Зависимость от чудовища - Стейси Кроу

— Ты хочешь меня трахнуть? — выпалила я. Голос сорвался на хрип. — Так давай, сделай уже это. И мы покончим с этой дурацкой игрой.

Он рассмеялся.

Тот самый бархатный, низкий смех, от которого по коже бежали мурашки. Он вибрировал где-то в его груди, передавался мне, и от этого смеха внутри всё сжималось.

— Трахнуть тебя? — переспросил он, смакуя слова. — Это, блять, как заманчиво.

Пауза. Такая долгая, что я перестала дышать.

— Но нет, Светлячок, — продолжил он. — Я помог тебе. И всего лишь хочу побыть с тобой рядом.

Я открыла рот, чтобы ответить, но не успела.

Одно движение — и он уже сидел на мне сверху. Навалился всей своей тяжестью, прижал мои запястья к кровати по обе стороны от головы. Я даже дёрнуться не могла. Только смотрела снизу вверх на эту маску, на эти пустые глазницы, за которыми угадывались его глаза.

Господи. Какой же он огромный. Вблизи, нависая, он казался просто нереальным. Гора мышц, тёмный силуэт, закрывающий собой весь свет.

— Ты болен! — выкрикнула я, дёргая руками. Бесполезно.

— Мы же уже это проходили, помнишь? — его голос звучал почти ласково. — И мы выяснили, что имя моей болезни — Сия.

Он наклонился ниже. Так близко, что я чувствовала его дыхание даже сквозь маску.

— А сейчас, — продолжил он, и в голосе появилась та самая нотка, от которой у меня подкашивались колени, даже когда я висела на его руках, — помнишь наше первое свидание? Когда я довёл тебя? Помнишь?

Я замерла. Помнила ли я? Конечно, помнила. Тот вечер в его доме, когда он завязал мне глаза, привязал руки и... я помнила каждое мгновение. Каждое прикосновение его языка. Каждый стон, который он из меня вырвал.

— Мне кажется, настала пора получить и мне награду, — закончил он.

— О чём ты? — прошептала я.

Я правда не понимала. В голове было пусто. Страх, злость, усталость — всё смешалось в один клубок.

Но тело... тело предавало. Я чувствовала, как мышцы расслабляются под ним. Как отпускает напряжение. Как странное, опасное тепло разливается внизу живота.

Он отпустил мои запястья.

И я сразу начала колотить его кулаками. По груди, по животу, по этим стальным мышцам, которым мои удары были что слону дробина.

— Отпусти меня! — заорала я. — Ты чудовище! И врун!

Он даже не пытался защищаться. Просто сидел и смотрел, как я молочу его, пока не выдохлась. А потом, в тишине, раздался звук, от которого у меня внутри всё оборвалось.

Ширинка.

Он расстёгивал ширинку.

— Нет, — выдохнула я. — Нет, пожалуйста...

Он не слушал. Резко пододвинулся ближе — так, что его бёдра оказались у моей головы. Он больше не сидел на мне, а нависал, опираясь на руки по обе стороны от моего лица.

На одно безумное мгновение я увидела возможность. Проскользнуть между его ног, вырваться, добежать до двери...

Он понял раньше, чем я пошевелилась. Бёдра сжались мгновенно, стальным капканом, отрезая путь к спасению.

А потом я увидела это.

Его член.

Огромный. Нереальных размеров. Он возник прямо перед моим лицом, и я смотрела на него, не в силах отвести взгляд. Тёмный, тяжёлый, пульсирующий. Он был больше моего лица. Больше всего, что я могла себе представить.

— Охренеть, — выдохнула я, не думая.

Он усмехнулся сверху.

— Нравится, Светлячок?

Я перевела взгляд на маску. На эти пустые глазницы, за которыми горели его глаза.

— Ты с ума сошёл, — прошептала я. — Я никогда... я не умею...

— Научишься, — отрезал он. И добавил жёстче: — Открой рот.

Я замерла. Внутри боролись страх и что-то ещё. Что-то тёмное, постыдное, чего я не могла назвать. Меня трясло. Я ненавидела его. Ненавидела себя за то, что не могу пошевелиться. Ненавидела своё тело, которое предательски откликалось на его близость.

— Открой, — повторил он. — Или я передумаю и возьму то, что хочу, по-другому.

Угроза. Но в ней было обещание. Той самой ночи, когда он ласкал меня, а я стонала. Я вспомнила это — и низ живота обожгло жаром.

Медленно, сама не веря в то, что делаю, я приоткрыла губы.

— Умница, — выдохнул он.

И подался бёдрами вперёд.

Головка коснулась моих губ. Тёплая, мягкая на ощупь, но такая огромная, что у меня перехватило дыхание. Пахло им — кожей, металлом, возбуждением.

— Бери, — скомандовал он. — Всё.

Я закрыла глаза. И сделала это.

Вкус был странным — солоноватым, чуть горьковатым, но не противным. Гораздо тяжелее было с размером. Он заполнял мой рот, упирался в нёбо, в горло. Я пыталась дышать носом, но воздуха не хватало. Слюна потекла по подбородку.

— О да, — простонал он сверху. — Какая же ты... Идеальная.

Его рука легла мне на затылок. Не толкая, не заставляя — просто направляя. Я двигалась инстинктивно, не зная, что делаю, но чувствуя, как его тело отзывается на каждое моё движение.

Противоречия разрывали меня изнутри.

Я ненавидела его. За то, что он со мной сделал. За то, что влез в мою жизнь. За эту маску, за эту власть, за этот член у меня во рту.

Но тело... тело хотело. Оно таяло от его стонов, от того, как его пальцы сжимали мои волосы, от того, как он выдыхал моё имя сквозь маску. Между ног пульсировало, ныло, требовало.

Я ненавидела себя за это. Но продолжала.

— Глубже, — прошептал он. — Возьми глубже, Светлячок. Ты справишься.

Я попыталась. Расслабила горло, как читала где-то в глупых статьях, которые мы со