Бесприданница. Искра Князя - Марина Эльденберт

— Хорошо, — произнес, наконец, он, так и не потрудившись объяснить, что за иномирные штучки имел в виду.

— Замечательно, — подытожила я. — Я так понимаю, во дворце уже все знают, что я одраконилась?

Он прищурился:

— Да, это очень сложно скрыть. В некоторых местах потребуется ремонт.

Я снова прыснула.

— Ну прости. Я была настолько ошарашена… Она была настолько ошарашена…

— Это неважно, — перебил он.

— Что я была ошарашена?

— Я про ремонт, — Риаран посмотрел на меня как-то уж чересчур пристально. И глубоко. — Я искренне сожалею о том, что меня не было рядом. Я бы хотел увидеть твой первый оборот. И твою драконицу.

Еще недавно я была уверена, что он непробиваемый.

От слова совсем.

Но сейчас он действительно говорил со мной иначе . Из чего я сделала вывод, что князю правда не все равно. Не все равно, что со мной будет, даже когда я рожу ему ребенка.

Опасная мысль.

И про то, что рожу.

И про то, что ему не все равно.

Причем сейчас я не представляла, какая из них опаснее. Поэтому быстро свернула разговор на практичные вопросы.

— Для выхода в люди, то есть на верхних уровнях дворца, мне потребуется одежда, — сказала я.

— Она у тебя будет, Анна.

— Ну… хорошо. Тогда, наверное, мне нужна именно она, чтобы…

Вместо ответа князь подхватил завернутую в халат меня и понес наверх. А я с ужасом осознала, что, после оборота, в его руках я чувствую себя на удивление… легко. Как будто так и должно быть.

Меня очень быстро поселили во дворце.

Риаран хотел, чтобы я жила под землей, приводил аргументы насчет моей драконицы. Родная стихия, и все такое. Но я оставалась непреклонна: мне необходим солнечный свет и голубое небо. Поэтому мы сошлись на компромиссе — близость к земле у меня будет, но живу я на поверхности.

Планировкой моих покоев занимался сам Д’Амир, с помощью магии земных первый зодчий создал их за пару дней. Когда мне показали готовый вариант, я ходила по комнатам с раскрытым ртом.

Комнатам, да. Спальня Антонии показалась каморкой для хранения швабр по сравнению с моим новым жилищем.

Во-первых, зодчие учли пожелания князя и потребности моей драконицы: мои покои были двухуровневыми. Один этаж находился под землей для того, чтобы я могла восстанавливаться после оборотов. Земля действительно лечила земных драконов, и это была не шутка. На этом же уровне был огромный грот, способный вместить парочку драконов, на случай если мне или князю захочется обернуться и уйти в недра. Я обозвала его гаражом.

Во-вторых, у меня теперь был личный сад. Небольшой по меркам дворца, но с фонтанами и яркими цветами, которые пахли настолько умопомрачительно, словно забыли, что сейчас, в общем-то, зима. Как мне потом объяснил Д’Амир, они действительно будут цвести круглый год из-за теплой почвы, подогреваемой горячим источником. Защитный магический купол защищал мой садик от непогоды, поэтому у меня словно была собственная оранжерея.

Помимо сада, впечатлившего меня больше всех, у меня была огромная спальня в молочным тонах с гигантской (очевидно, с расчетом на князя) кроватью, мягким пушистым ковром, туалетным столиком и креслом, целый кабинет с книжными стеллажами (пока еще пустыми, чтобы я могла сама их заполнить), гостиная с мягкими диванчиками для приема гостей и спа. Назвать ванной эти купальни у меня язык не поворачивался. У меня теперь был водопад, который можно было использовать как душ.

— Это вау! — сказала я Д’Амиру после проведенной экскурсии по моим покоям.

— Это что значит? — поинтересовался князь, идущий за нами.

А вот первый зодчий все понял. Он растянул губы в улыбке и незаметно мне подмигнул.

— Мне понравилось. Очень. Спасибо!

— Вау, — повторил Риаран, словно вносил новое слово в базу данных обо мне.

Князь за пару дней существенно не изменился. Мы успели с ним не сойтись по многим вопросам… Проще было назвать то, в чем мы сошлись! Но я видела, что он старается. У него там патриархат головного мозга скрипел от натуги, но за эти пару дней я также поняла, что Риаран не такой уже самодур, как я считала. Просто привычки и менталитет зачастую загоняют нас в ловушку. Вот и он загнался. Когда же князь захотел все поменять и поменяться, начал скрипеть, но делать.

Первой моей победой стали эти покои, которые уже меньше были похожи на тюрьму или бункер. Доступ в мою комфортабельную «пещеру» был закрыт для всех. Закрытее некуда: у входа все время дежурили стражи. Но, стоило мне захотеть погулять, Риаран бросил все дела и явился меня сопровождать. Я не была дурой, чтобы не понимать, что это все для моей же безопасности. Где-то во дворце или в столице живет враг, которому выгодно от меня избавиться, но я не собиралась дарить ему такую возможность.

Я собиралась переиграть его на его же поле.

А там уже и можно продолжить с перевоспитанием князя.

Риаран обернулся драконом, подхватил меня и отнес на самую высокую башню, выше которой был лишь сам вулкан. Вид отсюда открывался такой, что захватывало дух. От высоты и от самого зрелища города, испещренного улочками, реками с мостиками, усеянного невысокими домами. Даже пасмурная погода ничуть не портила впечатления, сглаживая краски и позволяя все хорошенько рассмотреть. В Герменерре было много снега, но благодаря вулканическим почвам и горячей земле в столице климат был значительно мягче.

Я оглянулась на стоящего за спиной князя, и мои брови взлетели вверх. Потому что вместо привычно белых «слепых» глаз наткнулась на взгляд серых, как небо над моей головой. Риаран с жадностью впитывал окружающую реальность, словно видел впервые. Или давно не видел.

— Что это? — спросила я. — Ты видишь на поверхности?

Он улыбнулся, и впервые с тех пор, как я его узнала, в этой улыбке не было превосходства. Князь явно наслаждался тем, что видел, не меньше моего.

— Благодаря тебе, — пояснил он. — Земные драконы могут видеть мир на поверхности, когда обретают свою Искру.

— Это многое объясняет…

— Что именно?

— То, зачем ты на самом деле хотел меня вернуть во дворец.

Риаран издал совершенно некняжеский звук