Сакура-ян (Книга 6-2) - Андрей Геннадьевич Кощиенко
На корейский манер, со всей вежливостью, благодарю Акиро за то, что он заботится обо мне, и низко кланяюсь. Обещаю, что последую всем его мудрым советам.
Выпрямившись, вижу, что японец весьма доволен и не скрывает этого. Угодил «самураю»! Выказал уважение и продемонстрировал подчинённое положение. Не, он точно сингоку дзидай, если не по рождению, то внутри души! Может, при случае, получится использовать знание его натуры? В момент какого–нибудь очередного локального апокалипсиса (который неизбежно произойдёт), поименовать японца «правителем», он и утихнет…
(сингоку дзидай — правитель по роду(праву) рождения, яп. прим. автора)
(в это время)
«У неё не звёздная болезнь! — с облегчением думает Акиро, глядя на голубоглазую собеседницу, уважительно улыбающуюся ему с противоположной стороны стола. — Она не глупа и понимает, как следует вести разговор с человеком, от которого зависишь. Я был совершенно прав — она не получила необходимого уровня образования из–за бедности своей семьи и ей не хватает знаний. Но она компенсирует их отсутствие наблюдательностью и силой ума. Её поведение не отточено светскими правилами, но именно в этом таится очарование. В ней нет наигранной вежливости, которую так часто можно встретить среди тех, кто вырос в достатке. Это необычно, это отсутствует у людей моего круга. Это ценно. И она преподносит неожиданные сюрпризы. Теперь она может менять по желанию себе голос, не испытывая при этом неудобств! Девушка нравится мне всё больше и больше…»
— Хорошо, — кивает он ЮнМи и отдаёт приказание: — Господин Масаки сейчас отдаст распоряжение о том, чтобы подготовили всё к прослушиванию, а пока он это делает, мы с вами, Агдан–сама, обсудим изменения в вашем графике, которые неизбежны, в связи с последними событиями…
«А чё — я? — думаю я, смотря в глаза Такаси. — Я, вообще–то, распеваться должен, а не метаморфозы в расписании править!»
(разговор ЮнМи и Акиро)
— Ты решила? — спрашивает у меня Акиро, дождавшись, пока в кабинете останется только он и я.
— Что, — «решила»? — вежливо переспрашиваю.
— Квартира или дом?
Непонимающе смотрю на собеседника.
— Ты утром прочитала моё сообщение? — спрашивает тот.
— Некогда было, — отвечаю я и, неожиданно почувствовав себя неуверенно, зачем–то начинаю неубедительно отбрёхиваться: — Проспала, нужно было быстрее собираться…
— Обиделась за вчерашнее, — понимающе кивает Акиро.
Молчу, не считая необходимым объясняться. Собеседник чуть слышно вздыхает.
— ЮнМи, — набрав в лёгкие воздуха, проникновенно произносит он. — Сегодня утром, в своём послании, я сообщил, что делаю тебе подарок на помолвку…
Нафиг она мне сплющилась твоя «помолвка»!… Хм, подарок?
— … И просил, чтобы ты выбрала недвижимость, какую ты хочешь…
«Недвижимость»?
Чувствуя, что окончательно проснулся, заинтересованно внимаю, ожидая продолжения.
— На мой взгляд, девушке твоего возраста больше подойдёт квартира, но это исключительно на твоё усмотрение. Скажи мне, что тебе больше нравится, и я тебе это куплю. Конечно, в престижном районе. Бюджет — один миллиард йен…
«Один миллиард»? Риали? Если конвертировать — это же около семи миллионов долларов⁈ Серьёзно?
С подозрением смотрю на Акиро, внезапно ставшего Крезом, ожидая подвох. Чёт дофига он на подарок «вывалил»…
— ЮнМи, — с лёгкой усталостью в голосе произносит Акиро, видимо, как–то интерпретировав выражение моего лица, — ты становишься частью самой известной семьи в Ниппон, поэтому, быстрее адаптируйся и привыкай к новому уровню жизни. У тебя не может быть дешёвых подарков, дешёвых машин, одежды, украшений и жилья. Ты поднимаешься на самый верх общества и должна ему соответствовать. Поэтому меня вчера так разозлила глупая шутка с переодеванием. Твоё непонимание своего нового статуса было разочаровывающим…
— Нормальная шутка, — отвечаю я, слегка обидевшись. — Я уже так делала. В порядке всё было…
Акиро накрывает своей ладонью мою руку, лежащую на столе.
— ЮнМи, — вновь проникновенным голосом произносит он, наклоняясь вперёд и глядя прямо мне в глаза. — Парень, с которым ты была в тот момент, относился к тебе безразлично. Его не беспокоило твоё будущее, он решал свои проблемы и поэтому позволял делать тебе всё, что угодно, если это было ему полезно. В отличии от него, меня как раз наоборот интересует твоя дальнейшая жизнь. Поэтому, я буду строг и неумолим в отношении тебя, поскольку хочу, чтобы твоё будущее было солнечным и безоблачным. От сегодняшнего дня и до самой твоей смерти. Понимаешь меня?
Ничего не говоря в ответ, озадаченно моргаю, неожиданно ощущая участившееся биение сердца и некоторую стеснённость в дыхании.
— Прошу, забывай всё, что ты творила в Хангук и перестраивайся, начинай новую жизнь.
Акиро ещё ближе наклоняется ко мне.
— Уверен, ты сможешь, — тихим голосом произносит он. — Для такой талантливой девушки как ты, это будет не сложно. Тебе нужно только захотеть.
Смотрю почти вплотную в глаза японцу, чувствуя, как мне становится душно.
— Пожалуйста, пожелай, — просит «говорун» и, придвинувшись ещё ближе, быстро прикасается губами к моей щеке.
— Так, всё! — восклицаю я, поняв, что «потомок древнего рода» перешёл к «неодобряемым действиям». — Мы так не договаривались!
Отбираю свою захваченную руку и отодвигаюсь от стола.
— Я помню, как и о чём мы договаривались, — ничуть не смутившись, сообщает Акиро. — Главным условием было, что ты вначале слушаешь меня, прежде чем принимаешь решение. Однако прошедшее время показывает, что мои слова ты пропускаешь мимо ушей и поступаешь так, как сама считаешь нужным. Почему я должен соблюдать условия договора, если ты его нарушаешь?
Ну, в принципе, где–то он может быть и прав…
— Не всё получается сразу так, как хочется, — оправдываясь, объясняю я. — Мне нужно больше времени, чтобы перестроиться.
— Сколько тебе ещё его нужно?
— Откуда я знаю?
— ЮнМи, до помолвки осталось мало времени, — с лёгкой трагедией в голосе предупреждает Акиро.
— У меня есть сомнения в её необходимости. — бурчу я.
— Почему?
— Мне не нравится, когда мною командуют.
— Удивительно, мне тоже не нравится, когда подобное делали со мной. У нас с тобою много общего. Наверное, тебе тоже