..»
Ветку гость отпустил – взмыло дерево вверх:
что случилось потом, не забыть мне вовек!
Оказался мой бедный Пенфей на виду
озверевших вакханок – себе на беду!
Хор (застывая и прерывая молчание)
А наш бог, а Дио́нис?
Вестник
Дио́нис исчез.
Только голос раздался, потрясший весь лес:
«Вот он, враг мой, гонитель двоюродный мой,
за обиду ответит пускай головой!..»
И вакханки помчались толпой,
обгоняя друг друга, – так на водопой
мчит зверьё в жаркий день. Так на труп
мчит стервятник. Сломали, как веточку, дуб,
стали им, как тараном, ту ель сотрясать…
Хор
И Агава? И мать?
Вестник
Всех неистовей – мать!
(Пауза.)
Господин за верхушку держался как мог,
но фанаткам своим помогал, видно, бог,
непрощающий бог Дионис.
Мой Пенфей зацепился, повис –
и упал. О, что тут началось!
Свою митру срывает с волос
царь Пенфей и кричит: «Это я,
мама, плоть и кровинка твоя!»
Хор представляет рассказ вестника в виде танца.
Но – куда там! Агава дика:
вот в руках её – сына рука,
вот уж вырвала руку с плечом