Босс из головного офиса - Саша Малевич

— Сомневаюсь, что прямо хотели. Все-таки он не из бизнеса, недостаточно опытен и слишком молод.

Я аккуратно положила ноющую руку на прохладный стол.

— Звучит как оскорбление, — проворчала. В отличие от Чарльза, я к шуткам на тему возраста относилась с недовольством. Причем, как к намекам на мой слишком юный возраст, либо на слишком старый, так и на наличие его как такового.

— Вроде умная девочка, а сейчас такая глупая, — цокнул языком мужчина. — В вашем возрасте три года разницы — настоящая пропасть.

Я вспомнила Риверса, старше которого на десять.

Мы сделали с Чарльзом парочку вежливых расшаркиваний, признаний во взаимной радости от разговора и обещаний обязательно выпить виски, когда я приеду в командировку в город.

Филлипс, значит, метил на мое место. Я побарабанила пальцами здоровой руки по столу. Звук получился звонким, резким, дробным. Как мысли, скачущие по черепной коробке отдельными словами, никак не собирающимися в полноценные предложения.

Наверное, поэтому он так ко мне насторожен.

Во что это может вылиться?

Уволится? Вряд ли.

Будет отказываться подчиняться? Не замечен.

Заткнет свое эго и амбиции? Не выглядит таким человеком.

Кого, если что, можно поставить на его место?

Надо почитать личные дела. Обучить человека. Проверить резюме по рынку.

Подстраховаться.

Последние робкие мысли про «больше не подчиненный» я даже не стала додумывать, а вскоре вообще сделала вид, что их не было.

Мимо пронеслась Ширли. Я вжалась в стену коридора на первом этаже, чтобы не оказаться затоптанной, и лишь успела посмотреть ей вслед. На девушке была тонкая на вид укороченная белая куртка, темно-синие джинсы скинни и низкие серые ботинки. Я искренне пожелала девушке не отморозить задницу в наши минус пятнадцать на горе и направилась в сторону зоны празднования. По сути мне не было смысла находиться здесь сегодня. За праздничные мероприятия отвечал Уилсон со своей командой. Мои все знали, что делать — просто работать в штатном режиме. Инструкторам обучать тех, кто запишется на занятия. Спасателям, надеюсь, не спасать, а быть украшением курорта. Лавинщикам и оснежителям вообще сегодня никакой работы. Снега, с одной стороны, много — пухлого, объемного. Но не настолько, чтобы собираться опасными шапкам, представляя угрозу. Ратракисты с утра трассы подготовили, теперь только перед вечерними катаниями выйдут. Ну, а у канатчиков вообще все просто и сложно одновременно. Стоят, контролируют посадку гостей, следят за подъемниками. Гости, правда, постоянно стремятся самоубиться на канатке, но все уже обучены не допустить этого. И все же было бы неправильно не прийти на открытие сезона, поэтому я просто наблюдала за ситуацией изнутри.

До двенадцати, когда турникеты внизу заработают и начнут пускать гостей на подъем, оставалось еще полчаса. Я прошла мимо кабинок кассиров. Махнула рукой старшей на смене — Глории. Увернулась от размахивающего сноубордическими ботинками Леона:

— Блять, да как они порвались-то?!

В обратную сторону пронеслась Ширли, бормоча невнятное «горло у него заболело, а где я нового найду». Возможно, и не замерзнет, с такими-то фитнес-нагрузками.

Перед носом распахнулась дверь в комнату инструкторов, обдав потоком воздуха. На меня, вытаращив глаза, вывалился молоденький парнишка в пестрой куртке. А вслед ему гаркнуло голосом Риверса:

— И без лыж не возвращайся!

Парнишка убежал в сторону проката. Я подождала, пока дверь захлопнется, и ускорила шаг, стремясь покинуть здание.

Перед центральным входом располагалась небольшая площадка, на которой обычно собиралась очередь к канаткам, ведущим вверх на склон и вниз на плато. Если повернуть направо, то выйдешь к трассе для обучающихся. Тот самый лягушатник. Налево — к зеленой, на которую выходили мои окна. А за самим зданием раскинулась большая площадь, заканчивающаяся обрывом горы, на которой проходили праздничные мероприятия, а в остальное время народ просто тусовался, фоткался, а инструктора учили гостей вставать на борд или лыжи.

Сейчас на этой площади стояла огромная сцена, украшенная шарами в фирменных фиолетово-голубых цветах курорта. Перед ней валялось штук двадцать кресел-мешков. Стояли стойки партнеров-рекламодателей с локальными конкурсами в стиле «закинь пять мячиков в корзину и получи десятипроцентную скидку на подписку на наш новый стриминг». По краю площади разместились несколько вагончиков с полевой кухней — оттуда уже тянуло сладко-пряными запахами готовящейся еды. Рот наполнился слюной — завтракала я в полвосьмого, то есть целых четыре часа назад.

Мимо пробежала Ширли, не переставая рычать в рацию «в смысле — вы не можете найти лотерейный барабан». Кстати, Аарона я что-то не видела. Возможно, как руководитель сидит в теплом кабинете и оттуда управляет процессом, а менеджер тут бегает и координирует все. Или он внизу, на плато, где сейчас промоутеры развлекали гостей, создавая ощущение праздника и веселья.

В атмосфере суеты и всеобщей занятости я чувствовала себя настоящей обманщицей — заняться мне было решительно нечем. Поэтому бросила взгляд в сторону вагончика с горячими крендельками, развернулась на пятках и быстрым шагом добралась до своего кабинета, где заперлась на замок, достала из сумки контейнер с салатом и залипла в «Доктор Хаус». Не уверена, что мне понравится седьмой сезон — шестой был уже даже не слабым, а плохим, но лучше это, чем взвинченная Ширли.

В девять вечера я все же выползла из своего кабинета на втором этаже, куда не было доступа гостям. Но даже здесь слышались гул голосов, бряцание снаряжения и писки детей. Я бросила взгляд на панорамные окна. Склон горы был усеян разноцветными людьми, будто собака блохами на рейве. На нашем этаже свет не горел, но внизу наоборот, так что лестничный пролет выглядел как оранжевый магический переход в другой мир. Дополнительно включив фонарик на телефоне, я спустилась вниз и, аккуратно лавируя между людьми, добралась до инструкторской. Ввалилась в нее будто мешок с рисом и была поймана в объятия Нэйтана:

— Селена, ты как раз к самому началу! Мы только собираемся.

Помещение инструкторов небольшое, но все же просторнее, чем дежурка спасателей. По стене справа от входа и через угол от нее тянулись металлические шкафчики для формы и одежды. К ним сейчас вплотную прижали лавки, на которые инструкторы садились, пока переодевались. Прямо напротив входа стоял компактный