Огонь в его жилах - Руби Диксон

— Оденься!

— А что, по-твоему, я делаю? — в его голосе столько веселья. — По какой-то причине люди не являются поклонниками обнаженных тел. Почему? Сейчас впервые у меня появился шанс спросить об этом.

Я поджимаю губы. Последние семь лет Лиам притворялся человеком. Думаю, мы первые, кто это понял, так что вполне логично, что я первая, кого он может спросить. Но все же… почему меня?

— Потому что это неприлично.

— Люди такие странные. Как будто, прикрывая свое тело, вы только замедляете свои рефлексы.

Я молчу, прислушиваясь к шороху одежды. Интересно, открылся ли он кому-нибудь еще в Форт-Шривпорте? Но почему-то я знаю, что только мне. Несмотря на то, что его тайна раскрыта, он по большей части держится особняком. Он разговаривает с Бенни, и он разговаривает со мной, и иногда с Эми и Растом.

Или он пытается заговорить со мной, но я в основном избегаю его, если только не возникает необходимость, потому что люди болтают и сплетничают. А если я что-то ненавижу, так это разговоры людей в форте. От одной мысли о слухах меня бросает в холодный пот. Как бы сильно мне ни нравился Лиам, он не стоит слухов.

Это отрезвляющее напоминание. Я закрываю за собой дверь и выхожу из его комнаты. Я иду по коридору, полная решимости вернуться к своим поискам Бенни и забыть о Лиаме и его великолепном теле.

Дверь открывается, и я поспешно ухожу.

— Андреа, подожди, — зовет Лиам у меня за спиной. — Я оделся.

Все мое тело напрягается, и я быстро оглядываю зал. Вокруг больше никого нет. Слава богу. Я поворачиваюсь к нему, прижав кулаки к бокам.

— Ты можешь говорить потише? Тебя могут услышать!

Сейчас на нем спортивные штаны, но это все. Он хмурит брови.

— А что в этом плохого? Я просто сказал, что уже одет.

— Люди подумают, что мы с тобой, — я яростно обвожу рукой пространство между нами, — что-то делаем.

— И… это плохо? — от его ленивой, кокетливой улыбки у меня сводит внутренности.

Но я помню Форт-Талсу и свою репутацию там.

— Да, — решительно отвечаю я. — Ты не представляешь, насколько это может быть плохо. — И я поворачиваюсь и снова ухожу.

На этот раз он не следует за мной, и я рада. Разочарована, но рада. Так проще. Я упорно трудилась, чтобы закрепиться в группе, стать кем-то новым, сильным и уважаемым в Форт-Шривпорте. Как бы меня ни привлекал Лиам, мне нужен Форт-Шривпорт.

Это место — единственный дом, который у меня остался.

Глава 2

ЭНДИ

Я прочесываю все места, которые уже проверила, на случай, если Бенни появился, пока я была в комнате Лиама. Младшего брата все еще нет. Мое раздражение начинает уступать место страху. Где он, черт возьми?

Хотя маловероятно, что он там будет, я направляюсь в спортивный зал. Я улыбаюсь Дженни, которая выходит, когда я вхожу, и стараюсь не слишком пристально изучать ее лицо. Она как-то странно смотрит на меня? Нет ли ухмылки в ее приветствии? Но нет. Все выглядит нормально, значит, никто, должно быть, не видел, как Лиам гонялся за мной полуголым. Я бормочу приветствие, когда мы проходим мимо, а затем нажимаю на металлическую перекладину, чтобы открыть двери спортзала. Вход в спортзал — это как в теплицу. Здесь сыро и затхло, воздух душный. В помещении темно, окна плотно закрыты ставнями, чтобы не допустить попадания драконьего огня, который начнется позже этим утром. Есть пара драконов, которым особенно нравится обстреливать Форт-Шривпорт, и все они, похоже, нападают по утрам, что хорошо. Когда с ними будет покончено, мы сможем вынести растения обратно на солнце, чтобы они могли впитать солнечные лучи. Я вдыхаю резкий, зеленоватый аромат помидоров и смотрю на ряды клеток и растений в горшках. В Форт-Шривпорте легче всего выращивать огурцы, цуккини и помидоры, а также тыкву. Виноградные лозы легко натягиваются на высокие металлические клетки, и любые фрукты аккуратно укладываются на них. Я люблю раннее лето и арбузы, но сейчас конец лета, и меня уже тошнит от огурцов и помидоров. Но еда есть еда, и я не могу быть привередливой.

— Бенни? — зову я.

Никто не ответил.

— Бенджамин Аллен Фостер, — рявкаю я и слышу, как мой голос эхом отдается в пустом спортзале. — Меня тошнит от этих игр. Я знаю, что ты взял мои носки. Подойди и признайся.

Ответа по-прежнему нет. Я прохожу между рядами растений, стараясь не задеть плоды, свисающие с лиан.

— Просто подойди и поговори со мной. Я не злюсь. — Это чудовищная ложь. Я в ярости, но он не признается, если узнает, что я злюсь. Бенни не дурак. На самом деле, он слишком умен, эта маленькая крыса. У него хорошо получается ускользать и прятаться, когда он думает, что попал в беду. В последнее время он стал чаще скрываться, и это вызывает беспокойство. Я очень старалась быть родителем для Бенни, и чем больше я старалась, тем ужаснее он становился с каждым годом.

Если бы я его не любила, я бы его возненавидела, но я никогда никому об этом не говорила. Мы с Бенни — команда. Мы приемные брат и сестра, и когда мама умерла через год после того, как произошел Разлом, я взяла на себя родительские обязанности. Если он плохой ребенок, то это моя вина.

— Бенни, пожалуйста, — говорю я тише. — Я беспокоюсь о тебе. Если ты прячешься, просто выйди, ладно?

Тишина. Его здесь нет. Тогда я не знаю, где он. В каком-нибудь новом укрытии в форте, о котором я не знаю, где он может курить старые сигареты, которые он прячет, или нюхать старую краску из-под баллончика.

Он не хотел покидать форт. Он дикий ребенок, но не глупый. Он бы не бросил меня… сделал бы он это?

— Андреа?

Я оборачиваюсь, подпрыгивая при звуке своего имени.

— Ты меня до смерти напугал, Лиам! — задыхаясь, я положила руку на свое бешено колотящееся сердце.

Он морщится, поправляя бейсболку самым человечным жестом на свете. Сейчас он одет в простую белую футболку и спортивные штаны, которые были на нем раньше, а на шее повязан его обычный шарф, как будто в любой момент он может скрыть свое лицо. Он на