Зависимость от чудовища - Стейси Кроу
Их было двое. Мой папаша и его дружок Билли. Вдвоём они избивали мою мать.
— У нас с ним есть что-то вроде общего бизнеса, — продолжал отец, не замечая, что творится у меня внутри. — Мы давно не виделись. И завтра он назначил встречу. Я хочу, чтобы ты пошёл со мной, сынок. Пора вникать в семейное дело.
Семейное дело.
Я смотрел на него и думал о том, что знаю всё. Каждую его грязную сделку, подпольный бизнес, и трупы, которые он закопал. Хван достал мне все папки, все улики, все доказательства. Я знал, на что иду. Знал, что однажды этот день настанет.
И надо же — завтра. Самая удобная встреча в моей жизни.
— Как скажешь, отец, — ответил я, стараясь, чтобы голос звучал ровно. — Встреча так встреча.
Он довольно кивнул, поднимаясь с дивана.
— А теперь извини, мне надо отдохнуть. Ты останешься или уедешь?
— Да, ты прав, я, наверное, ещё съезжу по делам...
Я кивнул, провожая его взглядом. Знаю я его дела. Шлюх поедет снимать. Но мне было плевать. Жалко только Кору. Она нормальная. Глупая, но нормальная. Не заслужила такого мужа.
Дверь за ним закрылась. Я остался один.
Допив виски, я подошёл к окну. За стеклом горел ночной город. Где-то там, в этом городе, жила моя Сия. Сладкий Светлячок с запахом карамелек.
Завтра я встречусь с Билли Скарвардом. И если этот ублюдок думает, что я буду на стороне отца, то он глубоко, сука, ошибается.
Я достал телефон. Набрал сообщение.
«Сладких снов, Светлячок. Завтра будет долгий день. Но я всё равно думаю о тебе».
Глава 39
Кастил Блэк
Рассвет раскрасил небо над городом в грязно-серые тона.
Я стоял у окна своего пентхауса, сжимая в пальцах бокал с виски, которого даже не пригубил. Внизу просыпался Принстон — чистый, благополучный, ничего не подозревающий. Город, который считал моего отца респектабельным бизнесменом, а меня его избалованным наследником.
Если бы они только знали.
Ровно в семь тридцать экран телефона рассек тишину виброзвонком.
— Кастил, — голос Хвана звучал ровно, как всегда, но я научился различать оттенки. Сегодня в нём было удовлетворение. — Всё готово с нашей стороны. Федералы на взводе с шести утра. Им не терпится войти.
— Документы?
— Все до единого. Торговые схемы, счета в офшорах, переписка, фотографии грузов. Я лично проверял три раза. Твой папаша так глубоко зарылся, что сам забыл, где у него руки, а где ноги. Билли Скарвард, конечно, аккуратнее, но через него шли основные поставки. Товар шёл из Юго-Восточной Азии, транзитом через Европу, а финальная точка здесь. В нашем благополучном городе.
Я закрыл глаза.
Торговля людьми.
Не оружие, не наркотики. Живой товар. Мужчины, женщины, дети. Те, кого привозили обещанием лучшей жизни, а запирали в подвалах, насиловали, продавали, убивали. Моя мать была одной из них? Нет. Но её могли сделать такой. Если бы не встретила вовремя моего отца. Если бы не полюбила монстра, который потом её и сломал.
Я знал это уже год. Хван нашёл доказательства, когда копал на отца по моей просьбе. Я думал, что готов. Думал, что ничто не сможет меня удивить.
Я ошибался.
Когда я увидел фотографии тех контейнеров — грязных, ржавых, с людьми внутри, как с мясом, — меня вырвало прямо в раковину. Потом я три дня не мог есть. Потом перестал спать. А потом во мне что-то умерло окончательно, и осталась только жажда мести.
Мой отец знал. Знал и получал свой процент.
— Билли на месте? — Спросил я.
— В отеле с семи. Приехал за час до встречи, нервничает. Твой отец только подъезжает. Я слежу по камерам.
— Охрана?
— Двое у входа в ресторан, ещё двое внизу, в холле. Серьёзные ребята, бывшие военные. Но федералов это не остановит.
— А меня?
Хван усмехнулся.
— Тебя тем более. Удачи, босс. Хотя, как я уже говорил, ты всегда был везучим ублюдком.
Я отключился.
Подошёл к гардеробной. Открыл дверцу.
Тёмно-синий костюм, сшитый на заказ. Белая рубашка из египетского хлопка. Без галстука, нафиг эту удавку.
Я смотрел на своё отражение и видел того, кем всегда должен был стать. Того, кто пришёл забирать долги.
В зеркале мелькнула тень. Моя мать, какой я помнил её до того, как они её сломали. Она улыбнулась. И исчезла.
— Сегодня, мама, — сказал я вслух. — Сегодня.
Отель «Ритц-Карлтон» встретил меня запахом дорогого парфюма и тишиной.
Обычно здесь всегда было людно, бизнесмены, туристы, содержанки при деньгах. Сегодня холл пустовал. Только охрана, двое у лифтов, двое у входа в ресторан на четвёртом этаже. И ни одного лишнего взгляда.
Я подошёл к лифту. Охранники узнали меня, один коротко кивнул. Я вошёл. Двери закрылись.
Четвёртый этаж.
Ресторан был закрыт на спецобслуживание. Вывеска на двери гласила: «Частное мероприятие. Вход только по приглашениям». У входа стояли двое — те самые бывшие военные, о которых говорил Хван. Здоровые, коротко стриженные, с глазами, которые не пропускают ничего.
— Мистер Блэк-младший, — один из них посторонился, открывая дверь. — Вас ждут.
Я вошёл.
Ресторан был великолепен. Высокие потолки с лепниной, хрустальные люстры, тяжёлые бархатные портьеры на окнах. Столики накрыты белоснежными скатертями, в вазах живые розы. Для постороннего глаза, просто дорогой ресторан, где богатые люди обсуждают богатые дела.
Только столик был один.
В самом центре зала, под люстрой, стоял он. Круглый, на шесть персон, но занято только два места. У окна, спиной ко входу, сидел мой отец. Напротив него, лицом ко