Сакура-ян (Книга 6-2) - Андрей Геннадьевич Кощиенко

— К тому же, если я откажусь, то осуждать станут исключительно меня. В случае согласия, вина за неудачу делится пополам, между мною и ЮнМи.

— Вся вина ложится только на неё, — уверенно произносит владелец агентства, одновременно подумав о том, что «малышка АйЮ» явно поумнела, сделав правильный «расклад» и нужно обращать больше внимания на свои слова при разговорах с ней.

— Единственно, СуМан–сии, меня беспокоят два вопроса. Первый, не пострадаю ли я от колдовства? И второй, я не знаю, с чего мне начать? Что делать?

— По второму вопросу отвечу сразу — он не твоя забота. Это проблема господина МинЁка и организации, в которой он работает. Они должны подготовить план и назвать сроки. Поэтому, не думай. От тебя нужно только согласие. А насчёт колдовства… Честно говоря, за свою жизнь мне много доводилось о нём слышать, но ни разу не пришлось его увидеть. Не думаю, что император Ниппон или люди, которые общаются каждый день с ЮнМи, не берут это в расчёт. Раз они не разбегаются, крича от ужаса, значит, опасности нет.

— Конечно, это так… Я с вами согласна. Но у императора могут быть защитные амулеты, а окружение ЮнМи ей ничего плохого не сделало, в отличии от меня….

— В какой момент ты успела её сильно огорчить?

— У нас было с ней недопонимание… В Париже. Из–за господина ЧжуВона…

СуМан задумывается, погружаясь в воспоминания.

— Моей вины абсолютно в этом не было, но такое чувство, что с того момента ЮнМи затаила на меня обиду…

— Совершенно очевидно, что даже если у неё было недовольство тобой, то она тебя простила.

— «Простила»⁈ Почему вы так думаете?

— Желай тебе зла, она не стала бы предупреждать об опасности грозящей твоим друзьям. Но она поступила наоборот. Поставила твоё благополучие вперёд, хотя ей самой в тот момент нужнее было побеспокоиться о себе. Вспомни вашу последнюю встречу в Анян.

— ЮнМи тогда была очень грубая и злая… — помолчав, говорит АйЮ. — Она отказалась разговаривать.

— Но всё же сообщила важную для тебя информацию. А то, что злилась… Вполне возможно, в тот момент, её чувства были направлены не на тебя. Она и ты — две самые яркие звёзды эстрады Хангук. Но твоя карьера стабильно развивается, а ЮнМи постоянно преследуют неудачи. Наверняка, её неоднократно посещали обида и гнев на судьбу, которая так жестоко с ней обходится. Ты неправильно поняла её негативные эмоции, ошибочно приняв за их источник себя. Но это было не так.

АйЮ задумывается. СуМан терпеливо ждёт.

— Похоже, ваши слова верны, господин, — наконец произносит девушка. — Будь иначе, надо мной бы смялись и злорадствовали. Но обо мне заботились.

Мужчина кивает.

— Поэтому тебе не нужно опасаться встречи, — говорит он. — ЮнМи не питает к тебе ненависти. А две творческие личности, профессионально работающие в одной области, легко найдут общую тему для разговора.

— Мне следует поблагодарить ЮнМи и извиниться, что не оправдала её ожиданий, — говорит АйЮ и грустнеет. — Если бы я была внимательнее к её словам, то может, всё сложилось бы иначе…

— Вот уже реальный вариант для восстановления отношений, — одобряет её решение СуМан, не став успокаивать, вещая про то, что «история не знает сослагательных наклонений». — Ну, раз всё решилось, нужно сообщить господину МинЁку о нашем согласии…

— Выбор только твой, — говорит владелец агентства внимательно смотря на собеседницу, — но я произношу «мы», желая показать, что буду рядом и всегда поддержу тебя, когда это понадобится.

— Спасибо, СуМан–сии, что вы на моей стороне, — растроганно благодарит АйЮ.

— Мне нравится быть на твоей стороне, — улыбается мужчина. — Она у тебя солнечная.

Вторая ветка сакуры потеряла свой лепесток…

Время действия: одиннадцатое августа, первая половина дня

Место действия: съёмная квартира семьи Пак.

— Мама, куда ты звонишь? — спрашивает СунОк, быстро входя на кухню, держа в руках раскрытый ноутбук.

— Мудан сказала, что не сможет нас принять, — сообщает мама, убирая от уха телефон. — Она уехала заниматься духовными практиками на месте силы и не знает, сколько времени её не будет. Может год, может два…

СунОк насмешливо фыркает.

— Выглядит так, словно она сбежала, — говорит она, присаживаясь к маленькому столику, за которым сидит мама. — Ну и пусть прячется! Она нам не нужна. Теперь я точно знаю, чего хочу! Хочу стать айдолом и выступать вместе с сестрой!

Глубинные отделы маминого мозга, пережившие в предках миллионы лет эволюции и природных катастроф, забывают, как дышать…

— Я подумала, что у ЮнМи, и в самом деле, нет времени искать мне достойного мужчину в мужья, — печально вздохнув, сообщает ей её дочь. — Это действительно долго — найти, поговорить с каждым претендентом, оценить его. Поэтому я решила прийти тонсен на помощь. Мы станем выступать вместе, и меня тогда увидят миллионы парней. Среди них точно окажется мой муж! На концерте мы встретимся с ним взглядами, и всё случится. Ускорение. Не по одному, а сразу миллионами. Понимаешь?

Дочь взволнованно смотрит блестящими глазами на мать, ожидая, когда та осознает гениальность идеи и восхититься. Мамино тело в это время шлёт испуганные сообщения в зависший центр управления о падении уровня кислорода.

— Ну, чего молчишь? — не понимая затянувшейся паузы, с удивлением спрашивает дочь.

В этот момент накопившийся в крови углекислый газ срывает «главный предохранитель», отправляя мозг на перезагрузку. Мама судорожно втягивает в лёгкие воздух и заходится кашлем.

— Ты чего кашляешь? — удивляется СунОк.

— Ты… же… — сдавленным голосом сипит мама, — не умеешь. Кхк… Кхе… кхе! Петь и танцевать! Ты же не готовилась…

— А мне и не надо! — гордо заявляет СунОк. — У меня есть талантливая сестра. Жаль, что я раньше об этом не сообразила. Только послушай, что пишут!

СунОк удобнее поворачивает к себе ноутбук, который принесла, и вслух читает сообщения из чата.

[*.*] — Наверное, сёстры Пак будут выступать вместе.

[*.*] — Сестра Агдан не айдол. Она никогда не была трени и не практиковалась.

[*.*] — Ну и что? Ей это и не надо. У неё есть суперталантливая тонсен, которая легко превращает любую посредственность в знаменитость.