Запретная формула, или Как (не)влюбиться в тёмного мага - Дарья Коваль

— Ты даже не выслушала до конца.

— Мне хватило и начала, — сообщила я, сложив руки на груди, чувствуя, как Люми на плече согласно шевельнула крылышками. — Обычно если предложение начинается со слова «сообщница», дальнейшие подробности редко делают его привлекательнее.

— Вот и правильно, — немедленно поддержал Роуэн.

Он до сих пор стоял чуть поодаль и поглядывал на меня так, словно сокол Дамиана помешал ему избавиться не от случайной свидетельницы, а от особенно назойливого насекомого.

— Она нам не нужна, — заявил он уже остальным.

— Спасибо, — сдержанно кивнула я ему. — Рада, что хотя бы в одном вопросе наши мнения совпали.

Роуэн нахмурился ещё сильнее. Видимо, благодарности от меня он не ожидал и теперь пытался определить, не оскорбила ли я его каким-нибудь особенно изощрённым способом.

— Она Кроу! — наконец выпалил он, ткнув пальцем в мою сторону. — Да вы только посмотрите на неё, она же примерная до тошноты!

На этот раз его возмущение прозвучало настолько искренне, что я даже перестала сердиться за попытку напасть на меня. А ещё не смогла не заметить, плохо скрывая прорывающееся наружу ехидство:

— Произносишь это так, будто речь идёт о тяжёлом заболевании.

Кто-то из парней тихо фыркнул. Роуэн резко обернулся на звук, но виновник уже успел принять самое невинное выражение лица.

— Она сдаст нас при первой возможности, — упрямо продолжил Роуэн.

— Я уже несколько раз объяснила, что вообще не собиралась никого сдавать, — вздохнула я. — Более того, пять минут назад моей единственной целью было как можно быстрее отсюда уйти и забыть…

— Хватит, — произнёс Дамиан.

Он даже не повысил голос, и всё же повисшая в библиотеке тишина вдруг стала особенно ощутимой. Меня это почему-то задело. Не столько само повисшее молчание, сколько тот факт, что Дамиану хватило одного слова, чтобы не только я, но и трое тёмных магов беспрекословно подчинились.

— Ты запомнила наш разговор дословно, — произнёс Вальтер. — Умеешь читать старую рунную вязь, знаешь древние языки и ориентируешься в этой библиотеке лучше большинства преподавателей.

Список всех моих озвученных достоинств прозвучал подозрительно.

— И мне совершенно не нравится, к чему ты ведёшь, — предупредила я.

— Вот поэтому ты нам и пригодишься, — отозвался Дамиан.

Роуэн за его спиной страдальчески закатил глаза. Я же окончательно убедилась, что мой сегодняшний день, и без того начавшийся с побега от жениха и дедушки, только что нашёл совершенно новый способ стать хуже.

— Нет.

— Почему?

Я даже растерялась от вопроса.

— Потому что вы предлагаете мне помочь вам нарушить правила Академии и использовать запрещённую формулу на конференции? — ответила вопросом на вопрос.

— Пока я предлагаю помочь её найти, — поправил меня Дамиан.

— Это не делает её менее запрещённой, — ничуть не прониклась я.

— Найти, Кроу. Не применить, — не сдался и он.

— А потом она сама собой исключительно в образовательных целях увеличит ваш контур до размеров целого полигона? — съехидничала.

Кто-то тихо хмыкнул, но Дамиан продолжал смотреть на меня с раздражающим спокойствием, словно мой отказ являлся не окончательным ответом, а первым этапом переговоров.

И это было его ошибкой.

Я не собиралась ни вступать в компанию тёмных магов, ни искать для них запрещённые формулы, ни тем более становиться сообщницей людей, которые несколько минут назад обсуждали, как заставить меня молчать.

Я собиралась уйти.

И пока они спорили, мне наконец вспомнилось, что примерно в трёх шагах от меня находился способ это сделать.

Старое крыло библиотеки перестраивали несколько раз. Один из прежних служебных проходов замуровали больше полувека назад, но магический механизм оставили действующим. Большинство студентов о нём не знало, зато я ещё в детстве видела, как дедушка однажды им воспользовался.

Абсолютная память всё-таки иногда была прекрасным даром.

— Она не согласится, — заявил Роуэн.

— Уже не согласилась, — напомнила я.

— Тогда зачем мы вообще с ней разговариваем?

— Потому что ты не умеешь думать дальше ближайших пяти минут, — отозвался Дамиан.

Пока Роуэн возмущался, я отступила на шаг. Потом ещё на один и нащупала пальцами деревянную панель. Сначала требовалось активировать верхнюю руну. Я провела по резному завитку, нажала на едва заметную выемку, и внутри стены тихо щёлкнуло.

Сокол на стеллаже повернул голову. Наши взгляды встретились.

— Только попробуй, — одними губами предупредила я.

Птица моргнула. И… промолчала.

Хорошая птица!

За моей спиной панель бесшумно отошла на несколько пальцев.

— Кроу нужна нам, — как раз закончил Дамиан.

— Кроу вам ничего не должна, — сообщила я.

Все одновременно повернулись.

— И, пользуясь случаем, ещё раз напоминаю, я ничего не видела и ничего не слышала, — улыбнулась и отступила к открывшемуся проходу.

Панель закрылась прямо перед их вытянувшимися лицами.

Я молодец, я смогла!

В тайном проходе царила почти полная темнота, но дорогу я помнила прекрасно. Узкий коридор шёл вдоль старой стены, затем поворачивал, спускался на несколько ступеней и выводил к бывшему служебному помещению в противоположной части библиотеки. Люми летела рядом, подсвечивая путь мягким золотистым сиянием, а я впервые за последний час почувствовала, что удача наконец решила вспомнить о моём существовании.

— Видишь? — прошептала я, осторожно обходя выступающий камень. — Всё прекрасно. От дедушки ушли, от тёмных магов тоже. Никто меня не убил, не заставил стать сообщницей, а до приезда Кассиана ещё целые сутки.

Люми почему-то не разделяла моего оптимизма.

— За сутки можно придумать что угодно, — подбодрила я и её, и себя заодно.

Добравшись до конца прохода, я нажала скрытую защёлку и выбралась наружу возле старого каталожного зала. Здесь было тихо и совершенно пусто.

А передо мной стоял… дедушка.

Арчибальд Кроу опирался обеими руками на набалдашник трости и строго смотрел на меня поверх очков. Я невольно покосилась на закрывшуюся за моей спиной панель, потом снова посмотрела на дедушку. Сразу стало понятно, что никуда он не бегал, никого не искал и вообще заранее прекрасно знал, где именно следует ждать беглую внучку.

А я…

Я всё-таки попала!

Дедушка молчал ровно столько, чтобы я успела почувствовать себя виноватой, неразумной и лет на десять младше настоящего возраста. У Арчибальда Кроу имелся редкий талант воспитывать одним взглядом, поэтому я тоже молчала, старательно изображая человека, который вовсе не убегал