30+ - Виталий Штольман
– С днем рождения! – скандировала толпа.
Стемнело. Ребятишки много пили, шугали белок в лесу своими воплями и прыгали через костер.
– Мы домой! Я снова в говно! – изрек Тосканец, которого героически держала на себе его пассия.
– Да, хорош тебе! Давай еще посидим!
– Да не, Микола, больше не могу!
– Тогда Германа забери, а то ему дома уже надо быть.
– Я никуда не пойду! – противился представитель голубых кровей.
– Пошли, Граф! А то брелок твой на ноге тебя сдаст.
– Точно! Черт бы его побрал! Разрази меня семеро!!!
Народ начал расходиться. В итоге у костра остались самые стойкие Автоном, Кот и Микола. Жена последнего не уловила нотки желания продолжения празднества мужа и со скандалом удалилась.
– Че куда дальше, Микола?
– А, давай-ка наберем Монстру с острова, там в «Олимпе» у них какая-то выставка современного искусства часов до двух.
– Это чего за выставка такая, что до ночи!
– Такая вот выставка! – заржал Кот, – пошли только на «Дом-2» (так он называл родительский дом) занесем текилу, жалко ж пропадать добру, а оттуда такси вызовем.
– Да, там идти-то минут пятнадцать.
– По соседнему району в ночи шляться?
– Ссышь что ль?
– Да не, погнали.
Через полчаса стойкая троица заходила в лифт, чтобы отправиться на вершину торгово-развлекательного центра «Олимп» ради просвещения.
– Стойте-стойте! Подержите лифт!
– Герман, ты че тут забыл? Ты ж домой ушел! – заржал Микола.
– Не дошел, епт! А-а-а-а-а! Пошли просвещаться!
– А как же меч всевластия, что висит над шеей Графа?
– Автоном, ты чего правильного врубил? Погнали, пока не догнали!
Монстр с острова, очарованный кислотными мотивами вселенной и темной силой ситхов организовал музыкальный лейбл, который издавал электронную музыку настолько дерзкую и новаторскую, что тряслись все фибры космоса, а у людей отсекало башку. У многих, правда, ее и так не было. Волтожка была лютая. Под лозунгом нового искусства в «Олимпе» был собран весь белосветский андеграунд. Днем тут поэты и писатели читали свое, художники оформили зал, а когда сумрак окутал землю, на сцену вышли они – воины темной галактики, несущие звуки империи Дарта Сидиуса.
Автоном, Герман, Микола и Кот попали в самый разгар вечера. Текилу сменил «Ягуар», купленный на остановке у «Олимпа» и протащенный через верноподданных Монстра с острова, ибо в баре продавали лишь безалкогольные напитки, но кто ж ходит на такие мероприятия трезвым… Искусство должно раскрываться, словно приятный запах, а ускоряет сие возлияние жидкостей горячительных… «Ягуар» был холодненьким, что остудил пыл наших героев, однако ж лошадиная доза кофеина и таурина, что легла на текилу сверху разогнала все мотивы сна. «Дабуха» и «джангл» заходила прямо в мозг.
– А-а-а-а! Монстр! – заорал Герман.
Подрулил Монстр с острова. У него в глазах были только зрачки, ибо радужки скрыты линзами. Такой вот пассаж у ситхов…
– Welcome to the dark side! Че кого, пацаны? А где Тосканец? У него ж праздник!
– Умер он! Нет его больше с нами! – заржал Микола.
– В смысле?
– Перепорол, че.
– А-а-а-а!
– Чего у тебя с глазами, Монстр? – заорал Герман и дьявольски рассмеялся, – у тебя эти вытекли, цветные шары из глаз.
– Роговицы, дебил! – заржал Микола.
– Я тебя переписываю! – Граф достал мобилу и начал искать номер товарища, чтобы прилепить ему новое погоняло, – Все, теперь ты – медик. Набери мне! Хочу посмотреть, как это выглядит!
– Да иди ты!
– Ну набери!
– Ладно, сейчас.
– Смотри! – Герман щерился во все зубы, показывая, как записан Микола у него в телефоне, – Надо еще фотку поставить какого-нибудь доктора… Доктора Айболита!
– Да пошел ты!
– Ну-ка еще раз набери!
– Все, отвали!
– А кто еще с вами? – не выдержал Монстр.
– Где они?
– Кто?
– Автоном с Котом!
– Вон они! – заорал Герман. – В картинки залипают. Пацаны, я к вам.
– Микола, иди посмотри тоже! Это великая вещь с темной стороны силы!
– Что за мазня?
– Посмертная выставка Хлопендия!
– Какого еще Хлопендия?
– Истинного ситха… Художник такой Хлопендий… Был… Выпилился… Про клуб «Двадцать семь» слышал?
– Курт Кобейн и еще кто-то?
– Да-да. Вот Хлопендий решил вступить… По ходу… Там история мутная… Что-то с женщиной связано… В общем, он решил уксуса хлебнуть…
– Грешно это как-то!
– Не говори-ка… Ладно погнал я, надо играть.
–